Татьяна Скиндерева, мать двоих детей, поняла, что так жить нельзя, и села за письмо. Вот выдержки из него, под которым уже стоят подписи работников элеватора, где она работает, и которое сегодня читают и подписывают в других трудовых коллективах города:
"Все мы родились и выросли в г. Щучье. Живя в своем маленьком городке, не знали и никогда не предполагали, рядом с какой "бомбой" замедленного действия соседствуем. Когда заговорили о строительстве опасного предприятия, власти стали успокаивать: "Что вы возмущаетесь? В городе будет газ, водопровод и хорошие дороги, да и все вы будете жить в новых домах". И многие поверили, потому что очень хотелось поверить. Живем-то без самого необходимого - тепла, воды. И даже свет - по расписанию. Нас убеждали, что завод даст рабочие места и будет зарплата. Ну, вот мы и дождались этого строительства. Предлагают работу - 1000 рублей в месяц... О том, что жителям города и 15 деревень, расположенных в зоне хранения химического оружия, обещали высококвалифицированное медицинское обслуживание, забыли. В районной больнице как не было, так и нет нужных врачей. О диагностическом оборудовании, способном на ранних стадиях распознать болезни, приходится только мечтать. Мы требуем, чтобы к нам относились, как к людям, живущим вблизи опасного объекта. Мы требуем элементарного: врачей, оснащенной больницы. Мы хотим жить, а не выживать в своем родном городе. Мы хотим, чтобы наши дети ходили в детские сады, занимались в домах творчества и школах искусств. Если не можете построить нам все это, то дайте хотя бы средства, чтобы мы могли переселиться.
Не смейте убивать нас!"
Что же происходит в Щучьем? После терактов в Америке правоохранительные органы настороже. Автоинспектор, остановивший меня на границе Челябинской и Курганской областей, был вежлив, но дотошен: "Откуда, зачем?" Когда узнал, в чем дело, только махнул рукой. Мол, бесполезно это - и протесты, и газетные статьи. Так же думают многие щучане, с кем пришлось разговаривать. В Законе об уничтожении химического оружия (УХО) сказано четко: социальные проблемы местного населения тех территорий, где строится завод, решаются опережающими темпами, в первую очередь. Но строится пока только городок для работников будущего завода: 16 комфортабельных коттеджей и две 5-этажки на 72 квартиры каждая. Это и будет "новый город", в котором жителям Щучьего места нет. В "старом" Щучьем беспросветно. Только после 1 сентября начали открываться детские сады, отключенные энергетиками за неуплату, а о простых коммунальных благах тут лишь мечтают. О медицинском мониторинге населения (требуемом, кстати, по закону) тут и слыхом не слыхивали.
- Когда мы были детьми, все ссадины заживали прямо на глазах, - вспоминает Скиндерева, - а нынче ребятня ходит в язвах, которые гниют. Бывало, мои дети просыпались ночью от рвоты, резей в животах. Выхаживала их, шла на работу. В разговорах с женщинами выяснялось, что в ту же ночь то же происходило и с их детьми. Чем это можно объяснить? Официально подобные факты не фиксируются, статистики нет. Младшего ездила рожать в соседнюю область, в Челябинск, так наши врачи мне признались: правильно, говорят, поступила, а то бы не выжила ни ты, ни малыш. У многих наших молодых женщин дети умирают, еще не родившись....
А завод строится. Уже вырублен лес под стройплощадку снят плодородный слой, идут земляные работы под фундамент. На складе химоружия, что в ближайшем поселке Плановый, началось перетаривание снарядов, содержащих фосген. Иначе говоря, смертоносную "начинку" из снарядов переливают в 40-литровые металлические емкости, чего по действующим нормативам делать нельзя. Закон четко конкретизирует, что все работы с химснарядами могут проводиться лишь в целях профилактики или в аварийной ситуации. Уже не одну смерть молодых людей, работавших "на снарядах", щучане связывают с оружейной химией. Видят люди и то, что в закрытую воинскую часть то и дело приходят крытые железнодорожные вагоны, другие оттуда выходят. Что в тех вагонах, откуда везут, остается только догадываться.
Между тем закон запрещает перевозку химснарядов, предписывает, что они должны уничтожаться на месте их хранения. Но даже в местной "районке" написали: принято решение, что на заводе УХО, который планируют пустить в 2004 году, будет уничтожаться химический арсенал одного из хранилищ соседней Удмуртии. Жители боятся, что следующим шагом станет транспортировка в Щучье "гадости" из ближнего и дальнего зарубежья.
В июне на месте будущей стройплощадки дали "отмашку" к началу работ. Тогда же проходил так называемый Парад флагов. Дюжина стран, озабоченных уничтожением наследия холодной войны, прислала своих представителей. Местное население на праздник не пустили.
- Жители Чумляка и Каисана хотели выйти с плакатами, чтобы выразить свое отношение к происходящему, - рассказывает Татьяна Скиндерева, - но милиция и начальство - сказали: "Только попробуйте..." - и люди не решились. Лишь наши дети, танцевавшие для гостей, были допущены в "ближний круг", среди них была и моя дочка. Ребятне сказали, что от американской стороны им за это подарят карандаши, ластики, калькуляторы (развалившиеся на другой день), словно бусы каким-то туземцам. А российская сторона подарила по 50 рублей. Откупились.