Труд: МЫ УЖ ЛУЧШЕ В ТЕНИ...

Главная Жизнь 01:01 04 Мая 2007 176

МЫ УЖ ЛУЧШЕ В ТЕНИ...

Приличные деньги - 60 тысяч рублей в месяц - зарабатывает извозом на подержанной иномарке москвич Олег Фортунатов, 32-летний филолог. Он неплохо говорит по-английски, немного по-немецки, но устроиться на хорошую работу в какую-либо преуспевающую фирму ему

Петров Александр

Напечатать

"Чуть было не уехал за рубеж представителем туристической компании, - говорит Олег. - Работа несложная: встречать туристов, провожать, решать возникающие проблемы. Однако подумал-подумал и отказался: в Москве после вычета всех расходов остающийся у меня чистый доход существенно выше, чем был бы за границей. Вот и шоферю здесь, а отпуск ежегодно провожу в Европе".
Таких "извозчиков" (с разным уровнем дохода) сотни и тысячи в каждом крупном городе России. Филолог-шофер Фортунатов - один из 11,6 миллиона граждан (данные Росстата), работающих в неформальном секторе экономики. Это 17 процентов всех занятых в стране. Иными словами, "неформалом" является каждый шестой работник.
"Неформальную" экономику нельзя считать полностью теневой или криминальной. Ибо здесь странным образом соседствуют нелегальный бизнес и некоторые виды легального. По международным стандартам все, что не поддается прямому статистическому наблюдению, относится к неформальной экономике. В России под эту классификацию подпадают, например, предприниматели без образования юридического лица. В налоговых органах данные об их деятельности, конечно же, есть однако непосредственные статистические наблюдения за этими предпринимателями Росстат вести не имеет возможности. Не поддается детальному учету и продажа гражданами выращенных на личных огородах овощей, фруктов. Они тоже являются "неформалами". Словом, всех участников рынка, не являющихся юридическими лицами, эксперты относят к занятым в "ненаблюдаемой экономике".
Понятно, что в этом же секторе и работающие по найму в семьях: няни, горничные, гувернантки, водители, сторожа. Но больше, разумеется, тех, кто в частном порядке строит за городом коттеджи и дачи, ремонтирует квартиры, машины, а также торгует на рынках, работает в теневых фирмах... "Надо обязательно подчеркнуть: мигранты в эти 11 с лишним миллионов "неформалов" не входят, - сказали мне в Росстате. - Их учет ведется отдельно".
Как же статистики определяют численность занятых в ненаблюдаемой экономике? Для этого используют материалы регулярных обследований населения. Ответы россиян позволяют получить интересные данные. Они сопоставляются с другими разработками статистических служб. Общая картина дает представление о масштабах ненаблюдаемой экономики. Хотя реально численность в этом секторе существенно выше, ибо вне статистических наблюдений оказываются некоторые группы населения, например, граждане без определенного места жительства.
Как видим, армия "неформалов" практически не уменьшается на протяжении последних четырех лет - с тех пор, как Росстат стал публиковать соответствующие данные. Первое место по этому показателю занимают оптовая и розничная торговля, ремонт машин, мотоциклов, бытовой техники. Здесь неформальной деятельностью в общей сложности было занято в ноябре прошлого года 4,2 миллиона человек. Плюс еще более миллиона в строительстве. Все это хорошо видно, как говорится, невооруженным глазом. На многих рынках за прилавками стоят в основном нанятые на месяц или сезон продавцы, с которыми хозяева рассчитываются черным налом. Не первый год автомобили многие граждане ремонтируют не в официальных сервисах, а в частных гаражах. Например, в окрестностях подмосковного Королева, где автору частенько приходится бывать, есть по крайней мере 4 таких не афишируемых автомастерских. А на подъездах полно объявлений - "Ремонт холодильников с выездом на дом".
"неформалы" вынуждены работать в тени, ибо при выходе на свет их быстро разорят поборы корыстолюбивых чиновников и высокие налоги. Бюрократия наглеет, все более жестко берет за горло малый бизнес. В целом сегодня, по данным Национального института системных проблем предпринимательства, более 30 процентов выручки малые предприятия скрывают от государства. "Тогда уж лучше вовсе не выходить из тени, не привлекать к себе внимания", - говорит Фортунатов.
Численность занятых в неформальном секторе
11.2003 10,6 млн. человек
11.2004 10,8 млн. человек
11.2005 12,1 млн. человек
11.2006 11,6 млн. человек
Неформальный сектор широко распространен в тех странах, где слаба экономика, нет нормальных условий для ведения бизнеса, люди не доверяют властям. В странах Африки в ненаблюдаемой экономике занято более половины всей рабочей силы. Но Россия по уровню развития все-таки превосходит африканские государства. Тем не менее этот сектор у нас непомерно велик...
Используя материалы обследований, можно составить обобщенный портрет российских "неформалов". Горожан среди них на 1,3 миллиона человек больше, чем сельских жителей. Но по удельному весу "неформалов" на первом месте, разумеется, деревня, где треть занятого населения только и выживает благодаря ненаблюдаемой экономике (продают овощи, фрукты из личного подсобного хозяйства, реализуют собранные дары леса...). Средний возраст - 38 лет. Доля молодых и доля работающих пенсионеров выше, чем в среднем по экономике. Более трети "неформалов" имеют высшее и среднее образование (а в целом по экономике - более половины). В среднем рабочая неделя составляет 38 часов (у тех, для кого это единственная работа, а таких более 10 миллионов). Трудятся интенсивно, без перекуров, производительность высокая. При этом каждый четвертый работает больше 40 часов в неделю, то есть как бы еще и сверхурочно.
Огород, лес, рыбалка, охота позволяют удержаться на плаву более чем 20 миллионам россиян. Но выращивание продукции для собственного потребления не считается в нашей стране работой или доходным занятием. Поэтому в неформальный сектор эти 20 миллионов статистиками не включаются.
МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА
Михаил Делягин, директор Института проблем глобализации:
- Что бы там ни говорили, но у нас огромное количество бедных людей. Наличие неформального сектора экономики - это как раз следствие массовой, тотальной нищеты. Если богатые уходят от налогов ради приумножения своего богатства, то бедные - потому что им не под силу платить. Даже самые бедные отдают 13-процентный подоходный налог, а мелкий бизнес еще и единый социальный.
И потом, нормальному человеку легче прыгнуть на парашюте с большой высоты, чем общаться с нашими чиновниками, в том числе в фискальных органах. И по этой причине тоже никто с ними дела иметь не хочет.
ОТ НАРОДНЫХ ОБОЗРЕВАТЕЛЕЙ
Родион К., Самара:
- Хочу сразу предупредить: фамилию свою не назову. Потому что отношусь как раз к таким "неформалам". Я зарабатываю на автостоянках. Нахожу новостройку, чтобы коробка была уже готова, договариваюсь с директором строительной фирмы. Земля у него, как правило, в аренде. Он ничем не рискует. Ставит кто-то рядом машины - ну и пусть, отделочникам они не мешают. За ночь с отечественного "жигуля" - 40 рубликов, за иномарку - 50. Три-четыре десятка машин набирается элементарно. Месячный доход около миллиона рублей. Охране - максимум половина, остальное делим с директором.
Такие же стоянки организую в обычных жилых домах. Люди платят - куда им деваться. Для "отмазки" расписываются в журнале, который я потом выбрасываю. Чеки и квитанции выдаю от имени несуществующих фирм. Налоги, естественно, не плачу. Во-первых, все равно эти деньги разворуют или потратят непонятно на что. Во-вторых, зачем платить, если никто не требует?
Если начинают доставать менты, то даю на "лапу". Скажете, есть такие что не берут? Ну и ладно. Пустых дворов полно, открою стоянку в другом месте. Так было, и так будет, что бы ни говорили начальники.
Виктор Малеев, перевозчик, Брянск:
- Как-то наш губернатор упрекнул налоговиков, что клюют лишь под носом - мол, в городе много международных перевозчиков, а налоги платят лишь самые крупные. Это не совсем так. Мы, мелкие, и налоги платим, и одновременно в тени находимся.
Поясню. В Брянске официально около 2 тысяч автопоездов, но на самом деле их больше. В тень мы загнаны существующими порядками. Перечислю лишь часть бумаг, без которых за границу не поедешь: визы, страховка и "зеленая карта", техосмотр и еще особый технический сертификат для выезжающих за границу, подтверждение экологичности автомобиля, таможенные свидетельства, разрешения и т.д. Денег уходит уйма. За то, что поставят штампик при осмотре приборов, заплатишь тысяч восемь или девять. А что творит санитарная служба? Вот уж где чинодралы! Раньше я должен был освидетельствовать рефрижератор раз в полгода, теперь бегаешь за тетками в белых халатах каждый месяц, и платишь, платишь... Но все это в том легком случае, когда свой автопоезд сдаешь в аренду. А если сам имеешь предпринимательское свидетельство и отчитываешься в налоговой, то работать уже некогда - неделями будешь обивать пороги кабинетов. В результате мы платим крупным фирмам за "крышу", а уж те умело отчитываются перед государством.
Результат? Посмотрите, сколько фур с украинскими номерами везут товары из-за границы в Москву. А нашим перевозчикам на Украине делать нечего. Во-первых, мы неконкурентоспособны, во-вторых, наша бюрократия помогает за взятки зарубежным перевозчикам отвоевывать у нас выгодные рейсы. Мы мечтаем окончательно выйти из тени, но эта тень - от тучи чиновников, которые, как мошкара, вьются над мелкими предпринимателями.

Напечатать

Жизнь 16:00 / 19 Февраля 2026 20617

Маска равнодушия и негативный контент

О чем на самом деле вопиет убийство ребенка из многодетной семьи?

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Как внезапно выяснилось, в школу Паша не ходил: мать пыталась записать его, но не успела

Жителей Петербурга потрясло убийство девятилетнего Паши Тифитулина 38-летним педофилом Петром Жилкиным. Многие восприняли эту беду как свою личную. Сотрудники полиции, спасательные службы, волонтеры «ЛизаАлерт» и просто неравнодушные...