Вчера в Хамовническом райсуде Москвы на процессе по уголовному делу против бывших руководителей компании «ЮКОС» Михаила Ходорковского и Платона Лебедева начали выступать сами подсудимые. Чтобы доказать абсурдность обвинения, Ходорковский разыграл перед судьей импровизированный спектакль о правах собственности и предложил прокурорам попытаться самим украсть нефть из банки.
Вчера в зале № 7 Хамовнического суда Москвы наблюдалось настоящее столпотворение. На слушание по второму уголовному делу
Заседание началось с рассмотрения ходатайства адвокатов обвиняемых, в котором они попросили председателя Хамовнического суда Виктора Данилкина, который ведет процесс, взять самоотвод. По мнению адвокатов, судья неоднократно допускал нарушения прав их подзащитных и намерен вынести обвинительный приговор. Данилкин брать самоотвод отказался.
Наглядный аргумент
После перерыва на обед слово взял Ходорковский, который попросил суд уточнить формулировки, имеющиеся в обвинении в хищении нефти. Он тут же сообщил, что пришел в зал не с пустыми руками, и продемонстрировал собравшимся пятилитровую банку с нефтью, которую принесли его адвокаты. Символично купив за 1 рубль у своего адвоката права собственности на нефть и обменявшись с ним соответствующими бумагами, он оставил банку у защитника. Тем самым он пытался доказать судье, что право собственности может быть у одного человека, а распоряжаться имуществом может другой человек. Напомним, что, по версии адвокатов, Ходорковский имел право собственности на нефть, которую он якобы похитил у «ЮКОСа». Судья Данилкин в ответ попросил вынести горючие жидкости из зала.
Затем Ходорковский заявил, что нефть в принципе невозможно похитить путем заключения договоров. Он вновь достал банку и предложил гособвинителю Валерию Лахтину попытаться украсть «нефть» «любым из способов, указанных в обвинительном заключении». В ответ Лахтин заявил, что хотя УК и позволяет провести такой эксперимент, он не намерен заниматься «абсурдом». Судья же добавил, что обстановка суда отличается от обстановки, в которой, по версии следствия, производились хищения. А значит, и результаты эксперимента не будут иметь значения.
Деструктивная речь
Гособвинитель Лахтин в ответ на это заявил, что обвиняемый не специалист в юрвопросах и «волокитит процесс своими деструктивными заявлениями». Ожидается, что Ходорковский будет давать показания несколько дней, после чего допросят Лебедева.
Обвинение
Что вменяют Ходорковскому и Лебедеву
В июне 2008 года Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву были предъявлены новые обвинения в том, что в период с 1998 по 2004 год они похитили 349,3 млн. тонн нефти. По версии
По этим соглашениям право собственности на продукцию, изготовленную из добытой нефти, переходит от продавца к покупателю, то есть «ЮКОСу», сразу после извлечения скваженной жидкости из недр. Это, по мнению следствия, было невыгодно «дочкам» «ЮКОСа». Согласно обвинению договоры
При этом цена, по которой «ЮКОС» «фиктивно» приобретал нефть, была в разы ниже рыночной и устанавливалась членами ОПГ, которую возглавил Ходорковский. Сами же обвиняемые, по версии следователей, продавали эту нефть по рыночным ценам, а выручку от сделок, совершаемых в течение 6 лет, в размере 487,4 млрд. рублей и 7,5 млрд. долларов отмыли через офшоры за рубежом.
Так говорил Ходорковский
«Система отстроена и работает так, что судья, вынесший оправдательный приговор, рискует не только оказаться в ней изгоем, но и получить ярлык подозрительного по части коррупции. Для поколения судей, воспитанных самой же системой и ощущающих себя чиновниками в определенной вертикали скорее, чем вершителями правосудия, это реальный риск. Поэтому оправдательный приговор, если это не суд присяжных, из разряда легенд, и ничтожная (0,8%) доля таких приговоров именно отсюда». «Если
«Ваши прокуроры уверяют, что я украл нефть „ЮКОСа“, в то время как ваши представители в Страсбурге утверждают, что „ЮКОС“ продал свою нефть, но не заплатил налогов. Какое из этих заявлений ложь? Почему правительство не имеет налоговых претензий к „Роснефти“, хотя она покупала нефть по тем же расценкам, что и „ЮКОС“?» (The Independent, март 2010)
«Если вы обвиняете человека, что под его руководством компания уплатила недостаточно налогов, то обвинять его в том, что он украл у этой же компании всю продукцию, вы не можете»(Handelsblatt, март 2010).
«Они знают, что я не соглашусь ни на какой компромисс, выходящий за рамки закона. Я невиновен и намерен доказать это любому независимому суду. Следователи боятся даже допрашивать Лебедева и меня. Все боятся высшего руководства страны, но оно пока не сказало ничего конкретного»(El Pais, апрель 2010).
