В рамках XXIX Петербургского международного экономического форума состоялось одно из ключевых мероприятий — Энергетическая панель. Ответственный секретарь комиссии по ТЭК, глава «Роснефти» Игорь Сечин представил ключевой доклад «Начало конца или конец начала: что осталось на дне ларца Пандоры?».
В ходе выступления Игорь Сечин представил анализ текущей ситуации на глобальных энергетических рынках и в мировой экономике в целом, а также предложил детальный прогноз развития отрасли на фоне нарастающих системных рисков.
Модератор дискуссии — известный американский журналист, ведущий телеканала RT Рик Санчес отметил, что выступления Игоря Сечина на ПМЭФ неизменно отличает глубина экспертных оценок, смелость прогнозов, бескомпромиссность и неизменная опора на фундаментальный анализ. «Доклады господина Сечина по праву становятся предметом самого пристального внимания со стороны отраслевого международного сообщества, ведущих средств массовой информации и широкого круга профессионалов по обе стороны Атлантики», — добавил Санчес.
Кто открыл ларец Пандоры
Открывая Энергопанель, Игорь Сечин провел параллель между развитием мировой экономики и древнегреческим мифом о ларце Пандоры, принесшем человечеству бедствия и страдания. По его словам, так называемый порядок, основанный на правилах, где «правила» диктовались непререкаемым гегемоном, рухнул окончательно и бесповоротно. «Налицо попытка заменить мировую правовую систему правовой системой одной страны», — заявил Сечин, отметив, что такие международные институты, как ООН, ВТО, МВФ и Всемирный банк, превратились в «зомби».
При этом на передний план вышли новые лидеры: теперь мировая экономика является абсолютным заложником политических решений, которые принимаются в интересах крупных корпораций, в основном технологических, военных и финансовых. Именно они сформировали замкнутый круг бенефициаров, куда посторонним вход наглухо закрыт.
«Наряду с такими инструментами воздействия, как пандемии, разрушение цепочек поставок, санкции, эмбарго, вмешательство во внутренние дела, политические провокации, экономическое удушение, захват судов, подрыв трубопроводов, организация государственных переворотов и прочее, добавилось применение вооруженных сил», — рассказал глава «Роснефти».
Он заявил: «Ларец Пандоры открылся, и вылетевшие из него беды и напасти не вернутся обратно. Ключевой вопрос в том, какие проблемы еще остались на дне ларца. С чем нам еще предстоит столкнуться?»
По словам Игоря Сечина, особую обеспокоенность вызывает стремительный рост санкционного давления. Только за последние 12 лет против России было введено 32 тысячи санкций, причем лидерство принадлежит США (более 7,4 тысячи рестрикций). Российские валютные резервы на сумму свыше 300 млрд долларов были фактически конфискованы и используются для финансирования военных действий против нашей страны.
Санкционное давление стало нормой и превратилось в инструмент принуждения. Игорь Сечин вспомнил, как еще в 2007 году в известной Мюнхенской речи президент России предупреждал: «Отдельные нормы, да, по сути, чуть ли не вся система права одного государства, прежде всего, конечно, Соединенных Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере — и навязывается другим государствам».
«Узкие места» планеты
Значительное внимание в выступлении Сечина было уделено последствиям конфликта на Ближнем Востоке. Перекрытие Ормузского пролива помимо нефти и газа создало серьезные риски для экспорта других товаров, например удобрений. Только за первые четыре месяца 2026 года цены на эту продукцию взлетели почти на 60%, что неизбежно приведет к скачку цен на продовольствие в ближайшие полгода. Наиболее уязвимыми оказались Индия, страны Африки и Юго-Восточной Азии.
Руководитель «Роснефти» также предупредил, что под угрозой могут оказаться и другие «узкие места» глобальной логистики — Малаккский, Баб-эль-Мандебский и Гибралтарский проливы, Суэцкий и Панамский каналы. В этих условиях особое значение приобретает Арктика: Северный морской путь позволяет сократить сроки доставки грузов в полтора-два раза и снизить затраты на 20-30%.
Рост фиктивного капитала
Мировая экономика вступила в полосу не просто волатильности, а стратегических рисков. Проблемы нарастают как снежный ком. Сечин обратил внимание на гипертрофированный рост фиктивного капитала, объем которого превысил 500 трлн долларов — почти в пять раз больше мирового ВВП. Мировой долг за последние 15 лет фактически удвоился. По оценке Международного валютного фонда, к концу текущего года общий госдолг Японии достигнет почти 205% ВВП, США — почти 130%, Франции — 120%, Великобритании — 105%. Этот феномен не обошел стороной и нашу финансовую систему — в России этот показатель уже приближается к 100% ВВП, отметил он.
Долг большинства стран сегодня не обеспечен реальными финансовыми активами, считает Игорь Сечин. Даже физическое золото, находящееся в хранилищах США (а это более 14 тысяч тонн), покрывает лишь 5% от 39 трлн долларов американского долга. При этом значительная часть золота, хранящегося в Америке, ей не принадлежит — более 40% этих запасов было передано из других стран на хранение.
Ухудшает ситуацию использование доллара в качестве санкционного инструмента. Сечин считает, что если это продолжится, то процесс создания альтернатив ускорится. «Рост государственного долга и бюджетного дефицита США, ослабление доллара уже привели к значительным изменениям в резервах мировых Центральных банков. Впервые с 1996 года доля золота в их резервах приблизилась к 30% и превысила долю казначейских облигаций США», — рассказал он.
«Должен отметить, что доля золота в резервах Банка России растет с опережением: за последние четыре года она увеличилась с 21 до 45%. Однако если бы этот процесс начался раньше, то наша страна смогла бы заработать на росте стоимости золота более 400 млрд долларов и сохранить значительную часть своих резервов», — подчеркнул Игорь Сечин.
Из-за санкций диверсифицируются платежные инструменты. «За последние пять лет объем транзакций, совершаемых с помощью Трансграничной межбанковской платежной системы Китая, вырос более чем в три раза — до почти 1 трлн юаней в день. Ормузский кризис значительно ускорил этот процесс», — отметил глава «Роснефти».
Германия переходит на военные рельсы
Отдельное место в докладе Сечин уделил проблеме милитаризации мира. По его словам, глобальные военные расходы непрерывно растут на протяжении последних 11 лет. В Европе выделяется Германия, военные расходы которой за три последних года выросли в два раза — до 114 млрд долларов. Он констатировал, что Германия приступила к переводу экономики на военные рельсы.
«Верхом цинизма стала заявка Берлина на проведение Олимпиады в 2036 году. Видимо, есть желание отметить 100-летний юбилей предыдущей берлинской Олимпиады, задуманной как масштабный проект пропаганды достижений гитлеровского режима», — иронизирует Игорь Сечин.
По его словам, сформировалась простая цепочка: политическое давление ведет к росту бюджетных расходов, которые толкают вверх рыночную капитализацию плотно переплетенной триады — соответственно, военно-промышленного комплекса, высокотехнологичных корпораций и финансового сектора. «Именно эта триада перетягивает на себя значительную часть глобального инвестиционного ресурса», — считает докладчик.
Крупнейший финансовый пузырь
Наряду с военно-промышленным комплексом технологический сектор также привлекает масштабные инвестиции, рассказал Сечин. Только в текущем году четыре крупнейшие технологические компании направят около 700 млрд на развитие вычислительных мощностей.
«Сегодня компании, связанные с искусственным интеллектом, фактически забирают значительную часть инвестиционного ресурса в ущерб остальной экономике. Доля капитальных затрат американского технологического сектора в общих инвестициях уже достигла рекордных 35%. Еще 15 лет назад она измерялась несколькими процентами», — рассказал Игорь Сечин.
«Очевидно, мир стоит на пороге крупнейшего в истории пузыря на финансовом рынке со времен железнодорожного бума в США в XIX веке», — констатировал глава нефтяной компании.
При этом основным генератором и бенефициаром приближающегося кризиса является финансовый сектор западных стран, который еще вчера продвигал совсем другую, зеленую повестку: BlacRock, Vanguard, State Street. «Круг замкнулся», — добавил Сечин.
От искусственного интеллекта ждут значительного роста производительности труда, однако цифры демонстрируют иную ситуацию. Как рассказал Сечин, около 70% компаний по всему миру активно используют искусственный интеллект в своей работе. Однако в 90% случаев за три последних года применение этих технологий никак не сказалось на производительности труда.
Он напомнил, что этот феномен еще 40 лет назад описал лауреат Нобелевской премии по экономике Роберт Солоу. Известно его высказывание о том, что «компьютерную эпоху можно увидеть где угодно, кроме «статистики производительности». Парадокс Солоу заключается в том, что в США в 70-е и 80-е годы прошлого столетия рост производительности труда замедлился на 2 процентных пункта, до 1%, несмотря на увеличение вычислительных мощностей почти в 100 раз.
Новые технологии формируют переход к новому социально-экономическому укладу — речь идет о коренных изменениях в развитии всего общества, когда на смену людям приходят роботы. «Демография и человек как личность могут потерять свое значение перед лицом армии машин, если мы будем просто наблюдать. Необходимо четко осознавать, какого джинна мы выпускаем из лампы», — предупредил Сечин.
Он также сказал, что о рисках, связанных с искусственным интеллектом, говорят уже и религиозные авторитеты. В частности, именно этой теме была посвящена первая энциклика «Великолепное человечество» Папы Римского Льва XIV, буквально призвавшая поставить технологии «на службу человечеству, а не горстке властителей».
В ожидании дефицита ресурсов
Иллюзии ускоренного энергоперехода привели к недофинансированию отрасли: за последние 10 лет инвестиции в ископаемое топливо снизились более чем на 20%. При этом формируется новая модель энергорынка «от молекул к электронам», ключевым элементом которой являются дата-центры. По прогнозам, в ближайшие пять лет глобальный спрос на мощности дата-центров может вырасти почти втрое — до 220 гигаватт.
К 2035 году мировой спрос на электроэнергию увеличится почти на 40%. Уже сегодня дата-центры потребляют около 500 тераватт-часов в год, что превышает общее потребление электричества Франции. В то же время несбалансированное развитие зеленой энергетики привело к росту цен на электроэнергию: в США за последние пять лет — более чем на 30%, в Европе — на 35-45%.
Ключевым ограничением остаются электросети: потребность в их расширении и модернизации достигнет 60 млн километров к 2035 году. Суммарные инвестиции в электросети в ближайшие 25 лет могут составить почти 16 трлн долларов.
Металлы также критически важны для развития энергосистемы нового типа. Особое значение имеет медь — ключевой металл «новой» экономики. По прогнозам, потребление меди в электросетях может вырасти на 65% к 2040 году и превысить 7 млн тонн, что равно четверти всего потребления этого металла в данный момент. При этом в ближайшие 20 лет потребуется добыть объем меди, сопоставимый с производством за предыдущие 10 тысяч лет.
Дополнительным ограничением становится доступ к воде: в США центр обработки данных мощностью 100 мегаватт требует около 2 млн литров воды в сутки. «Это уровень потребления 6,5 тысячи домохозяйств. К 2030 году потребление воды центрами обработки данных может почти удвоиться», — рассказал Игорь Сечин.
Пример сбалансированного подхода
Отдельное место в докладе было уделено опыту Китая. «За последние десятилетия Китай продемонстрировал не только успехи в экономике, но и высочайшие достижения в науке и технике, позволившие ему превратиться в мировую энергетическую державу», — заявил глава «Роснефти».
Притом Китай оказался наиболее подготовлен к Ормузскому кризису и росту цен на топливо — благодаря своему сбалансированному подходу к обеспечению энергетической безопасности.
Китай создал для внутреннего потребителя дешевую городскую и междугороднюю транспортную инфраструктуру. Докладчик отметил, что после перекрытия Ормузского пролива это позволило потребителям моторного топлива безболезненно воспользоваться доступными альтернативами, такими как электромобили, электробусы, грузовики на газе, метро, электропоезда и электротакси.
Кроме того, Китай обладает ощутимым конкурентным преимуществом в цене на электроэнергию: она составляет около 9 центов за киловатт-час для промышленности (на 72% ниже, чем в Германии, и на 59% ниже, чем во Франции) и около 7 центов за киловатт-час для населения (на 58% ниже, чем в США). «Только Россия находится на подобном уровне», — добавил Сечин.
За 10 лет выработка солнечной и ветровой энергии в Китае выросла в 10 раз — до 2300 тераватт-часов (22% энергобаланса страны). При этом страна продолжает строительство тепловых электростанций: только в прошлом году было введено в эксплуатацию 78 гигаватт угольной генерации. Китай также реализует крупнейшую программу по развитию атомной генерации: строится 39 реакторов — более половины всех строящихся АЭС в мире. Важную роль в обеспечении гибкости энергосистемы играет накопление энергии — в этом секторе Китай также лидирует. Параллельно Китай лидирует в инвестициях в электросети, вкладывая около 100 млрд долларов в этот сектор.
Драйвер спроса
В своем докладе глава «Роснефти» также отдельно выделил Индию. «Сегодня экономика Индии — один из ключевых драйверов роста глобального энергопотребления. По прогнозу Международного энергетического агентства, в ближайшие 10 лет эта страна обеспечит около 15% мирового прироста спроса на электроэнергию. Ожидается, что к 2035 году потребление в Индии вырастет на 80%, до почти 3 тысяч тераватт-часов, и практически сравняется с потреблением Евросоюза», — рассказал он.
Особое место, по мнению Сечина, занимает Индия и на нефтяном рынке: «В следующие 10 лет именно эта страна обеспечит около половины глобального прироста спроса на нефть».
По оценке Международного энергетического агентства, к 2035 году потребление нефти в Индии достигнет почти 8 млн баррелей в сутки. Это рост на 44%, в то время как общемировой спрос вырастет лишь на 5%.
ОПЕК+: потерянный потенциал
Отдельное внимание в докладе было уделено ситуации в ОПЕК+, которая, по оценке Игоря Сечина, претерпела существенные изменения. С выходом Объединенных Арабских Эмиратов, а до этого Катара, Эквадора и Анголы, «альянс потерял часть своего потенциала». За последние 10 лет добыча ОПЕК+ сократилась с 58 до 37 млн баррелей в сутки.
Как отметил глава «Роснефти», если учесть, что Иран, Венесуэла и Ливия изначально не участвовали в ограничениях по добыче, а Ирак и Казахстан в значительной мере превышают установленные квоты, то добыча стран — участниц альянса, соблюдающих ограничения, фактически составляет 27 млн баррелей в сутки — менее трети мирового производства.
При этом Россия, взяв на себя обязательства по ограничению добычи, неукоснительно их выполняла и всецело способствовала решению задач альянса. Однако российская нефтяная отрасль все это время находилась под санкциями, лишившими страну преимуществ, которые получили другие участники. Как подчеркнул Игорь Сечин, большинство крупных участников ОПЕК+ нарастили добычу за время действия соглашения. В России же за период ограничений добыча нефти сократилась на 1,5 млн баррелей в сутки — падение на 15%, которое предстоит компенсировать необходимыми инвестициями в размере не менее 10 трлн рублей.
Особую озабоченность, по словам докладчика, вызывает тот факт, что, несмотря на поддержку, полученную крупными участниками альянса, их инвестиционное сотрудничество с Россией не получило развития.
Гарант глобальной энергобезопасности
Главный исполнительный директор «Роснефти» подчеркнул, что Россию невозможно исключить из мировых цепочек поставок: наша страна располагает крупнейшими в мире запасами нефти и газа в размере около 60 млрд тонн нефтяного эквивалента (14% мировых запасов). Российские поставки нефти приносят партнерам ощутимый экономический эффект: с апреля 2022 года его совокупная величина для Китая и Индии превысила 40 млрд долларов.
Что осталось на дне ларца Пандоры?
Завершая доклад, Игорь Сечин ответил на ключевой вопрос своего выступления. На дне ларца Пандоры человечество с неизбежностью обнаружит глобальный дефицит электроэнергии, дефицит продовольствия, дефицит меди и других металлов, дефицит воды. Именно эти вызовы будут определять новый облик мировой экономики.
«Выживет тот, кто лучше других будет готов к этому. Это и будет, собственно, «конец начала», когда пустые надежды, иллюзии и спасительные химеры окончательно испарятся, — отметил глава «Роснефти». — До настоящего конца системного кризиса и формирования новой нормальности еще очень далеко. Дождутся его далеко не все».
Страховка от рисков
«В последние годы Сечиным уже было представлено несколько докладов с отсылками к историческим аналогиям», — напомнил директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв. В данном случае, считает он, с ларцом Пандоры сравнивается логика международных торгово-экономических отношений, формулируемая как «порядок, основанный на правилах». Этот режим предполагает замену сложившихся международных институтов диктатом решений в интересах развитых стран. «События последних лет позволяют утверждать, что такая позиция резко сузила возможности международных организаций и в целом привела к росту конфликтности в мировой экономике и политике», — добавил Широв.
С этим соглашается заместитель директора Института национальной энергетики Александр Фролов: «Ормузский пролив красноречиво демонстрирует, что теоретические предположения о том, что некоторые игроки могут воспользоваться военной силой для контроля за мировыми транспортными артериями — Малаккским, Баб-эль-Мандебским и Гибралтарским проливами, мысом Доброй Надежды, Датским и Турецким проливами, Суэцким и Панамским каналами, — это уже не теория. Это неприглядная действительность. И ее необходимо принимать во внимание, когда Россия предлагает использовать Северный морской путь. Хотя бы в качестве страховки от рисков, реализация которых — лишь вопрос времени».
Доцент Финансового университета при правительстве РФ Валерий Андрианов также считает, что мир накрыла волна энергетического кризиса, которая ударит по кошелькам рядовых потребителей и экономике крупнейших стран. «Вал проблем будет лишь нарастать. И причина этого — не только в нападении СЩА и Израиля на Иран и перекрытии Ормуза. Мир шел к такой ситуации несколько десятилетий, с тех пор как недальновидная политика западных стран открыла ларец Пандоры», — подытожил он.
