АНАТОЛИЙ ЖУРАВЛЕВ: СУТЬ В ТОМ, ЧТОБЫ ВЫИГРАТЬ

Главная Жизнь 01:01 10 Июля 2001 209

Журавлев стал популярным после фильмов "Бакенбарды" Юрия Мамина, "Брат" Алексея Балабанова и "Все будет хорошо" Дмитрия Астрахана... Проработав в ленинградском Театре комедии четыре года, он перебрался в Москву в театр-студию Олега Табакова, но через 2 го

Казьмина Наталья

Напечатать

- В новых сериях Вера, сестра Буржуя, выйдет замуж за Толстого, и он получит то, о чем всегда мечтал, - сразу сообщает мне артист. На "мерседес", который будет у Толстого в следующих 15 сериях, Журавлев пока не заработал - только на квартиру в московской новостройке. В отличие от Толстого, не любит батончиков "Сникерс", хотя сладкое, как многие мужчины, в принципе жалует. За бабушкины пирожки готов отдать многое.
- Недоел, наверное, в трудном детстве, - смеется Анатолий. Смеется хорошо - открыто и немного застенчиво. В детстве был толстым, и поэтому кличка у него была тоже Толстый...
Очень скоро в беседе с ним понимаешь, что его герой и он сам похожи, но не слишком. Он ранимее, умнее, интереснее.
- На выпускном вечере в школе я читал басню "Волк и ягненок", стихи Маяковского о советском паспорте, и директор школы мне тогда сказала: "Тебе надо поступать на актерский". И так это меня вдохновило, что я решил сразу поступать в театральное училище в Москве. Не получилось. Пришлось оканчивать педагогический институт, служить в армии и только после этого еще раз попробовать, уже в Ленинграде. В ЛГИТМиК я поступил только с третьего раза, тогда мне уже было 33 года, и в приемной комиссии сказали, что могут из-за возраста не принять. Я читал монолог Тараса Бульбы о товариществе...
- В Ленинград поступать поехали, потому что плохие воспоминания о Москве остались?
- И да, и нет. Просто до этого, еще в отрочестве, после 8-го класса я ездил в Ленинград учиться на сварщика. Проучился там месяц и вернулся домой. Ностальгия замучила. Когда вернулся в школу, завуч была в ужасе.
- Почему?
- Так я же был самым трудным учеником. Вертелся как юла. Мешал всем, девчонок за косы дергал, пулял из трубочки... В общем, энергия из меня перла. Дурости столько было - не дай Бог. Но благодаря бабушке меня все-таки приняли обратно. Она 55 лет проработала поваром в детском саду: всех моих учителей, включая директора школы, вырастила. Самый уважаемый человек была в деревне.
- А деревня-то откуда появилась? Ведь вы в Нижнем Тагиле родились?
- А бабушка в деревне жила. Мама с отцом разошлась, когда мы с сестрой были совсем маленькие. Она часто болела и отдала меня сначала в интернат в Нижнем Тагиле, где я проучился до четвертого класса, а потом бабушка забрала меня оттуда. Слава Богу, она мне, что называется, детство спасла. Встречался я после со своими одноклассниками: больше восьми классов никто из них не кончил. Да и потом судьба каждого из них складывалась неудачно: одного посадили за убийство, другого - за воровство, третий вышибалой стал, четвертый - хулиганом, пятый просто спился.
- Ну а романтические воспоминания от детства остались?
- Улица, лес, хоккей и художественная самодеятельность. Я был записан во все кружки сразу: народные танцы, духовой оркестр, вокально-инструментальный ансамбль, драматический кружок. Любовь к театру появилась с восьмого класса, когда в программе появился Пушкин. Никаких других уроков, кроме литературы, я не признавал. Очень любил стихи наизусть читать - у доски, перед публикой.
- В педагогический пошли от отчаяния?
- Наверное. Когда в первый раз не поступил в Москве - был шок: как же так, вся деревня хлопает, кричит: "Артист!" А тут - только улыбаются снисходительно и предлагают приехать на следующий год. Вот и подумал: может, заняться самообразованием? В общем, поступил я в пединститут в Тагиле. И даже поразился, что учеба стала доставлять такую радость. Это классно, когда все знаешь и можешь ответить на любой вопрос. Я только два предмета и изучал в институте: русский и литературу. Все остальное - психология, диалектология, история партии, научный коммунизм - прошло мимо. В школе работать не собирался. Думал, отслужу армию и рвану опять в актеры... Армейская жизнь меня многому научила. Считаю, что каждый мужчина должен через нее пройти. Кстати, дедовщина у нас каралась жестоко. Я и сам ее пресекал, когда был сержантом. Я же в спецвойсках служил, но не в конвойных - мы охраняли спец-объекты. До сих пор не знаю, какие. Они же все на замках были. Да и отец у меня был военным, летчиком-испытателем. Потом начал пить, летать ему запретили и в конце концов уволили. В 1985 году он покончил с собой. Думаю, если бы мы с сестрой ездили к нему почаще, он бы не сделал этого. Скорее всего, его одиночество заело...
- А вы занимались спортом?
- Чем я только не занимался! Сначала были хоккей и футбол. Но для футбола я оказался слишком... задумчивым. В хоккее меня держали долго, я здорово бортовал в защите, но при этом все терял - клюшку, шлем, шайбу. В общем, неманевренным оказался. Потом был баскетбол. Потом - бокс, это понравилось больше всего: я сразу наказал всех своих обидчиков. Далее - плотно занялся каратэ, тхэквондо...
- И чего же добились на этом поприще?
- Я чемпион Советского Союза по тэквондо 1991 года, мастер спорта. Выступал на нескольких международных турнирах. Вы бы видели, с какими синяками я на спектакли приходил! Однажды без зуба в спектакле играл, хорошо, что роль боксера исполнял, можно было это как-то оправдать. А потом мне Астрахан, наш главный режиссер Театра комедии, сказал: "Толя, бросай ты это дело! Слишком уж ненатурально выглядят твои шишки, будто плохой грим". Перед тем как сорваться в Москву, пошел в Малый драматический - очень хотелось к Додину попасть. А он мне и говорит: "Сейчас сентябрь. В марте у меня, может быть, будет полчаса, чтобы вас послушать". "Ну, Лев Абрамович, - сказал я. - Тогда уже знаете, где я буду?.." Потом мы с ним увиделись через полтора года, в туалете МХАТа, когда столетие театра праздновали. Я поворачиваю голову - Додин. Здороваюсь. "А что вы тут делаете?" - спрашивает. "Да то же, что и вы". "Вы теперь в Москве?" - "Да, у Табакова".
- Реванш, значит, состоялся.
- Ну что вы, какой реванш! Я к этому очень легко отношусь.
- Нечестолюбивые люди чемпионами не становятся.
- Наверное, есть честолюбие, но бороться стоит, когда понимаешь, что от этого что-то изменится. В театре же не только от тебя все зависит. Вот и от Табакова я тоже ушел. Не получилось. Не пришелся, видимо, ко двору.
- Вы можете просто так явиться к режиссеру и попросить роль?
- Я уже ходил по "Ленфильму" и предлагал себя. Не потому, что нахальный, а просто был уверен, что сделаю хорошо. Но когда бегаешь и предлагаешь себя, как правило, ничего не получается. У меня, например, ни разу не получилось.
- Что вам помогает не впадать в уныние?
- Жизнь. Шляюсь по театрам, очень люблю на спектакли ходить и думать: смог бы я это сделать или нет. Тренировки мне помогают. Это моя вторая профессия. Сам я уже не выступаю, ушел из залов пять лет назад, но зато тренирую детей в "Олимпийском". Люблю тренироваться на природе в любое время года, в любую погоду, по утрам. Это дает уверенность.
- Слушайте, а что главное в этом вашем тэквондо? Есть там какая-никакая философия?
- Про философию не знаю, главное - выиграть.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 21498

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...