Труд: ПУСТЬ ПАМЯТЬ - НЕЛЕГКАЯ СЛУЖБА...

Главная Жизнь 01:01 11 Мая 2007 148

ПУСТЬ ПАМЯТЬ - НЕЛЕГКАЯ СЛУЖБА...

Чем запомнился нам канун Первомая? Как всегда, мы не могли не наслаждаться весной и, как всегда, не могли не вспоминать о войне. Но в этот раз наше ощущение сиротства острее, мы в один день простились с Мстиславом Ростроповичем и Кириллом Лавровым. И мног

Агишева Гузель

Напечатать

ГДЕ ЖЕ ВЫ ТЕПЕРЬ, ДРУЗЬЯ-ОДНОПОЛЧАНЕ?
Сижу и думаю о предстоящей встрече на Поклонной горе с однополчанами из нашей 5-й мотострелковой дивизии. Будут командир дивизии Александр Учкин, начальник политотдела Виталий Юркин, Василий Лапчев, который планировал все боевые операции, Толик Махмутов, девочки-медики Полина, Лида, Галя, Алла, Лариса, Клава - одним словом, все те, с кем я 20 лет назад была в Афганистане. Я попала в фельдъегерско-почтовую службу. Повидала всякое. Ребята часто говорили: "Потерпи, это не самое страшное!" Так три года и прошли. Потом поняла: если называть все своими именами, человеку там жить невозможно. Даже самым близким я не могу рассказать всего, что знаю об Афгане. Только муж меня может понять, и то потому, что сам отдал Афганистану два года. Много раз задавала себе вопрос: поехала бы туда снова? Если б знала, что там кроме выжженной солнцем пустыни среди гор вообще ничего нет? Ни-че-го! Все вокруг колышется, дрожит, кругом марево, на глазах пелена. Герат, Шинданд, Кандагар... Да, поехала бы. Там - часть моего сердца. Сегодня опять видела сон, будто эта пустая земля вдруг покрылась желто-красным одеялом - расцвели тюльпаны. Сорвать страшно, везде душманские мины. Но я все равно рву...
Наталия МЕЛЬНИЧУК, МОСКВА
ЦВЕТЫ ЗАПОЗДАЛЫЕ
Высылаю вам единственную фотографию моего отца Марченко Родиона Михайловича, которую он отправил нам с фронта в августе 1944 года. Через месяц мама получила бумагу, что ее муж пропал без вести. Жили мы с этим горем много лет. И вдруг спустя 20 лет мама получает от него письмо! Сначала не поверила. Но почерк его, это точно. Адрес указан: город Саранск. Отец написал: "Я был ранен в бою, очнулся в госпитале. После контузии полностью потерял память: ни имени, ни звания, ни места рождения. Забыл имена матери, жены, детей. Долго лечился. Назвали меня Иваном Петровым, с тем и выписался. Единственным родным человеком была медсестра Таня, которая меня на себе с поля боя вынесла. Хоть я и старше намного, а полюбился ей. Уехали к ней в Мордовию. Я окончил техникум, работал ветеринаром. У нас пятеро детей. Сейчас я тяжело заболел, мне сделали операцию. А после наркоза я вдруг все вспомнил! Что я - Марченко Родион Михайлович, что у меня на Украине есть мать, жена, дети. Я чувствую себя преступником, предателем, хотя ни в чем не виноват. Готов стоять перед вами на коленях и просить прощения. Оля, родная, прости и приезжай скорее попрощаться. Возьми детей. Жить мне осталось мало".
Встреча была тяжелой. Мама только гладила по голове высокого изможденного старика и приговаривала: "Родион, где ж твои кудри?" Он плакал. У него была уже последняя стадия рака, он все время просил об одном: забрать его с собой и похоронить на Родине. Мама готова была, но Татьяна, вторая, фронтовая, жена, не отдала. Да и как? Ведь все годы он числился погибшим и жил под другой фамилией. Решили оставить как есть. Через два месяца мы получили телеграмму. Папа умер 30 апреля 1965 года. Теперь в последний день апреля я всегда езжу в родное село, несу цветы к памятнику, где среди других есть имена трех моих братьев, погибших на фронте. И отца, Родиона Михайловича Марченко.
Анна МЯГКИХ (МАРЧЕНКО), Конотоп Сумской области
СВАЛКА НА БРАТСКОЙ МОГИЛЕ
В сентябре 1986 года солдаты-срочники тянули у нас возле села кабель связи. Рядом газопровод, поэтому из осторожности кое-где рыли траншею руками. В тот день пошел дождь, работы хотели остановить, но прапорщик приказал продолжать. Когда нож кабелеукладчика за что-то зацепился, водитель ничего не заметил. Подошел старший командир, махнул рукой: давай дальше! И все. Взрыв был такой силы, что многотонную технику отбросило метров на сто. Жилые дома ходили ходуном, факел горевшего газа был до самого неба. Все солдаты погибли. А их родители, верно, радовались, что ребята не попали на афганскую войну. Через год военные поставили памятную плиту с именами и фотографиями этих ребят. Я все годы смотрю за ней, сажаю цветы. Заказываю в церкви по ребятам панихиду. Поначалу военные мне помогали, а после забыли. Конечно, не на войне они погибли, но тоже ведь на службе были. Да мало ли и на войне народу положили из-за дурацких приказов. Я и в Дмитров ездила, в военкомат. Сказали, нет у них на балансе такого памятника. Обращайтесь, мол, в отдел культуры. Но здоровье у меня уже не то. Хотела вот к майским подкрасить, да слегла. Не могу спокойно смотреть, как памятник разрушается. Да еще пьянчуги облюбовали это место и загадили до предела. Это ж надо, гвоздем глаза ковыряют на фотографиях, уроды. Украли звезду. Я нашла кто, вернули... Противно мне, все же наши сельчане. Но себе слово дала: пока живу - погибших ребят не брошу. Вот шлю вам фото, посмотрите и вы. Увидели? Это из-под отметин современного варварства проступают живые лица солдат, которые погибли не на войне.
Александра КУРЧАВОВА, с. РОГАЧЕВО Дмитровского района Московской области
КОД МИРГАЗИЯНА САЛАВАТОВА
Сегодня я отправилась молиться в "тихую мечеть". Вообще-то это бывшая котельная в нашем дворе. А "тихая" - потому что минарет ей заменяет круглая кирпичная труба, по которой ни одному муэдзину не забраться. Так что призыв к молитве - азан - звучит только внутри, что для мечети необычно. Да она и появилась очень необычно. Семь лет назад, ровно на седьмой день после смерти своей жены, мой сосед Миргазиян Салаватов услышал во сне цифру - сто одиннадцать(?!). Сразу разгадать сон не смог, хотя перечитал Коран, другие религиозные книги. Но как-то, прогуливаясь по нашей улице Декабристов, он обратил внимание на нумерацию домов: 109, 113, 115... А где же 111? Нет такого дома, на его месте заброшенная котельная. Вот и код небесного послания: сооруди, бабай, на этом месте мечеть! А как? Хозяев нет, одна мусорная свалка. И опасный конкурент, платная автостоянка. Но 73-летний Миргазиян крутых не испугался. Добился, чтобы земельный участок передали общине "Ихлас". И вместе с другими правоверными пенсионерами начал строить храм. Сам после второго инфаркта таскал кирпичи, блоки, замешивал раствор. Снаружи стены обшили пластиком, внутри деревянной рейкой. На купол минарета - бывшую трубу котельной - с помощью пожарных кранов водрузили списанный купол казанской мечети Марджани. Но сам бабай, "полпред Аллаха", до этого дня не дожил. А мы его помним.
Асма НАЗМИЕВА, КАЗАНЬ
ДЯДЯ САША И САМУРАЙСКИЙ ДУХ
Японец Йоситэру Накагава приехал в Калмыкию 35 лет назад, да тут и остался. Ему понравилась рыбалка на Чограе. И еще он встретил женщину, Любу Завгороднюю. Он говорит по-русски, а похож на калмыка. Мы зовем его дядя Саша. Человек он своеобразный. Бывший летчик-камикадзе, воевал и сбил 18 самолетов. Наверное, и наших тоже. Имеет японские награды. Когда в бою его сбили, он посадил горящий самолет, потом вылез из кабины и сделал себе харакири. Как у них полагается. Но не умер, советские солдаты не дали - как полагается у нас. И он об этом до сих пор жалеет. Потому что потом в его жизни радости было немного. Лесоповал в лагере для военнопленных, дорожные стройки в Сибири, Узбекистане, Дагестане. Наконец осел в Калмыкии. Недавно Кирсан Илюмжинов решил укрепить нашу дружбу с Японией и купил ему в совхозе дом. Говорят, на родину дядю Сашу звали дважды. После амнистии, в 53-м, он сказал: "Назад нельзя. Долг чести не выполнен, я жив. Позор". Не поехал. Хотя побывать в Японии, где оставались родные, мечтал. 7 родных и 7 приемных братьев и сестер... И долго писал в инстанции, пока ему не помогла организация "Военные мемориалы". Но на слово не поверили, взяли пробу ДНК - сравнить с ДНК родственников. И только когда его личность была подтверждена, прислали приглашение. Наконец летом прошлого года он побывал на Хоккайдо, у младшей сестры Тиоко Тиба. И пошла после этого в его жизни новая полоса. В наши степи зачастили съемочные группы телеканалов, газетчики. А герой наш возгордился, не вынес медных труб. Даже интервью теперь бесплатно не дает! Вот мы и думаем: что же это за самурайский дух такой?
Нина БАДМАЕВА, пос. Южный, Республика Калмыкия
ТАКОЙ БУГУРТ ПОЛУЧИЛСЯ
В конце апреля в пригороде нашего родного Пскова разыгралось настоящее сражение. Все, кто пришел к горе Соколиха, своими глазами видели, как "русские" и "немцы" сразились не на жизнь, а на смерть. Как и 765 лет назад на Чудском озере. "Бились" около памятника Александру Невскому. Немецкие рыцари Ливонского и других орденов в тяжелых доспехах выстроились "свиньей". Сначала они завязли в рядах ополченцев, потом по ним ударил засадный полк князя Александра. Так как льда не было, сцену утопления рыцарей разыграть не удалось, они просто отступили. В остальном же Ледовое побоище было воссоздано с максимальной точностью. И пехота, и конники, и лучники. Все в снаряжении и с вооружением как будто бы из того времени. Мечи, секиры и топоры настоящие, но неострые. "Воины" съехались из Москвы, Питера, Екатеринбурга, Калуги, Тулы, Твери, Краснодара, Великих Лук, Беларуси. Все - участники военно-исторических клубов. Но на этом представление не закончилось. В качестве бонуса зрителям показали бугурт, сражение стенка на стенку, когда запрещено наносить только колющие удары. Исход бугурта был непредсказуем, и бойцы показали себя во всей красе. Боевые топоры, мечи то и дело со звоном опускались на шлемы. Участники поединка, сбитые с ног, оставались лежать на земле и считались погибшими. Сначала "немцы" потеснили "русских". Да так, что омоновцам из оцепления пришлось тоже спешно отступать. Потом "наши" взяли реванш. И 9 тысяч зрителей ликовали.
Виктор ОСТРЕНКО, ПСКОВ
СЧАСТЬЕ ЕСТЬ!
Этот случай из разряда чудес, которые случаются с каждым скептиком. Я занимался на турнике у речки Кальмиус и краем глаза заметил рослого парня, кидающего поодаль гири. И вдруг он кричит: "Виктор Павлович, вы меня помните?" Напрягаю память. Может, родственник кого-то из больных? А парень смеется и подсказывает: "Я - Владимир! Вовка-морковка, помните? Десять лет назад мне хотели ногу отрезать из-за саркомы бедра, а вы сказали: не надо. Сделали свое знаменитое эпидулярное обезболивание и пообещали, что поправлюсь. Я вам сразу поверил!" Конечно, я вспомнил Вовку, которого коллеги считали обреченным. Его рисунок - "Мы с доктором танцуем лезгинку" - и сейчас висит у меня в кабинете областного противоопухолевого центра. И скульптура льва, которую мама Вовки слепила мне из больничного гипса. Теперь человеку 20 лет, он учится в художественном училище, занимается спортом, встречается с девушкой. Опухоль, считавшаяся смертельной, не дает о себе знать. Я - что? Всего-то анестезиолог, могу только избавить от боли, воздействуя на спинной мозг. Думаю, дело в нем самом, в его безграничной вере: он себя убедил, что впереди только хорошее, другого не дано. Я ощущаю себя сегодня по-настоящему счастливым.
Виктор ИСАЕВ, кандидат медицинских наук, ДОНЕЦК
ТРОФЕЙНАЯ КОФТОЧКА
Сегодня со мной произошел странный случай. В 9 утра в дверь позвонили. На пороге женщина. Вы, говорит, Алсу? Киваю. "Бабушка умерла. Я знаю, она хотела ее вам подарить". Вручила мне бумажный сверток и ушла. Я развернула и ахнула! Та самая необыкновенной красоты кофточка: черная, вся-вся расшитая чудным бисером. Все мое детство я клянчила ее у бабушкиной приятельницы. Не без детской хитрости, конечно: мол, когда-нибудь потом подарите? Изучила до мельчайшей бусинки. Австрийская работа, очень тонкая... Значит, умерла Раиса Рафиковна Мухамедьярова... От кофточки пахло "Красной Москвой". Два запаха всегда сопровождали эту прекрасную женщину: запах йода и "Красной Москвы". Она часто приходила к нам после операций, руки вымазаны йодом - я на всю жизнь запомнила. Военврач, полковник медслужбы, дошедшая до Берлина. Она рассказывала, как с сестричками ходила на болота за мхом-сфагнумом. Потом его сушили и использовали вместо ваты. А вместо наркоза - спирт. Многие не выдерживали, умирали от болевого шока. Однажды она спасла жизнь сыну генерала. Ценой ампутации ноги. А ведь мог умереть от шока, от потери крови, от сепсиса. И генерал подарил ей ту "трофейную" кофточку. Она надевала ее по особым случаям: на 9 Мая, на чей-то юбилей, на Новый год. Таких самоотверженных людей я не встречала. Всех своих знакомых и их знакомых, и соседей их знакомых посылала к ней на консультацию - она никому не отказывала. Хирург-травматолог от Бога. Скольких детей спасла от увечья! Иногда на улице подходила: "Мамаша, у вашего ребенка проблема, нужно ножку вытянуть, полежать в гипсе, а то будет хромать всю жизнь". Кофточку вашу, Раиса Рафиковна, буду надевать в память о вас в День Победы. И пусть земля вам будет пухом.
Алсу АЛПАРОВА, УФА
НЕ ПОМИНАЙТЕ ЛИХОМ
Сегодня мы с Аськой устроили в Битцевском парке отходняк. Мы больше в Россию не вернемся, во всяком случае, в обозримом будущем. Народ пришел из любопытства. Выпили - стали высказываться: вы, мол, высокомерные, себе на уме. Они хотя и инфантильные, но в основном толковые. Вот только жизнь свою здесь, думаю, проср., в смысле пустят коту под хвост. Кому нужны? Об этом весь вечер спорили. Многие еще пятикурсниками пытались найти работу. Их всюду встречали с постными минами: "МИФИ? А что вы умеете?" Ну а кто после института что-то умеет? Они умеют быстро обучаться - всему, это светлые головы и хорошее образование. Один пошел сторожем и сейчас, в "аспре", тот же детсад сторожит. Второй аспирант в книжном подрабатывает - за 12 тысяч: с утра до вечера ждет покупателей, чтобы рассказать им что-то про умные книги. А умные книги никому не нужны, хозяйка ему даже читать не разрешает. Мы, говорит, тебя не читателем взяли. Мне-то повезло, я с третьего курса и всю аспирантуру был сисадмином. Аська моя, как и все провинциалы, общительная и верткая: купила в сети подержанный цифровик и по 12 часов в день фоткала ювелирные украшения. Деньги мы копили. Когда сил хватало, читали Берроуза, Керуака и Миллера, Аська еще обожает про Че Гевару. Дважды ездили автостопом по стране. Итог: людей нормальных мало, что старших, что молодых. Исключение - Сахалин, туда мы на велосипедах мотались. Остров он и есть остров: все равно, что крошечная планета. Люди отзывчивые и бескорыстные, ночевать пускали запросто и цены не ломили, а часто и денег не брали. Но мы все равно с Аськой решили, что отсюда надо сваливать, все послать и шляться по миру. Начнем с Азии: Китай, Бирма, Тибет, потом махнем в Южную Америку и в Африку. Потому что жизнь, когда утром нужно идти на работу, видеть один и тот же пейзаж и все заранее предопределено, - это не жизнь, а застой. Лет отпущено не так много, и надо успеть выяснить, для чего мы живем. И есть ли вообще ради чего. Не важно, чем там заниматься, когда деньги кончатся, что-нибудь придумаем, главное - побольше увидеть и все перепробовать. На Азию денег точно должно хватить. В Индии и Китае все очень дешево. Вот в Китае операция по смене пола стоит всего 400 - 460 баксов, а у нас - 15-20 штук. Но это я так, к слову. Главное, менталитет там совсем другой и нас устраивает. Вот, пожалуй, и все. Прощайте все!
Кирилл НАУМЕНКО, МОСКВА
НЕ ХОЧУ РЕЗАТЬ ЛЯГУШЕК. И НЕ БУДУ
Я учусь на биологическом факультете МГУ. Специально поступил на кафедру микробиологии, чтобы не проводить экспериментов над животными. На первом курсе отказался упражняться на крысах. На втором, когда на практике по изотопам нужно было убивать мышей, пропускал эти садистские занятия. Преподаватели терпели недолго. Пригрозили, что без практикумов я не смогу сдавать экзамены. А значит, в конце концов меня отчислят с факультета. Пришлось уйти в "академ". Мои бывшие однокурсники продолжают ставить опыты над живыми лягушками. А я не могу и не хочу. Я верю научным экспериментам, которые уже не раз проводились в разных странах мира, и не считаю нужным калечить живых существ. Тем более что без этого в наше время можно вполне обойтись. В зарубежных вузах для изучения живых организмов уже давно используют компьютерные программы. Есть они и у нас, например в Тимирязевской академии. Но в МГУ, в самом лучшем вузе страны, заявляют, что никаких альтернатив вообще нет! Навстречу мне идти никто не хочет, никакого диалога не получается. Мои моральные принципы просто никого не интересуют. А кое-кто прямо заявляет, что я, мол, хитрец. И в чем, интересно, моя хитрость? Что я для себя выгадываю? Со мной разговор короткий: не хочешь учиться, как все, переходи на факультет почвоведения или вообще уходи. Выход у меня один: судиться с биофаком. Подал на него иск за негуманное обращение с животными. Требую, чтобы мне дали право учиться, не проводя опытов над животными. Я докажу, что эксперименты над крысами и кроликами нарушают правовые и нравственные нормы. Понимаю, наживу много врагов... Но у меня есть и сторонники. Недавно они провели акцию возле МГУ, надели маски животных и футболки с буквами и составили надпись: "Нет опытам! Опытам - нет!"
Роман БЕЛОУСОВ, студент биофака МГУ

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 19430

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...