Госдума приняла в первом чтении проект закона о новых полномочиях полицейских. Чинно-мирно, никаких громких споров, дебатов, выкриков из зала. Наш парламент давно уже не место для дискуссий, однако вопросы остаются, причем касаются они не только людей в погонах, но и каждого, кто попадется им на пути. Итак...
Законопроектом, в частности, предлагается разрешить полиции вскрывать автомобили «для спасения жизни, задержания преступников, обеспечения безопасности при массовых беспорядках, чрезвычайных ситуациях и угрозе теракта». Полицейские также получают право оцеплять или блокировать территорию жилых домов и других объектов. В границах оцепления смогут проводить осмотр граждан и автомобилей. Полицейским планируется предоставить право применять оружие не только при оказании вооруженного сопротивления, но и при покушении на это преступление...
Трепещите, преступники? Однако многие эксперты полагают, что предоставление таких суперполномочий человеку в форме, да еще не обязанным вам представляться, несет прямую и явную угрозу законопослушным гражданам. Более того, новый закон, по сути, является индульгенцией на преступление.
Разработчики законопроекта, конечно же, говорят, что поправки позволят обеспечить гарантии защиты честных и чистых перед законом россиян. Но правозащитники полагают, что проект этот не только не разъясняет вопросы применения силы и оружия полицейскими, но, напротив, запутывает их, давая основания для злоупотреблений.
Вот, например. «Совершение иных действий, дающих основания расценить их как угрозу нападения», — формулировка из законопроекта. А ведь под нее задним числом можно подвести любую стрельбу по гражданам — и оправдать полицейского, который расценил попадание пластикового стаканчика в кевларовый шлем как угрозу нападения.
«Законопроект направлен на усиление гарантий защиты прав и законных интересов граждан, совершенствование практической деятельности сотрудников полиции по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений и иных правонарушений, уточнение и детализацию их обязанностей и прав, исключение из отраслевого законодательства норм, которые носят неопределенный характер», — говорится в пояснительной записке к документу. Вы уверены в этом, господа разработчики?
Полицейские давно относятся к задаче защиты граждан как к назойливой мухе, от которой лучше отмахнуться. Могу засвидетельствовать это на личных примерах бездействия полиции при совершении преступлений. Полицейские не приехали на вызов пожилой женщины, к которой в квартиру ломились бандиты, не защитили многодетного отца, которого угрожают убить, не разберутся с автоподставщиками. На законопослушных граждан ей наплевать, если они не начинают бузить и не выражать недовольство чем-то или кем-то, пусть даже и в одиночных пикетах. Вот тогда да, люди в боевой амуниции тут как тут! А попробуйте вызвать наряд, когда накуренные недоросли и гопники громят детскую площадку — «замучаетесь пыль глотать»...
Инициаторы законопроекта (а он был разработан в договорно-правовом департаменте МВД в конце прошлого года) не скрывают, что особое внимание уделено повышению уровня личной безопасности и правовой защищенности самих сотрудников полиции. Как будто бы они не защищены — оружием, дубинками, спецсредствами, драконовскими в отношении граждан законами. Новые нормы позволят полиции еще вольготнее заниматься тем, чем она сейчас занимается. Своими делами, которые имеют мало общего с защитой граждан и закона...
Полицейский и сейчас редко отвечает за нарушение закона — подтверждений тому нынешний год дал немало. Новый законопроект еще больше снижает его ответственность. Для этого статью «Гарантии правовой защиты сотрудника полиции» дополнили ч. 1.1, которая гласит: полицейский «не подлежит преследованию за действия, совершенные при выполнении обязанностей, возложенных на полицию», если они соответствовали требованиям Конституции и законов РФ. Понятно, что сегодня действия полиции априори соответствуют, а поступки граждан — нет.
Принятие нововведений в первом чтении совпало с очередным скандалом в Росгвардии — высшие ее чины не погнушались забавой многих сидящих во власти: зло-употреблениями при госзакупках (ч. 4 ст. 159 УК РФ, особо крупное мошенничество). Нас уверяют, что уголовным делам дало ход само руководство Росгвардии, блюдущее закон. Однако факты говорят об ином: оно, руководство, сначала санкционировало закупку у единственного поставщика без конкурса и торгов, что позволило уворовать из бюджета на 680 млн рублей. Любопытно, что уголовное дело возбуждено «не против», а «по факту». И можно предположить, что его спустят на тормозах. Ну не судить же бывшего первого замглавы Росгвардии Меликова, который указом президента был назначен и. о. главы Дагестана.
Интересно и то, что в российском обществе эта информация не вызвала никакого всплеска. А чему тут изумляться? Все привыкли к тому, что блюстители закона — в первых рядах его нарушителей, причем самых крупных.
При этом Росгвардия уже фактически имеет все права, которые новым законом будут дарованы полиции. И это не мешает ей нарушать закон и ни за что не отвечать. Так, боюсь, будет и с полицией, которой можно припомнить не менее громкие «кражи со взломом», а еще бандитизм, изнасилования, пытки и прочие деяния.
Символ современной полиции не дядя Степа — милиционер, приходящий на помощь гражданину, а автомобиль в бело-синих цветах с мигалкой, сопровождающий вельможный лимузин.
