Труд: МИЧУРИНСКИЕ ЯБЛОКИ

Главная Жизнь 01:01 13 Января 2004 3508

МИЧУРИНСКИЕ ЯБЛОКИ

Мичуринск пахнет снегом, мазутом, яблоками и легкой печалью. Вдоль бесчисленных железнодорожных путей узловой станции в любое время суток курсируют тетки, предлагая отборные плоды по 80 рублей за ведро. Пассажирские составы стоят здесь подолгу. Дальше на

Михаил Зубов, журналист

Напечатать

Незадача возникла сразу. На утонувшей в каше из талого снега привокзальной площади - ни одного рейсового автобуса. Пришлось брать такси.
- Второй день автопарк бастует, - поясняет словоохотливый водитель Миша. - Зарплату людям полгода не платят. У меня там шурин работает. Долг уже за 21 тысячу перевалил. Почему на другую работу не устроится? Так нет ее, работы, заводы стоят...
За окном тянутся улицы наукограда - узкие, грязные, но уютные, застроенные старыми двухэтажными домами. Так, наверное, было и 100 лет назад, когда здесь появился недоучившийся гимназист (исключен за плохое поведение) Иван Мичурин. Купил участок земли и занялся выведением новых сортов яблок. Город тогда назывался Козлов...
Чтобы понять ситуацию с работой, достаточно разок заглянуть на местную биржу труда. Бывшее заводоуправление, огромный темный коридор - электричество отключили. И ни единого безработного.
- У нас их не так много, - говорит начальник отдела прогнозирования Елена Муравьева. - За прошлый год зарегистрировались 1721 человек. Но реально безработных - полгорода. Тем, кто обращается к нам, мы подыскиваем место - почти все предприятия высылают список вакансий. В основном нужны квалифицированные рабочие - газосварщики, токари, электрики. Трудно найти разве что врача (на оклад в 1700 рублей) и санитарку (700 рублей). Кто будет горбатиться за гроши? Прожиточный минимум в городе - 1797 рублей. Хуже всего молодым. Есть в Мичуринске, например, аграрный колледж, выпускает юристов-консультантов. Что-то вроде ПТУ, поступают туда после восьмилетки. Кому такой юрист нужен? Полгода 11 правоведов у нас на учете стоят. Шансов устроиться по специальности - никаких.
- Наверное, можно переучиться?
- Конечно. На парикмахера, оператора ЭВМ, бухгалтера. Но трудоустройства мы не гарантируем.
- На что же живут без работы?
Начальник прогнозирования пожимает плечами. Рассказывать о способах заработка мичуринцы немного стесняются.
- Да яблоками поголовно занимаются, - говорит Володя, мужик 34 лет. В фуфайке и видавших виды сапогах, он бойко торгует квашеной капустой на рынке. - Тут же кругом сады колхозные. Никто их не охраняет. В сезон, кто и работает - либо отпуск берет без содержания, либо увольняется. И - вперед по яблоки. За день можно килограммов 200 натрясти. А потом сдать на приемный пункт. Правда, принимают дешево. Прошлый год неурожай был - так давали 1,5 рубля за килограмм. А обычно больше рубля не выпросишь. Поэтому многие сами торгуют - ходят вдоль поездов, благо их десятки через Мичуринск идет. Там уже и 8 рублей можно просить, и 10. Вот и получается - день по садам работаешь, а навар - как за месяц стояния у станка... Пить будешь? - он нашаривает под прилавком бутылку и бегло глотает из горлышка. - Сам делал, не самогонка - слеза...
Жена Володи Татьяна специализируется на торговле огурцами, возит их на рынок в Москву, за 370 километров. Расходятся мгновенно. Все дело в маленькой хитрости. Привередливые москвичи почему-то любят соленые огурцы, а маринованные не уважают. Но качественно засолить огурец, чтоб был "как стеклянный", довольно трудно. Поэтому мичуринцы поступают так: огурцы маринуют в банках, а потом перекладывают в 40-литровые молочные фляги, заливают рассолом и продают в столице под видом соленых бочковых.
Старожилы знают, что райцентр мог стать мини-Чернобылем. От Мичурина, кроме коллекционных садов с вишнями, сливами, яблоками и грушами, остался Всероссийский НИИ генетики и селекции плодовых растений. Выведя более 1000 сортов плодовых культур традиционными методами, институт занялся атомной селекцией. Установленные в лаборатории кобальтовая и цезиевая пушки дни напролет обстреливали нейтронами семена и пыльцу. Когда установки превысили эксплуатационный ресурс в 4 раза, в лабораторию нагрянули инспектора Госатомнадзора. И поставили ультиматум: либо сворачивайте исследования и утилизируйте ядерный хлам, либо платите страховку за всех жителей микрорайона на случай аварии. Руководство института схватилось за головы и калькуляторы. На счастье мичуринцев, нескольких миллионов рублей на страховку в НИИ не нашлось. Пушки тихо вывезли на саратовский полигон радиоактивных отходов.
За окнами института лежит типичный мичуринский пейзаж: голые сады, занесенные снегом. Старший научный сотрудник Виктор Лукин похож на профессора Плейшнера из "Семнадцати мгновений весны". Он - последний из "могикан", занимавшихся выведением растений-мутантов. Удалось почти невозможное: получить смородину, которая реагирует на малейшее загрязнение атмосферы. Едва в воздухе появляется радиация или токсичные вещества - смородиновый куст покрывается побегами, резко отличающимися от нормальных. Для пробы смородину высадили в десяти километрах от Новолипецкого металлургического комбината. Через некоторое время появились предательские побеги. В итоге нынешним летом на сельскохозяйственной выставке в Нижнем Новгороде биоиндикатор Лукина получил бронзовую медаль.
- Мы предлагаем нашу смородину для озеленения крупных городов, - говорит Лукин. - Она не требует ухода, а жители всегда будут знать, в порядке ли у них в районе с экологией.
Нет только покупателя. Индикатор, бесспорно, штука хорошая. Только зачем он нужен администрациям мегаполисов? Чтобы жители, глядя на мутирующие, буйно разросшиеся кусты, выходили на митинги?
В одной из лабораторий растения выращивают в пробирках - повсюду расставлены подсвеченные жутковатые стеллажи с колбами. Технология довольно сложная. Следует взять почку, последовательно промыть ее в сулеме, спирте и дистиллированной воде и поместить в стерильную емкость с питательной жидкостью. Такие манипуляции приводят к тому, что из почки появляется до миллиона тонюсеньких побегов, лишенных корней...
- В Европе так выращивают цветы, например, голландские розы, - поясняет хозяйка лаборатории Светлана Муратова. - Специально выводят сорта, которые не размножаются традиционными способами. Их не могут "клонировать" фермеры, сбивать цену. Но России не до декоративного озеленения. Мы используем этот метод для размножения лабораторных экземпляров.
В свое время Муратова пыталась заниматься модной темой - трансгенными растениями. Но дальше написания кандидатской диссертации дело не пошло. ДНК не засунешь в донорскую клетку пинцетом. А других инструментов в НИИ практически нет. Присвоение Мичуринску статуса наукограда, по мнению Светланы, положения не изменит: деньги нужны огромные, оборудование только для лаборатории молекулярной генетики стоит около 500 тысяч долларов.
А зарплата - 3 тысячи рублей. Муж-тракторист получает и того меньше: летом - около 2, зимой - не больше 600 рублей. Вместе с 11-летней дочкой Юлей Муратовы ютятся в общежитии, переделанном из бывшего детсада. Одно из помещений разгорожено ширмами на несколько комнатенок - вот и вся квартира. В школу дочке приходится ездить в город на автобусе за десяток километров - НИИ расположен в пригороде. Держатся, как и все, огородом. Семье научного сотрудника положено 2 сотки под овощи и 8 - под картошку...
Вечереет. Прошитый нитями снега, город похож на рождественскую открытку. На подслеповатые дома через площадь смотрит Мичурин. На памятнике, сделанном с фотографии, он одет как в жизни - во френч, застегнутый на "женскую" сторону. По преданию, Мичурин жил бедно и одежду перелицовывал сам. Но, как уверяет внучка селекционера Галина Савченко, это не соответствует действительности: дед имел внушительный двухэтажный особняк и регулярно получал продуктовые наборы прямиком из Москвы. Человек увлеченный, он просто не придавал значения одежде.
Галине Савченко 75 лет. В Мичуринске она проездом - хочет продать причитающуюся ей половину дедовского особняка, чтобы оплатить обучение внучки-студентки. Покупатели - чета бизнесменов из Сургута, Марина и Александр, живут тут же, в особняке, снимают одну из восьми комнат первого этажа. По словам предпринимателей, Мичуринск принимает таких, как они, пришлых, в штыки.
- Места здесь богатейшие, толщина чернозема доходит до 14 метров, овощи, фрукты изумительные, - говорит Марина. - Но перерабатывающие заводы стоят. Кроме двух: один принадлежит администрации Тамбовской области, второй - мэру Мичуринска. Возьмите консервный комбинат на улице Лаврова. Он сейчас банкрот. А ведь крупнейший был завод в советские времена, выпускал до 45 миллионов банок в год. Для него в Германии закупили 4 линии для производства детского питания. Так они и валяются на задворках, даже распаковывать не стали. Зачем мэру конкурент? Кстати, одна из целей создания наукограда - поднять перерабатывающую промышленность и наладить производство того же детского питания.
Что такое рыночные отношения по-мичурински, сургутчане испытали на себе. Прошлым летом они открыли цех по переработке овощей, вложили в дело около миллиона рублей. Теперь банки с огурцами приходится отправлять контейнерами в Сургут. Реализовать продукцию на месте практически невозможно. Супругов уже предупредили по-хорошему: не создавайте конкуренции, иначе...
Иначе может быть все что угодно: криминала и в Мичуринске хватает. Нынешним летом, к примеру, сюда съехались представители сразу трех преступных группировок (тамбовской, липецкой и "родной" мичуринской) - делить сферы влияния на местный завод поршневых колец. Деловая встреча переросла в мордобой с перестрелкой. Милиция благоразумно не вмешивалась в конфликт, и лишь когда стороны достигли "консенсуса", на машинах с мигалками проводила "братву" до городской околицы.
... Перед отъездом я завернул за яблоками в супермаркет. Но фирменных "мичуринских" там не обнаружил - только импортные. И это - в городе, где растет более 300 сортов яблонь! Я купил их уже на перроне, у одетой в заношенное пальтишко бабушки. Пахло мазутом и снегом. И было немного тоскливо. Я думал, что умом Россию воистину не понять, а наукоградами - не исправить.

Жизнь 19:01 / 10 Октября 2026 5455

О чем я подумала, когда машина летела в озеро

В моем детстве простые вещи запоминали сразу - на то они и простые

Гузель Агишева

Труд

Забыла наушники, а за окном темень, ничего не видно, так что высматривать что-то и отвлекаться не получается. Двери вагона на шарнирах — каждый входящий и выходящий энергично их распахивает...