Тонкие пальцы, густые волосы с обильной проседью, печальные карие глаза. Голос глухой, усталый. Княжна Мэри на пенсии. А может, Наталья Николаевна Гончарова. Ну очень красива. "Что вы, - смущенно смеется она, - какая уж тут красота. Муж всю жизнь пил, а я его жалела, бросить не смогла..."
За три минуты до отправки поезда в купе вошел молодой человек и нарушил нашу идиллию. Открыл ноутбук, стал рассылать эсэмэски и отвечать на звонки. Такой ни за что не поменяется, видимо, подумала соседка и уставилась в окно.
Нарисовалась проводница. Плюмбум, не отрываясь от экрана, протянул ей кончиками пальцев билет, потом вспорол бутылку пива и тут же заглотнул капсулу трамала, сильного обезболивающего. "Нас имели три дня по полной. Уволили половину региональных дилеров, - говорил он кому-то по мобиле. - У меня, блин, язва разыгралась, думал, крякну. Прикинь: сидят взрослые, лощеные мужики и конкретно тебя посылают!" Говорил громко, будто один в купе.
Вера Николаевна положила передо мной фотокарточку. Забавная, конопатая мордашка. "Этот Мурзилка - ваш внук?" Она вздохнула: "Самый рыжий мальчик на свете, уж поверьте. И диагноз на этой почве: отсутствие страха. Приходит домой с прогулки весь в синяках и ссадинах. Его дразнят, а он кидается на обидчиков, сколько бы их ни было. Мы с дедом боимся, что либо его убьют, либо он кого-нибудь зашибет".
"Надо пойти к психиатру, - неожиданно откликается Плюмбум". - "Были много раз. Разводят руками, нет, говорят, инстинкта самосохранения. Сейчас вот в Турции отдыхали - зять с дочерью моей, внучка и Рыжик наш. Зять яхту откупил, так Рыжик с кормы сиганул. Там 40 метров глубина, а ему восемь лет! Мы все как на пороховой бочке живем, а ведь умный мальчик, все на лету схватывает. Я уж думаю, может, кара это нам всем какая-то или восстановление равновесия в природе. Мы всю жизнь всего боялись, я даже уйти от мужа не смогла - побоялась. Дочь с зятем тоже плохо живут - у каждого своя жизнь, только вид делают, что семья. И только Рыжик наш шальной за всех жару дает".
Плюмбум трепался без остановки, с него как резьбу сорвало. Русский, надо сказать, специфический, понимали мы его фрагментарно, зато английский, как музыка. "Я в авиационном язык преподаю, - сказала Вера Николаевна, - но куда мне до него. Он, небось, в Англии учился..." - "Учился я в мифяге, потом тусил по Штатам года четыре. Мне это ничего не дало, кроме скорости речи и замусоренности языка, - откликнулся стальной юноша, - а пацан ваш - классный чел. Хотел бы я иметь такой диагноз, чтоб этим говнюкам, опухшим от долларов, вставить по самое..." - и он щелкнул крышкой компа, как затвором, вспорол новую бутылку и ловко подтянулся на верхнюю полку: "Секретничайте тут, я ухожу в отключку".
16:16
Знак качества от WBA
12:24
1737 АЗС для Pulsar
