Пошел второй месяц с того дня, как два танкера потерпели крушение в Керченском проливе. Они перевозили 9,2 тысячи тонн мазута. Значительная часть его вылилась в море. Топливо вынесло на побережье сначала в Краснодарском крае, потом в Крыму. По разным оценкам, как минимум 200 тысяч тонн грунта загрязнено, и это далеко не весь ущерб природе и людям. Президент Владимир Путин назвал произошедшее «экологической бедой» и заявил: «Всего того, что делается по минимизации ущерба, недостаточно».
В море остаются потерпевшие крушение танкеры, из которых вытекает топливо, в воде болтаются тысячи тонн мазута. Его на берег Анапы и Темрюкского района выносит до сих пор. Курортный сезон в регионе под угрозой срыва. И вот 12 января было объявлено о создании федерального штаба по ликвидации последствий катастрофы. Глава МЧС Александр Куренков потребовал представить перечень мероприятий по ликвидации разлива нефтепродуктов. 13 января вице-премьер Виталий Савельев провел заседание специальной правительственной комиссии. Комиссия создала постоянно действующий оперштаб. Работа закипела...
А первые сообщения были вполне благодушные. Сразу после того, как 15 декабря танкер «Волгонефть-212» сел на мель, а «Волгонефть-239» разломился на две части, власти успокаивали общественность: ничего не пролилось, ущерба никакого. Ну кроме погибшего матроса с судна. Позднее сигнал бедствия возле порта Кавказ подал еще один танкер — «Волгонефть-109» — к счастью, там разлива не произошло.
Через несколько дней после катастрофы мазут нашли на пляжах и в Анапе и Темрюке ввели режим ЧС. Затем бедствию присвоили статус ЧС регионального масштаба. И только потом чрезвычайный режим был поднят до федерального уровня. Для этого потребовалось 11 дней! Время ушло даже не на оценку произошедшего (хотя и это делалось очень медленно), а для того, чтобы чиновники перестали вешать лапшу на уши и рискнули доложить наверх о том, что действительно случилось. В конце концов режим ЧС федерального масштаба все-таки был введен. Но тут уже впору говорить о бедствии международного масштаба: море-то не только российское...
Между тем до сих пор масштаб катастрофы до конца не осознан. Цифры утечки мазута противоречивы. Поначалу речь шла о «некотором количестве», потом о двух тысячах тонн. По данным Минтранса, вылилось 2,4 тысячи тонн. По оценке Минприроды, в Черное море попало около четырех тысяч тонн нефтепродуктов. Губернатор Краснодарского края говорил, что на дне моря лежит около пяти тысяч тонн. Экологические организации называют другую цифру: до семи тысяч тонн... Впрочем, и двух тысяч тонн мазута достаточно, чтобы учинить трагедию на годы. И где? По сути, в единственном обустроенном курортном регионе у теплого моря, последней надежде миллионов отдыхающих россиян.
Однако уже через пару дней после катастрофы власти бодро сообщили, что ситуация под контролем. Губернатор Краснодарского края прибыл на пляж в Анапу и, еще не успев толком оценить масштабы бедствия, заявил, что к началу летнего сезона побережье будет очищено. Тут же появились сообщения о начале операции по ликвидации последствий. На официальном видео четверо сотрудников МЧС (три со штыковыми лопатами, а один с документами) ходят по чистому пляжу и собирают отдельные мазутные вкрапления. А на следующий день пляжи в районе Анапы покрыл сплошной слой черной грязи.
После чего телевизор переключился на волонтеров, которые, не щадя своего времени и здоровья, бросились со всех концов России в Анапу и окрестности убирать мазут. В сетях появилась критика: не обеспечивается вывоз мазута, остро не хватает элементарного — мешков и экипировки. С таким трудом собранный мазут опять уносит в море, поскольку мешки с грязью никто не вывозит.
Мэрия Анапы эти факты отрицала, но фото и видео добровольцев говорили сами за себя. И 22 декабря глава СКР Александр Бастрыкин дал указание возбудить дело о бездействии при ликвидации последствий катастрофы.
В телеграм-канале информационного центра в Анапе сообщалось, что уборкой мазута в границах береговой линии занимаются только «неравнодушные граждане», спецтехники нет, вывоз отходов не организован. Кстати, за истекшее время 146 человек обратились за медпомощью из-за отравления парами мазута. В основном волонтеры.
И вот 9 января МЧС сообщает, что в ликвидации последствий аварии задействованы более восьми тысяч специалистов и 800 единиц техники. По данным спасателей, в Краснодарском крае в зоне протяженностью 63 км собрано почти 140 тысяч тонн загрязненного песка и грунта. В Крыму и Севастополе подготовили к вывозу более 400 тысяч тонн... То есть работа кипит. Поверим на слово, но что дальше?
Само собой, сразу после катастрофы пошли сообщения о том, что к делу со всей серьезностью подключились правоохранители. Следователи обыскивают офисы компаний, проводивших техосмотр танкеров, изымают документы, допрашивают работников портов. Были задержаны оба капитана, один из них остался под арестом, второго определили под домашний арест. Планировались допросы судовладельцев в Перми и Санкт-Петербурге. И ко всей этой суете было объявлено, что танкеры прошли проверку пригодности для перевозки опасных грузов в июле 2024 года.
Но проблема-то в том, что эти суда, видимо, вообще нельзя было выпускать в море, тем более в шторм. Они создавались в СССР полвека назад в основном для плавания по рекам и давно выработали свой ресурс. Если верить сообщениям РБК, версия об ошибках капитанов и нарушении правил судоходства, которой придерживается следствие, не исчерпывающа. Могли ли сразу три капитана (было еще и третье судно, оказавшееся в бедственном положении) ошибиться, а три экипажа танкеров дружно нарушить все правила? И неужели целый месяц требуется, чтобы дойти от порта Азов до порта Кавказ и разгрузиться? Скорее всего, капитаны и хотели бы поскорее избавиться от опасного груза и уйти в реку, где эти суда и должны плавать, но по каким-то причинам не могли.
По каким? Хорошо бы, чтобы следствие прояснило и этот момент, вместо того чтобы сразу назначать капитанов виновными во всех бедах. Или легче поверить в то, что действия двух человек могут причинить такой колоссальный вред?
«Проблема с судами типа «Волгонефть» известна давно, — заявил председатель межрегионального профсоюза работников флота «Морской профсоюз», вице-президент Союза профсоюзов России Юрий Курнаков. — Эти суда в советское время использовали для речного судоходства, максимум с выходом в бухту у речного устья, они не предназначались для полноценного морского судоходства. Нынешний инцидент далеко не первый... Корпус таких судов переламывается при серьезном волнении моря, я за свою практику встречал несколько таких случаев. Сейчас их используют в Черном и Азовском морях и на Дальнем Востоке. Хотя несколько лет назад подобным образом погиб танкер, шедший из Южной Кореи».
Злосчастные танкеры, которые давным-давно нужно было сдать в утиль, гоняли до последнего, выжимая прибыль. Вот и выжали...
Прошлым летом в Анапе и окрестностях яблоку негде было упасть. И что теперь? Власти успокаивают: к началу сезона все будет очищено. Хотя любому здравомыслящему человеку понятно: это лукавство. Но желание представить дело в радужном свете пересиливает здравый смысл. Между тем, как считает председатель научно-экспертного совета Всероссийского общества охраны природы (ВООП), научный руководитель Института водных проблем РАН Виктор Данилов-Данильян, загрязненные из-за разлива мазута пляжи нельзя будет использовать как минимум в нынешнем курортном сезоне: «Мазут остается в море в довольно больших количествах, он будет и дальше выбрасываться на очищенный берег, который придется чистить по второму-третьему разу, к этому надо подготовиться».
Придется еще долго собирать мазут со дна и с поверхности моря и для этого придумать технологии. Существует проблема утилизации и очистки сотен тысяч драгоценного прибрежного песка.
Огромный ущерб нанесен флоре и фауне. Под угрозой главный миграционный коридор экосистем Черного и Азовского морей — Керченский пролив. Дважды в год через пролив мигрируют 38 видов промысловых рыб Азовского и западной части Черного моря. Там проходят пути черноморских афалин и азово-черноморских морских свиней — небольших дельфинов. Мазут сжигает кислород в воде, уменьшает кормовую базу, его поглощают рыбы и другие морские обитатели. Несмотря на усилия волонтеров, скорее всего, погибнут тысячи птиц, сотни морских животных. Колоссальный ущерб нанесен рыболовству и разведению морепродуктов в регионе. Речь идет о запрете употребления их в пищу. Тяжелые фракции осели на дно, убив все живое, и их будет со временем выбрасывать на поверхность и на берег, средние плавают в воде и тоже окажутся у береговой линии.
Вместо послесловия
Самое печальное, если из этой истории не будет сделано выводов, а все случившееся спишут на роковое стечение обстоятельств и на стрелочников-капитанов. Ржавые, отслужившие свой век суда продолжат бороздить воды Черного моря, а бескорыстием и самоотверженным трудом волонтеров будут прикрывать алчность и разгильдяйство совсем других персонажей.
