Как сообщил в своем Telegram-канале (ставшем с некоторых пор барометром социального давления) Вячеслав Володин, «это результат диалога Госдумы с правительством на основе учета мнений регионов и обращений граждан. Благодаря обратной связи замечания были услышаны». Спикер также напомнил, что на прошлой неделе на встрече с СПЧ президент России говорил о недопустимости опрометчивых решений с QR-кодами и что необходимо изучить «самым внимательным образом, готова ли транспортная система для того, чтобы не ограничить права людей» и «действовать очень аккуратно, взвешенно, не создавать дополнительных проблем» для граждан. Как, собственно, не создавали проблем медицинские маски, которые нам было рекомендовано носить в транспорте, но никто этого не делал.
В четверг, 16 декабря, должно было пройти первое чтение правительственного пакета очередных ограничений: о введении QR-кодов на транспорте и в общественных местах. Второй документ Дума рассмотрит, как и планировалось, но обсуждения по нему продолжатся, так как к нему тоже есть много вопросов, написал вице-спикер Госдумы Петр Толстой, у которого тоже свой Telegram-канал (а как депутату без прямой виртуальной связи с избирателями?). Идея принять такой пакет ограничений возникла в ноябре, на пике осенней волны коронавируса, когда ежедневно фиксировалось почти 40 тысяч заболеваний в сутки, а свыше 1,2 тысячи россиян ежедневно отправлялись к праотцам.
Нельзя сказать, что наверху не ведали о том, что подобные инициативы не вызывают восторга у электората, особенно, как это модно выражаться, глубинного народа, соли земли Русской. В начальственных кабинетах ведь сидят не дураки, не отдающие себе отчета в том, какую реакцию вызывают потоки лжи и лицемерия, выливаемые на наши головы ежедневно с телеэкранов. Наверху, думается, хорошо осведомлены, что с некоторых пор многие (если не сказать все) поползновения нынешней власти воспринимаются если не в штыки, то с недоверием. Хотя в большинстве случаев эти сермяжные чувства не выплескиваются наружу. Себе дороже, считает этот самый народ и помалкивает.
Примерно так толкуют данный феномен социологи и политологи, и с ними, пожалуй, можно согласиться за неимением других достоверных интерпретаций происходящего. Другое дело — вакцинация, маски, санитайзеры и уж тем более запреты передвижения и локдауны. Тут народ, как это ни странно для властей предержащих, видит посягательства на что-то кровное, очень личное. И не готов смириться и терпеть.
Социологи и раньше предупреждали о том, что подобные инициативы вызывают отторжение у половины, а то и больше граждан. Но кто у нас слушает социологов? Другое дело — кутерьма, которая началась в Казани после введения QR-кодов для проезда в транспорте. Или стрельба в столичном офисе «Мои документы» в ответ на требование надеть маску. Вот председатель Госдумы Вячеслав Володин и устроил, так сказать, общественное обсуждение правительственных законопроектов о введении QR-кодов, предложив комментировать их в своем Telegram-канале. Тот пост собрал свыше 700 тысяч мнений, в подавляющем большинстве ругательных.
Как известно, наша Госдума не место для дискуссий, как это принято в загнивающих демократиях, где нужность и полезность законопроекта выясняется в ходе парламентских дебатов между партиями, реально представляющими различные слои общества. Вряд ли кто-то у нас припомнит законопроект, отклоненный фракцией «Единой России», которая располагает в Думе абсолютным большинством мест. Обычно согласованные наверху законопроекты спускаются для утверждения исполнительной властью, то бишь правительством, и их непрохождение через парламент — дело почти что фантастическое. И никакое общественное обсуждение обычно не способно это изменить.
Но здесь не тот случай. Если бы этот законопроект был, как обычно, проштампован подавляющим большинством в парламенте, он вызвал бы столь же очевидную реакцию публики, как и вакцинация или как указание носить маски в общественных местах. То есть, мягко говоря, недоверие. А законы, как известно, добровольно выполняются, когда они одобряются не большинством в парламенте, а большинством в обществе. Разница по нашим временам существенная.
Получить еще один мощный повод для недовольства властями, равный повышению пенсионного возраста, наверху сочли большей бедой, чем очередную волну ковида. А она непременно последует в результате ослабления противоэпидемических мер.
Об этом говорит хотя бы опыт других стран, вводивших ограничения и их отменявших. Почему-то самая что ни на есть демократическая Австрия может ввести локдаун, а Германия — фактически обязательную вакцинацию, а мы нет. То, что прививки, маски, социальная дистанция, карантин и ограничения — безальтернативный комплекс противоковидных мер, нагляднее всего показывает пример Китая, который полностью контролирует заболеваемость на уровне десятков (преимущественно завозных) случаев заболеваний. Кстати, изоляция больных и ограничение контактов издревле практиковались в этой стране как действенные противоэпидемические мероприятия, формула которых дошла из веков в постулате: «Если приходит мор, освободите дворцовые палаты». Вот в Китае и введены повсеместно QR-коды, а в случае выявления хотя бы одного заболевшего блокируются целые города и проводится поголовное тестирование. Об отрицательной реакции и речи нет. Народ относится к этому с пониманием, потому что знает: власть, которая из года в год повышает уровень его благосостояния, плохого не предложит.
А что же Россия? Судя по всему, мы движемся в обратном направлении. Сказывается непоследовательность и слабость нашего правительства, провалившего информационную кампанию за вакцинацию и готового разменять жизни людей на собственную безопасность. Выяснилось, что никто не хочет тратить свой политический рейтинг на благие дела. Обрадовавшись своему же отступлению, высокие чиновники бросились наперебой убеждать глубинный народ, что и не думали нарушать его права на передвижение. Вице-премьер Голикова заявила, что QR-коды будут давать при малейшем признаке антител к коронавирусу, намекнув, что никто не останется забытым. Если оставшийся законопроект о QR-кодах в общественных местах будет принят, то, как видно, QR-коды получат и те, кто болел, и те, кто болел тайно, и те, у кого есть антитела, и те, кто привился иностранной вакциной, и так далее и тому подобное. В итоге получится, что заветный штрихкод будут выдавать просто по заявлению на «Госуслугах» или автоматически.
Но, к сожалению, нельзя сказать, что это тот случай, когда следует прислушиваться к мнению тех, кто отрицает очевидные истины, верит во всемирный заговор и чипирование через вакцинацию.
Немного личного. Будучи приученным медициной (победившей, кстати напасти покруче ковида: полиомиелит, чуму, оспу, холеру), что эпидемии и заразные болезни лечатся не таблетками, а вакцинами, я (хоть и с недоверием) в марте привился «Спутником». Доверия не могло быть в силу недостатка информации о безвредности вакцины, но выбора не было. И вот через восемь месяцев в организме еще остаются антитела в приличных титрах, хоть и недостаточных, чтобы не заболеть, как говорят медики. Аналогичная ситуация у нескольких моих здравомыслящих друзей и знакомых. Это говорит о работоспособности вакцины. Следуя принятым правилам и рекомендациям, я использовал маски, санитайзеры и соблюдал ограничения. В результате весь период пандемии не болел даже простудными заболеваниями, которыми, увы, подвержен в обычной жизни. О таком же феномене мне рассказали двое моих знакомых, правда, чересчур законопослушные и шибко умные. Все это в моем понимании может свидетельствовать о правильности линии на вакцинацию и ограничения. К этой линии можно предъявлять претензии, например, из-за запрета иностранных вакцин или плохой антиковидной пропаганды. Теперь еще прибавится вот это: идя на поводу не самой продвинутой части общества, предпочитающей лечиться рюмкой водки и огурцом, мы фактически отказываемся от массовой вакцинации, которой, как говорит наука, альтернативы не существует.
