Бульдозерная логика

Главная Культура 00:06 19 Июля 2013 172

Полтавченко прикрылся от градозащитников судом

На встрече градозащитников с Георгием Полтавченко по поводу застройки Охтинского мыса губернатор предложил дождаться решения суда

Ирина Смирнова, Санкт-Петербург

Напечатать

В Петербурге градозащитники добились встречи с губернатором Полтавченко. С Охтинского мыса «газоскреб» удалось убрать, но теперь тут намечается возведение элитного жилья. Точка в споре с застройщиками не поставлена: губернатор предложил дождаться решения суда. От местной Фемиды зависит не только судьба лакомого куска питерской территории, но и нашей истории.

На Охтинском мысу обнаружены такие уникальные памятники истории, как стоянки эпохи неолита и раннего металла, шведские крепости Ландскрона и Ниеншанц. Но, пожалуй, главной сенсацией стала находка городища времен Древней Руси. Остатки этих построек свидетельствуют, что наши предки поселились в устье Невы на четыре века раньше, чем Петр I заложил здесь Северную столицу.

Казалось бы, о чем вообще спор? В цивилизованных странах такие находки берегут как зеницу ока. На месте раскопок устраивают музеи, изучают артефакты и оформляют экспозиции, дабы порадовать знатоков и привлечь туристов. Однако судьба этих исторических памятников уже несколько лет остается неопределенной. Положивший глаз на Охтинский мыс «Газпром» отказался от возведения на этом месте 400-метрового небоскреба, чему общественность бурно радовалась. Но в июне разразился очередной скандал: Комитет по государственному использованию и охране памятников издал распоряжение, разрешающее как коммерческую, так и жилую застройку мыса. Реализация планов застройки неизбежно приведет к потере культурных памятников. Уцелеет ли древнее городище, которое в Питере уже называют «северной Троей»?

Скандальное распоряжение КГИОП вышло после решения Куйбышевского районного суда, признавшего недостоверной историко-культурную экспертизу, на основании которой могут пойти под бульдозер древние археологические находки. Эта экспертиза также была отвергнута как несостоятельная и Общественным советом по культуре при губернаторе Петербурга. 27 июня Центральный совет Всероссийского общества охраны памятников заявил о необходимости сохранения всех археологических памятников Охтинского мыса, включении их в Государственный реестр. Однако КГИОП проигнорировал решение суда, мнение авторитетных экспертов и счел возможным «осуществление хозяйственной деятельности, в том числе строительство новых зданий, строений, сооружений» на территории памятника мирового значения.

— Это все равно что застроить Кремль, — заявил корреспонденту «Труда» глава археологической экспедиции Петр Сорокин, который с 1992 года руководил раскопками на Охте, — оставить потомкам Спасскую башню, а на месте остальных построить коттеджи или бизнес-центр. Мы потеряем место неолитических стоянок, трех крепостей.

Археологи установили, что почти весь Охтинский мыс занимала шведская крепость Ниеншанц, заложенная в 1611 году. Сохранились рвы, земляные бастионы, облицованные дерновыми кладками. Внутри обнаружены остатки более древней Ландскроны, основанной летом 1300 года. А внутри археологи, как будто раскрывая матрешку, обнаружили городище времен Древней Руси. В процессе раскопок было найдено 20 тысяч артефактов — керамика, каменные орудия, украшения времен неолита, а также предметы вооружения, наконечники стрел, копья.

Специалисты убеждены в необходимости создания на этом месте археологического музея, в котором наглядно будет показано, что история Петербурга началась не 300 лет назад, что он даже постарше Москвы и господина Великого Новгорода. Возможно, даже итальянские мастера эпохи Возрождения пришли на Охтинский мыс раньше, чем в Первопрестольную.

— В Новгородской летописи старшего и младшего изводов сказано, что в 1300 году в устье Невы шведы заложили крепость, «утвердиша ее твердостью несказанной», — говорит Анатолий Кирпичников, заведующий отделом славяно-финской археологии Института истории материальной культуры РАН. — А делал ее «нарочитый мастер» из Рима. То есть она сооружалась по его проекту, под его наблюдением. Значит, это образец итальянской фортификации XIII века. То есть эта крепость на два века опережает работу итальянских архитекторов, которых Иван III пригласил строить Кремль.

Шведы в ту пору хотели укрепиться на этом стратегически важном месте, чтобы иметь свой выход из Невы в Балтику, взять под контроль торговые пути. Однако уже через год новгородские войска, которыми командовал сын Александра Невского Андрей Городецкий, взяли эту крепость. В шведской «Хронике Эрика» упоминается «погребная башня», где заперлись защитники. Новгородцы взяли противников в плен, разоружили и отпустили. И вот теперь, спустя семь веков, археологи откопали части этой башни в виде сруба.

Конечно, никто не предполагал, что здесь будет обнаружено такое количество историко-археологических памятников мирового значения. Конечно, это не знакомая нам и нашим недалеким предкам Северная столица, это неожиданно найденные корни Петербурга, его предыстория. Но если эти корни живого дерева обнаружены, то кто возьмет грех на душу их обрубить?

— Находки могут быть признаны русской Троей, — считает Кирпичников. — Как известно, Троя — многослойный памятник, там много разных пластов. И у нас это комплекс памятников историко-культурного назначения, который, безусловно, попадает под защиту закона. Его нужно охранять, беречь, эта историко-культурная находка — открытие международного уровня. И строить на этом месте что-либо, кроме музея, — преступление. Надеюсь, что суд придет к такому же выводу.

Ну что ж, остается подождать вердикта.

Напечатать

Культура 16:22 / 14 Января 2026 19013

«Ворованный воздух» Осипа Мандельштама

Вспоминаем гениального поэта, бросившего вызов «кремлевскому горцу»

Леонид Павлючик, обозреватель «Труда»

Труд

Все произведения мировой литературы поэт делил на разрешенные и написанные без разрешения. Фото: Вадим Некрасов, globallookpress.com

14 января исполняется 135 лет со дня рождения Осипа Мандельштама. Он прожил на свете всего 47 лет. Свой первый поэтический сборник «Камень» издал в 1913 году в Петербурге. Последние строки в 1938 году шептал посиневшими губами в...