Труд: БОРИС МАЙОРОВ: "СЕГОДНЯ "СПАРТАК" НЕ ШИКУЕТ"

Главная Жизнь 01:01 20 Января 2000 157

БОРИС МАЙОРОВ: "СЕГОДНЯ "СПАРТАК" НЕ ШИКУЕТ"

Двукратный олимпийский чемпион, многократный чемпион мира Борис Майоров был руководителем в Спорткомитете СССР, тренером зарубежного клуба и телекомментатором. С недавних пор он президент родного "Спартака".

Князев Владимир

Напечатать

- Борис Александрович, с бывшими партнерами по клубу и сборной связь поддерживаете?
- Многих из них я постоянно вижу - Зингера, Китаева, Фоменкова, Борисова, Старшинова, Зимина, Шалимова. Часто встречаемся с Рагулиным, Ивановым, Давыдовым. Многих, к сожалению, уже нет. Но они оставили добрую память и заметный след в спорте.
- Можно, без преувеличения, сказать, что и Борис Майоров входит в число выдающихся хоккеистов уходящего столетия. Кому вы обязаны этим - социалистической системе, тренерам или собственному таланту?
- Трудно сказать однозначно. Конечно, система, какой бы она ни была, влияет на формирование личности. Но многое зависит и от того, как человек эту систему воспринимает, как умеет анализировать происходящие события. Ведь не случайно среди моих сверстников были и диссиденты, о которых мы узнали много-много лет спустя. Значит, эти люди воспринимали систему не так, как я, да и большинство тех, кто жил в условиях социализма. И я считаю, это нормально. Другое дело - наше государство не хотело мириться с другим подходом к жизни, отличным от официального. И на мне социалистическая система, похоже, отразилась заметно. Что-то я впитывал, что-то отвергал, но ее общие положения не могли не повлиять на взгляды и даже характер.
Велика и роль моих тренеров. И надо отдать должное тем из них, кто, не взирая ни на какие запреты, вел свою линию, порой вопреки личному спокойствию и благополучию.
Не стал бы сбрасывать со счетов и то, что вы назвали талантом. Трудно добиться чего-то, не обладая определенными способностями. Не случайно же кого-то не принимают в математическую школу, кого-то в цирковое училище, а кого-то в хоккейную секцию.
В нашей стране родилось много выдающихся хоккеистов. А то, что их талант раскрылся, наверное, обусловлено и существовавшей системой, и тренерами.
- Вероятно, вы, Борис Александрович, правы. Но вспомните: раньше мальчишки играли в Боброва, Фирсова, Харламова, Фетисова... Можно перечислять много фамилий. А сегодня они либо не играют вообще, либо у тех, кто играет, уже нет кумиров в российском хоккее. Разве это не беда?
- Да, к сожалению, так. Но для того, чтобы играть "в кумиров", надо, чтобы они жили в этой стране, чтобы мальчишки могли их видеть хотя бы по телевидению. А сегодня наше юное поколение лишь понаслышке знает о Буре, Федорове, Могильном. Воочию ни их самих, ни их игры они не видят.
Сегодня в нашей стране нет суперзвезд, с которых мальчишки могли бы брать пример. Наверное, в Магнитогорске мальчишки восхищаются братьями Корешковыми и Гусмановым. Это замечательные хоккеисты, но не суперзвезды.
Надо признать другое - в последние годы интерес молодежи к хоккею упал. Где вы увидите, чтобы во дворах гоняли шайбу? В Москве прекратили существование стадионы ЦДСА, "Красное знамя" на Красной Пресне, "Труд" в районе Преображенки. Пацанам просто негде играть.
- Кстати, какими вам видятся перспективы сборной на очередном чемпионате мира?
- Пока меня радуют результаты нашего хоккея в этом сезоне на всех уровнях - юношеские, молодежные, клубные команды. Я удовлетворен и той игрой, которую показала наша сборная на недавнем турнире "Кубок Балтики". Конечно, она требует усиления. Это ближайшая задача Якушева и его помощников, федерации. Думаю, что к чемпионату мира в Петербурге сборная будет выглядеть несколько по-другому. Наверняка она укрепится профессионалами. Хотя и соперники к тому времени тоже усилятся. И все же я предрекаю ей хорошее будущее.
- Вы были неуступчивым хоккеистом и амбициозным тренером. Все это плюс первое место "Спартака" в западном дивизионе позволяют надеяться на то, что популярная команда вернется в элиту российского хоккея. А вы верите в это?
- Иначе не было бы смысла работать. Хотя команде все же требуется пополнение, и мы постараемся сделать это до 24 января. У меня действительно есть вера в то, что мы вернемся в группу суперлиги.
- А мэрия Москвы вам как-то помогает?
- Самым серьезным образом. Именно по инициативе Лужкова и вице-мэра Шанцева летом была создана новая структура "Спартака", которая полностью финансируется правительством Москвы. Проблемы, конечно, есть, мы не шикуем, но вовремя выплачиваем зарплату и самое необходимое команда имеет.
- Как хоккеист, вы многого достигли. А есть ли у Бориса Майорова мечта, которая так и не сбылась?
- Многие считают меня благополучным человеком, и я на судьбу не жалуюсь. Хотя, если бы начинать сначала, что-то сделал бы по-другому. Я в разных качествах был. И изгоем в том числе. И люди, с которыми дружил, отворачивались, не замечали меня. В течение двух лет я практически от хоккея был отлучен. Но я пережил все это и старался относиться философски. А сегодня у меня есть цель - вернуть клуб в суперлигу. Этим и живу.
- Но, насколько я знаю, вы всегда ратовали за сокращение числа команд в суперлиге. Не осложнит ли это жизнь "Спартака" на пути в хоккейную элиту?
- Я всегда выступал за спортивный принцип, и "Спартак" здесь не исключение. 32 клуба в суперлиге - это финансовое расточительство и заведомое снижение уровня нашего хоккея. От этого страдают наши ведущие клубы, национальная сборная. 12 команд - вот оптимальный вариант, и мы к нему все равно когда-нибудь придем.
- Ваш идеал тренера - Чернышев, Бобров, Тарасов?
- При всем уважении к Аркадию Ивановичу и Всеволоду Михайловичу я считаю, что наш хоккей все же сделал Тарасов. Это был человек творческий, беспокойный, неуживчивый. Именно он уловил в хоккее черты нашего русского характера. Он понял, на каких национальных чертах надо сыграть, чтобы сделать наш хоккей сильным. Хотя я очень сожалею, что Чернышев, который пользовался непререкаемым авторитетом, не оставил после себя каких-то творческих задумок, книг и воспоминаний. Уникальной фигурой в нашем хоккее был и Николай Эпштейн, 80-летие которого мы отметили совсем недавно. Сейчас, к сожалению, мы испытываем дефицит самобытных тренеров.
- Как бы повел сегодня себя тренер Тарасов в условиях массового отъезда российских хоккеистов в зарубежные клубы? Смог бы он как-то противостоять этому явлению?
- Трудный вопрос. Ему тяжело было бы с этим смириться. А вот что-то противопоставить... Ведь ему быть таким, каким он был, помогала все та же система. Хотя, возможно, он и сегодня нашел бы какие-то рычаги, чтобы заинтересовать игроков защищать в первую очередь честь родного клуба и своей страны. Но мне в это верится с большим трудом. Тихонов не смог никого удержать. А ведь он тоже талант.
- Ваша работа на телевидении - просто хобби или жизненная потребность?
- Да, я с удовольствием пробую себя в роли комментатора и стараюсь донести до зрителя то, что непрофессионалу не всегда видно или понятно. Мне это просто интересно, и я с удовольствием сажусь к микрофону.
- Ваша манера репортажа во многом походит на манеру безвременно ушедшего из жизни вашего брата Евгения. Тактичная, ненавязчивая. Вы у него учились?
- Нет, я ведь пришел на телевидение уже после его смерти. Моя задача - не навязывать телезрителям свои пристрастия, как это делают сегодня некоторые наши политические комментаторы. Не надо считать, что зрители ничего не понимают в жизни.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 20 Марта 2026 7980

Бульварный роман

История про школьных друзей, разъехавшихся из центра по разным окраинам Москвы

Андрей Гореловский

Труд

Этим карточкам почти 10 лет. Тверской бульвар, конец марта, воскресенье, дождичек с утра накрапывает — но он не раздражает. Что происходит в кадре? Ничего особенного, но история хорошая —...