40 ГОЛОДНЫХ РТОВ
На окраине деревушки, среди бескрайних полей одиноко возвышается трехэтажный кирпичный дом - большой, но недостроенный. Окна первого этажа наглухо заколочены досками, пол засыпан строительным мусором, лишь второй этаж здания худо-бедно приспособлен для жилья.
40 человек, среди которых годовалые дети и беременные женщины, живут там сейчас впроголодь, без света, тепла и горячей воды. Но никуда не уезжают, ведь эта ферма - их единственный шанс выжить.
В 2002 году основатель приюта Александр Огородников, известный тем, что еще в советское время открыл первую в СССР благотворительную столовую, приобрел в Бужарове участок земли. Зарубежные волонтеры помогли ему за несколько месяцев выстроить трехэтажный дом. Но потом местные власти прогнали волонтеров, и те не успели закончить работу.
- Задолго до начала строительства я поставил администрацию Истры в известность, что собираюсь устроить на своей земле приют для бездомных, - говорит Александр Огородников. - Никаких возражений на это не последовало. А когда мы почти построили дом, и на ферму стали приезжать бездомные, власти заявили, что не позволят устраивать в своем районе приют. С тех пор они всячески стараются выжить нас. Сначала чиновники абсолютно незаконно отключили электричество, а потом начались нападения местных жителей. Вандалы из соседних деревень буквально разгромили дом: поломали деревянные перегородки, разбили стекла, испортили мебель.
МЕСТНЫЕ ПРОТИВ ПРИЕЗЖИХ
7500 рублей в месяц исправно жертвует бездомным Огородников. Это все, что ему удается собрать с помощью благотворительных организаций и частных меценатов. А что такое 7,5 тысячи рэ на 40 человек? Иногда люди по несколько дней питаются одним лишь крапивным супом. От безысходности, когда малыши ночами плачут от голода, женщины просят милостыню возле местной церкви или подряжаются мыть полы на единственном бужаровском заводе. В приюте всего 6 мужиков, и прокормить 40 ртов они просто не в состоянии.
Три комнаты в доме более или менее пригодны для жилья. Вся их нехитрая обстановка - двухэтажные кровати, на которых обитатели приюта спят вповалку по 4 - 5 человек, печка-буржуйка и небольшой стол. Но даже несмотря на эти жуткие условия, постояльцы фермы на жизнь не жалуются. По-настоящему пугает их только одно: бесконечные нападки местных жителей.
У одной из женщин после очередного нападения случился выкидыш. Другую деревенские несколько недель назад избили до полусмерти, когда она попыталась отогнать их от дома.
- Некоторые женщины не выдержали и вернулись на вокзалы, - рассказывает Александр Огородников. - Так боятся местную молодежь. Деревенские постоянно воруют у нас еду, громят дом, пытались изнасиловать наших женщин. А однажды (несколько месяцев назад) дошло даже до убийства нашего сторожа. Убийцу так и не нашли.
ИСТОРИЯ ОДНОГО ГОРЯ
У каждого жителя приюта своя история. Кто-то бежал из своих краев от войны, кто-то приехал в Россию на заработки, но не нашел работы или стал жертвой аферистов. Некоторых и вовсе выгнали из дома родные дети.
36-летняя чеченка Роза вместе с четырьмя сыновьями вот уже полгода живет на ферме в Бужарове. В середине 90-х Роза потеряла мужа и осталась одна в разрушенном войной Грозном с маленькими детьми на руках. Во время очередного обстрела ее 9-летнего сына серьезно ранило осколком. Требовалась срочная операция - так Роза впервые оказалась в Москве. Несколько недель женщина жила вместе с детьми на Казанском вокзале. Там она случайно познакомилась с Александром Огородниковым, который и приютил эту чеченскую семью.
Очень скоро Роза взяла на себя в приюте роль управляющего: распределяла скудные средства, покупала продукты, готовила пищу и, вооружившись топором, отгоняла от дома пьяных хулиганов. Именно она решала, кого можно принять "в свою стаю", а от кого лучше держаться подальше.
- Сейчас у нас здесь 9 национальностей: русские, чеченцы, украинцы, молдаване, - рассказывает Роза. - Живем мы без электричества и отопления, спим по 15 человек в комнате, иногда голодаем. Но при этом никогда между собой не ссоримся. Среди нас нет пьяниц, наркоманов и преступников.
Несколько раз в месяц Роза ездит по вокзалам и собирает новых несчастных и обездоленных, хотя в приюте итак места и еды не хватает. Так, три месяца назад она привезла с Казанского вокзала 22-летнюю Наташу.
- Детдомовская я, из Подмосковья, - вздыхает Наталья. - Мама умерла, когда мне 6 лет было, а отца я и не знала. Когда мне исполнилось 18 лет, районные власти, чтобы не выделять квартиру, записали мне в карту психиатрический диагноз и поместили меня в дом престарелых. Кололи каждый день какие-то лекарства, кормили очень плохо. Вот я и убежала.
69-летняя Джульетта вместе с двумя сыновьями бежала из Армении во время войны за Нагорный Карабах. Несколько лет женщина снимала в Москве квартиру, а потом отношения со взрослыми уже сыновьями у нее разладились. Мужчины оставили мать и уехали на заработки в Питер. Однажды в квартире случился пожар - так женщина оказалась на улице без денег и документов.
Еще одна обитательница фермы - 70-летняя коренная москвичка. Мошенники обманом отобрали у нее квартиру и выкинули пожилую женщину на улицу.
А детей на ферме сейчас 17. Самой старшей девочке 13 лет, а младшему, корейскому мальчику, недавно исполнился год. Его родители приехали в Москву на заработки, но партнеры по бизнесу, их же земляки, обманули их и скрылись вместе с деньгами.
Они очень разные, обитатели этой странной фермы. Но и общего у них много: ни у кого нет ни своего жилья, ни денег, ни документов. И все они пережили столько горя, что почти отчаялись.
Но они - тоже люди и имеют право на жизнь. Они никому не причиняют зла и не ждут добра, хотя и отчаянно нуждаются в помощи. Но они просят только одного - чтобы им не мешали. А если их выкинут и на этот раз, выжить им будет почти невозможно.
ГУМАНИТАРНАЯ КАТАСТРОФА
Согласно официальной статистике, в России сейчас 2 млн. маленьких беспризорников. По неофициальным данным, их вдвое больше - около 4 млн.
В Москве количество безнадзорных детей колеблется от 40 до 60 тыс. Еще около 60 тыс. взрослых бомжей бродит по столичным улицам. Из них только 10% - москвичей, остальные - приезжие.
ЧЕРЕЗ ПОЛГОДА - ИНВАЛИД
Елена КОЛЕСНИКОВА, старший научный сотрудник Института социологии РАН:
- Трудно сказать, где найти деньги для беспризорников. Хотя государство могло бы поменьше тратить на банальные презентации... и еще более банальные зарплаты депутатам. А при распределении полученных средств неплохо бы помнить о финансировании приютов и гарантированной оплате труда их персонала. Обращаю внимание, что подобные заведения должны укомплектовываться самыми лучшими специалистами, ведь беспризорники практически не подлежат возвращению в социум. Ребенок, находящийся на улице более полугода, уже инвалид - как физический, так и моральный.
ИМА-пресс
17:01
Пеките блины метрами
