Труд: ИОСИФ РАЙХЕЛЬГАУЗ: "НАШИМ СПЕКТАКЛЕМ МЫ ПРЕДСКАЗАЛИ ЕГО БОЛЕЗНЬ"

- Насколько я знаю, своей дружбой с Глузским вы обязаны театру "Современник"?
- Когда-то я поставил в "Современнике" спектакль "Из записок Лопатина", где Лопатина играл Гафт. Потом прошло лет десять, и мой товарищ Валерий Фокин выпустил продолжение "Записок Лопатина". Это был спектакль "Мы не увидимся с тобой", где главного героя играл Глузский, а его любимую девушку - молодая артистка "Современника" Марина Хазова, которая к тому времени уже была моей женой и до сих пор ею остается. Естественно, я этот спектакль не раз видел, с Михаилом Андреевичем много общался, но в "Современнике" в ту пору я уже не работал.
- Существует легенда, что Глузского в театр "Школа современной пьесы" привела Мария Владимировна Миронова.
- Это не легенда, это правда. Когда-то давно я предложил Мироновой сыграть в пьесе "Уходил старик от старухи". Поначалу она отказалась. Но когда возник театр "Школа современной пьесы", Мария Владимировна вдруг позвонила мне сама и сказала, что ей уже 80 и она созрела для роли старухи. После этого предстояло найти ей старика. Сначала я поговорил с Гафтом, но Мария Владимировна отвергла его. "Гафт для меня слишком умный", - сказала она. Потом зашла речь о Льве Дурове. Но и он был отвергнут по той причине, что Дуров "слишком быстрый". В общем, каждому из них она давала свою потрясающую характеристику и отказывалась.
- Просто какая-то гоголевская "Женитьба".
- Совершенно верно. В общем, в результате этой "женитьбы" Миронова как-то раз позвонила мне и сказала: "Кажется, я нашла. Это Миша Глузский. Он подходит по всем параметрам, но у него есть один крупный недостаток. Он мальчишка!" "Что это значит?" - в изумлении спросил я. Она говорит: "Он младше меня на три года! Как же мы будем играть с ним?" Но в конце концов я ее уговорил.
- Как Глузский вписался в труппу? Он до этого все-таки был по преимуществу киноактером.
- Михаил Андреевич потрясающе вписался. Он был настоящим столпом нашего театра. Вскоре после своего прихода в труппу он сыграл Сорина в "Чайке", где его партнершей была Татьяна Васильева. Потом был спектакль по "Чайке" Бориса Акунина, где Глузский снова играл Сорина. Мы, к сожалению, в этом спектакле в каком-то смысле предсказали его болезнь ног. Я придумал, что весь спектакль его возят в инвалидном кресле. И это трагически срифмовалось с его последним спектаклем, когда он уже действительно не мог ходить по сцене. В тот день я позвонил ему в больницу и сказал: "Михаил Андреевич, лечитесь! Конечно, мы отменим спектакль. Лишь бы вы были здоровы". "Как это отменим?" - возмутился он. В общем, сын Андрей буквально выкрал Глузского из больницы и привез на машине в театр. В тот вечер после спектакля у него поднялась температура, а ночью Михаилу Андреевичу ампутировали ногу. Я до сих пор уверен, что никакой театр, никакое кино не стоят жизни и здоровья артиста. Но Глузский считал по-иному.