Когда уже стало невозможным не замечать резкого взлета заболеваемости и смертности от COVID-19, даже видные единороссы принялись критиковать меры государства по борьбе с пандемией. Но это похоже лишь на очередное сотрясание воздуха.
Зампредседателя Государственной думы, член Высшего совета «Единой России», секретарь московского регионального отделения партии, пропагандист с большим опытом Петр Толстой в эфире федерального телеканала признал очевидную вещь: государство провалило информационно-пропагандистскую кампанию по борьбе с коронавирусом. «Это факт: у людей нет доверия к вакцине, на вопросы о том, почему бывают осложнения, почему вакцинированные все равно могут заболеть, никто не отвечает. Нужно объяснять людям, приводить доводы, а не пытаться заставить их просто поверить на слово. Только так мы сможем переломить недоверие граждан, — заявил Толстой. — Мало ответов на вопросы, почему болеют те, кто привился, почему умирают те, кто привился, почему есть проблемы и осложнения после самих прививок».
Правда, господин Толстой, как это свойственно нашим политикам, не видит личной вины и больше кивает в сторону экспертов-медиков. Даже обычно лояльный власти политолог Бунич удивился: «Наверное, он (Толстой. — «Труд») выступил с таким заявлением, чтобы отвести от себя вину за то, что происходит. Это странно выглядит, человек, облеченный властью, вице-спикер Государственной думы, сам участвовал в этой кампании, активно призывал вакцинироваться. Получается, что он плохо призывал, неэффективно. Вакцинироваться действительно ведь надо, надо было как-то более убедительно это делать, объяснять людям». По словам Бунича, высказывания вице-спикера Госдумы звучат так, будто Толстой «вообще не имеет к этому отношения».
Так или иначе, но откровение господина Толстого ошеломляет. Но чем же оно вызвано? Судя по всему, отнюдь не приступом честности, а неуверенностью, которая царит в его окружении и более высоких сферах. Государственная машина, оснащенная полным пакетом принуждения и стимулирования, не в состоянии справиться с не такой уж сложной задачей, которая с успехом решалась раньше и решается ныне в других странах.
В прошлую пятницу, когда вице-спикера посетило озарение, число ежедневных заражений в России было на уровне 32 тысяч, а смертей — приближалось к тысяче.
В минувшую среду, 20 октября, заразившихся было уже 34,2 тысячи, а число жертв коронавируса перевалило за тысячу человек в сутки. Как отметил глава Мин-здрава Михаил Мурашко, сейчас под наблюдением медиков из-за ковида находятся почти 1,22 млн человек, а на больничных койках 255 тысяч. Всего же таких коек в стране 274 тысячи, кое-где больных класть уже некуда. То есть показатели заболеваемости достигли пиковых прошлого года, а смертности — беспрецедентны.
Один за другим регионы вводят все новые ограничения: QR-коды, нерабочие дни, удаленку и прочее. Ситуация ухудшается лавинообразно, грозя снести всю систему здравоохранения, и без того подорванную борьбой с коронавирусом и бесконечными реформами и «оптимизациями». Все это на фоне победы над пандемией в Китае, снятия ограничений и достижения коллективного иммунитета в странах Европы. Да что там Европа! Например, в Индии с ее почти полуторамиллиардным населением и бедностью 19 октября было всего 14 тысяч зараженных. А ведь еще в июле та же вице-премьер Татьяна Голикова заявляла о том, что к ноябрю будет привито 80% населения России, мы достигнем коллективного иммунитета и окончательно одолеем заразу...
Толстой видит главную причину там, где ему хочется, — в ошибках и недоработках экспертов от медицины. Говорящие головы, допущенные в условиях жесткой цензуры на телеэкраны, действительно выглядят неубедительно. Их реплики противоречивы и лукавы, чаще не подкреплены научными выводами, не аргументированы. Даже такой медийный монстр, как официальный представитель штаба по борьбе с коронавирусом доктор Мясников, слишком часто меняет свое мнение. Да и заявления официальных лиц заставляют вспомнить басню Крылова о Лебеде, Раке и Щуке. По-прежнему вместо пропаганды антикоронавирусных мер телеканалы бесконечно транслируют ненависть к Украине, США и прочим врагам, едва ли имеющим отношение к нашим провалам.
А уж сколько раз мы объявляли о победе над пандемией? А потом эта победа куда-то улетучивалась. Нам твердили о том, что Россия в мировых лидерах по части борьбы с пандемией, но туман рассеялся — и мы у разбитого корыта. Коронавирус у нас густо перемешан с политикой. Он почему-то отступал, когда это было удобно власти, и сжимал мертвую хватку, когда политическая надобность пропадала. Всячески тянули тех же пожилых людей к урнам для голосования, а сегодня их сажают по домам.
Впрочем, такие вопросы не озвучивают Толстой и его коллеги. И лукавая статистика им не режет глаза. Например, откуда взялась такая избыточная смертность, которая, по итогам прошлого года (данные Росстата), перевалила за 600 тысяч человек?
Если обратиться к независимым экспертным мнениям, то там можно увидеть несколько уже набивших оскомину простых предложений. Таких как нормальное рыночное страхование от последствий прививки (сейчас при заболевании платят 10 тысяч рублей, а при смерти — 30 тысяч). Предлагалось дать широкую возможность прививаться не только «Спутником», но и другими вакцинами, включая импортные. Говорили и о том, чтобы прекратить жонглировать цифрами статистики, перестать секретить информацию, опубликовать сведения о смертности после прививок, ужесточить контроль за соблюдением эпидемических ограничений и прочее, и прочее. Ничего подобного не делалось. Лишь богатая Москва сейчас додумалась до поощрения вакцинировавшихся — не через мифические лотереи, а прямыми выплатами по 10 тысяч рублей.
Но, похоже, уже поздно. Народ не желает колоться, не выполняет спущенные сверху ограничительные меры даже под страхом наказания. Россия на втором месте по уровню смертности в мире (по официальным данным), а может, уже и в лидерах. Так что же, мы утратили чувство самосохранения? Отнюдь. Просто оно стало слабее недоверия к власти.
Господин Толстой говорит о недоверии к вакцине (какую вакцину он имеет в виду, наверное, понятно). Вакцина, вероятно, и в самом деле неплохая. В ней было бы спасение. Но, по официальным данным, в России привиты около 34% населения (в Ирландии — 100%, в США — 58%, в Китае — 75%). Хуже среди европейских стран разве что в Румынии (29%). Но в этом показателе — треть привитых граждан — отражается и реальный уровень поддержки власти в нашей стране, включая и самого Петра Толстого. Согласитесь, эти цифры сильно отличаются от результатов последних парламентских выборов.
Другой единоросс, член первой пятерки федерального списка «ЕР» на выборах в Госдуму главврач больницы № 40 Денис Проценко тоже сетует на низкий темп вакцинации и призывает россиян делать прививки, а коллег — лучше проводить разъяснительную работу с населением. «Давайте уже начнем откровенно и без прикрас говорить с нашими соотечественниками...» По словам главврача, из-за того что население не осознает угрозу и не вакцинируется, ситуация с коронавирусом в России близка к критической: по всей стране в инфекционные госпитали стремительно поступают новые пациенты, многие в тяжелом состоянии в реанимации.
Есть такая примета: если политики заговорили об откровенном разговоре с народом, значит, дело плохо. Во вторник после предложения Татьяны Голиковой о выходных днях было ощущение, что нам предложат новые, радикальные меры, в том числе и для стимулирования вакцинации. Но заседание правительства не принесло изменений в стратегию и тактику борьбы с заразой. Все это мы уже проходили: семидневный оплачиваемый отпуск для всей страны, самоизоляция для непривитых пожилых, удаленка для 30% непривитых сотрудников компаний, кредиты малому и среднему бизнесу... Достаточно расплывчато сказано об ужесточении противоэпидемиологических ограничительных мер. В качестве стимула к вакцинации предлагается два выходных дня после укола. Хотя этих выходных у нас и без того в достатке.
Судя по всему, все это приготовлено наспех, из того, что было под рукой. Не видно четкой, продуманной политики в области борьбы с коронавирусом. Власть действует как пожарная команда, пытаясь полумерами загасить возникающие очаги и надеясь, что пожар угаснет сам по себе.
А он гаснуть не желает.
