Первые эмоции от бездарного вылета сборной России с Евро-2016 улеглись — самое время приступить к разбору полетов. Вопросы все те же, извечно русские: кто виноват и что делать? Хотя, если обернуться назад и окинуть взглядом историю российской сборной, выяснится, что ответы на них давно и неоднократно даны. «Труд» порылся в газетных подшивках и составил конспект для желающих в очередной раз перемыть косточки национальной команде.
Сборная России участвовала в финальных стадиях международных турниров восемь раз: на чемпионатах мира 1994, 2002 и 2014 годов и на чемпионатах Европы 1996, 2004, 2008, 2012 и 2016 годов. Если вынести за скобки чудо имени Гуса Хиддинка на Евро-2008 (оно чем дальше, тем больше выглядит исключением, подтверждающим правило), на остальных турнирах современности результат был одинаков: невыход из группы. Да и оценки, звучавшие по горячим следам очередного фиаско, похожи, как близнецы Березуцкие.
Вали на тренера — все равно менять!
Итак, перво-наперво виновником провала назначается главный тренер. Он проиграл еще до старта турнира, вызвав под национальные знамена совсем не тех игроков. «За время подготовки к чемпионату мира наши тренеры так и не определились с основным составом», — это еженедельник «Футбол» про сборную-1994 Павла Садырина. «Не удалось избавиться от сомнительных авторитетов, сделать ставку на игроков нового поколения», — сокрушается в 2002 году Анатолий Бышовец по поводу команды Олега Романцева.
Сам Романцев через 10 лет упрекал Дика Адвоката за игнорирование Артема Дзюбы: «Это как раз пример того, что тренер ни о какой перспективе не думал». В 2014-м Дзюбы нам опять не хватило — теперь уже команде Фабио Капелло. «На мундиале часто встречаются габаритные защитники, поэтому Артем со своими габаритами не помешал бы», — рассуждал Дмитрий Аленичев. Но вот, наконец, Дзюба попал в состав и сыграл все три матча в групповом турнире, но счастья российской сборной это не принесло...
Состав на конкретные матчи тренер определять тоже не умеет. «Каким образом плеймейкер и бомбардир могли понять друг друга, если все товарищеские матчи их наигрывали клубными блоками, а против Португалии вышли не Лоськов с Сычевым и не Радимов с Кержаковым, а какой-то гибрид — Лоськов и Кержаков?» — возмущался на Евро-2004 «Спорт-Экспресс». Экспертам не угодить: в 2012-м Кержакова, по их мнению, зря ставили в стартовый состав (Бышовец: «Я еще до игры говорил, что не следует выпускать Кержакова с первых минут»), а в 2014-м — наоборот, зря держали в запасе (Владислав Радимов: «Меня удивило другое — почему Кержаков не вышел в стартовом составе?»).
С заменами тренер угадать тем более не в состоянии. «Полная скамейка опытных игроков — и не найти усиливающие замены? Это удивительно!» (Василий Уткин, 2012 год). «Тренерский штаб российской команды все время принимал запоздалые решения, замены производились не тогда, когда того требовала ситуация» (Бышовец, 2014-й).
С командной тактикой — провал по всем статьям. И защитные построения никуда не годятся. «Немцы любой перехват мяча использовали с максимальным эффектом, быстро переводя его к штрафной Харина» (Садырин в 1996-м про работу своего преемника Романцева). «Дала себя знать и слабость в центре обороны, о чем говорится давно. А где тонко, там и рвется» (Бышовец, 2002-й). Но и разящей атакой промахи в обороне не компенсируются, поскольку сборная не знает, как подобраться к чужим воротам. «Много было игры поперек, замедлявшей наступление. Иной раз создавалось впечатление, что главный разыгрывающий у нас — Онопко, который или держал мяч ради держания, или отдавал его сопернику», — это говорил в 2002 году Валентин Афонин. «Нам никак не удается наладить мобильный выход из обороны в атаку. Какой результат ожидает сборную, если в двух матчах она создает всего один голевой момент?» (Станислав Черчесов, 2004-й). «Никогда еще не видел, чтобы российские футболисты судорожно пробивали с 40 метров и больше ничего не могли создать у ворот соперника» (Евгений Левченко, 2012-й). «Немного было голевых моментов, не было агрессивной игры в атаке» (Дмитрий Булыкин, 2014-й). В совокупности команда демонстрирует на поле старомодный и даже ветхозаветный стиль: «Игра сборной, напоминающая ту, за которую «Спартак» критиковали в Лиге чемпионов, не отвечает современным требованиям» (Бышовец, 2002 год).
Баллада о растраченной свежести
Впрочем, что уж говорить о стиле, если игроки физически не готовы? «Мы убедились в том, что на таких турнирах многое предопределяет функциональная физическая готовность каждого футболиста и команды в целом. А это у нас как раз отсутствовало», — признал Александр Мостовой на Евро-1996. «Создавалось впечатление, что команде требовалась пауза, чтобы отдышаться, собраться с силами, прежде чем начать свою атаку. Ни одна приличная команда на этом ЧМ такой паузы себе не позволяла», — негодовал Владимир Бессонов в 2002-м. «В матче с поляками, а особенно с греками, было видно, что свежести нет. Каждое действие давалось с усилием», — констатировал Александр Филимонов в 2012-м. На ЧМ-2014, по словам Сергея Горлуковича, сборная «показала хорошие физические кондиции в матче с Бельгией, но против Алжира ребята сдали».
А уж упреки за моральную неготовность россиян биться за победу всякий раз пишутся будто под копирку. «Безволие, безысходность, безнадегу наблюдать со стороны всегда грустно. Греки вон в три мяча проигрывают, в четыре, но на поле люди куда-то изо всех сил бегут. Только наши не бегут и внешне почти не расстраиваются» («Спорт-Экспресс» на ЧМ-1994). «По морально-волевым качествам наша команда — одна из худших на чемпионате» (Романцев на Евро-1996). «Россия на данный момент не обладает тем победным духом, которым заряжены японцы» (Владимир Кесарев в 2002-м). «Нет у нас, к сожалению, спортивной наглости. Футбол сегодня — игра гладиаторов. Этого гладиаторства не было» (Вячеслав Колосков в 2004-м). «Страсти в глазах не было. Когда капитан греков получил желтую карточку не по делу, сколько было страсти в его действиях. Такого настроя нам и не хватило» (Руслан Нигматуллин в 2012-м)...
Перебрав лежащие на поверхности причины, эксперты задаются глобальным вопросом: а достаточно ли мастеровиты наши футболисты? Оказывается, нет. «Если Мостовой, играющий во второразрядном испанском клубе, для нас все равно что Зидан, о каких успехах можно говорить?» (Афонин, 2002-й). «Посмотрите, сколько ярких индивидуалистов у португальцев! Один Криштиану Роналдо чего стоит! А у нас футболистов, способных один в один обыграть противника, — раз-два и обчелся» (Борис Игнатьев, 2004-й). «На каких скоростях играют футболисты других сборных! Давайте объективно смотреть на эти вещи» (Вагиз Хидиятуллин, 2012-й). «Посмотрите, сколько у алжирцев футболистов играют в ведущих европейских клубах. У нас, к сожалению, пока ярких имен нет» (Виталий Мутко, 2014-й).
Наши орлы знают свой шесток
А после таких дискуссий специалисты приходят к одному и тому же выводу: Россия, по сути, и не провалила очередной чемпионат, а всего лишь заняла свое законное место. «Мы провели ЧМ на том уровне, на котором в принципе способны играть» (ассистент Романцева Сергей Павлов в 2002-м). «Успехом для нас является уже само участие в чемпионатах мира или Европы. На что-то большее мы можем рассчитывать только при стечении обстоятельств» (Вячеслав Колосков, 2004-й). «Уровень мастерства не позволяет нам на каждом футбольном форуме бороться за самые высокие места» (Сергей Семак, 2012-й). «Россия при таком футболе не заслуживала выхода в плей-офф. Если бы мы вышли в 1/8 финала, это было бы несправедливо» (Аленичев, 2014-й).
И как итог — пора приниматься за масштабные реформы футбольного хозяйства. «Нужны новые компетентные люди — грамотные менеджеры, а не бронзовые бюсты, величающие себя профессионалами. Нужна реальная программа развития футбола в стране» («Спорт-Экспресс», 2004 год). «Надо спокойно строить стадионы, растить молодежь, приходить болельщикам поддерживать команды, и придет время побед» (Сергей Галицкий, 2012-й). «Где соответствующая инфраструктура, как найти деньги на все это? Если сейчас наши власти озаботятся таким вопросом, получим и результат» (Юрий Семин, 2014-й).
И повторилось все как встарь...
И вот провал на Евро-2016, и снова слышатся знакомые песни. Наш тренер ошибся с составом (Валерий Газзаев: «Я бы взял Жиркова, это точно. Запасным вратарем — Джанаева. И еще Полоза или Ерохина»). И, конечно же, с тактикой — что в защите (Андрей Канчельскис: «У нас не оборона, а банда анархистов. Смольников будто играл четвертого нападающего»), что в нападении (Александр Бубнов: «Нельзя играть в три форварда по той модели, которую придумал Слуцкий. Без поддержки крайних хавбеков группа атаки отрезана и беспомощна»). Как результат — неадекватный, морально устаревший стиль (Константин Сарсания: «Непонятно, во что играла сборная России. Это футбол какого-то ХIХ столетия!»).
Вдобавок ко всему игроки неважно двигались по полю (Игорь Колыванов: «Такое ощущение, что команда всю ночь разгружала вагоны — ни убежать, ни оторваться. Никакой «физики», абсолютно»). Да и не очень горели желанием победить (Олег Терехин: «Показалось, страсти не хватило. Смотрю Румыния — Швейцария — тут за 30 минут уже столько всего произошло! В нашем матче такого близко не было»). С учетом низкого индивидуального мастерства игроков (Леонид Федун: «Один Бэйл стоит как три наших команды») на выход в плей-офф рассчитывать фактически не приходилось (Игорь Чугайнов: «Это наш объективный уровень. Евро, как лакмусовая бумажка, его выявил»).
И, конечно же, теперь остается лишь взяться за реформы (Владислав Радимов: «Просьба, крик души: пожалуйста, уберите лимит на легионеров!»).
Можно подметить еще одну любопытную особенность наших футбольных дискуссий. При всех уничижительных характеристиках сборной России, несмотря на все предыдущие провалы, накануне каждого турнира эксперты прочат ей блестящее выступление. Так было и перед Евро-2016. «В нашей группе нет команд сильнее России» (Семин). «У России высокие шансы выйти с первого места» (Рашид Рахимов). «Когда слышу, что цель сборной России — выйти из группы, это звучит мелко» (Газзаев). «Сборной России реально выйти в полуфинал Евро-2016» (Колосков).
Каковы будут ожидания уважаемых специалистов накануне домашнего ЧМ-2018? Есть подозрение, что и тут ничего не изменится. И это — прав был Аршавин! — уже наша главная проблема.
