«Новая система оплаты труда в здравоохранении должна предусматривать одинаковые для всех регионов размеры базового оклада и сверх этого понятный, прозрачный перечень дополнительных выплат и надбавок, — заявил президент Владимир Путин в поздравлении работников и ветеранов российского здравоохранения с Днем медицинского работника. — Обязательно отладим и внедрим эту современную модель в диалоге с вами, опираясь на предложения всего медицинского сообщества России». По сути, это заявка на реформу в сфере, касающейся всех и каждого.
Напомним: одна реформа в нашем здравоохранении, подготовленная финансистами, уже прошла в 2010 году — и на всех властных и профессиональных уровнях была признана абсолютно провальной: количество медучреждений сократилось, состояние оставшихся не улучшилось, число обращений больных выросло, а бюрократизация многократно возросла. Теперь грядет реформа частичная. На этот раз перемены медикам подготовили в тандеме Минтруд и Минздрав, после чего документ представили на рассмотрение Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Реализация новой системы начнется с 1 ноября в семи пилотных регионах, а дальше видно будет.
Можно, конечно, спросить: зачем что-то менять, если официальная статистика утверждает, что в медицинской отрасли неплохие зарплаты: у врачей всех специализаций — в среднем 91,7 тысячи рублей, у среднего медперсонала — 47 тысяч, у младшего — 41 тысяча. Что почти соответствует цифрам президентских указов 2012 года: 200% и 100% от средней по экономике в регионе. Но это «средняя температура по больнице». В реальности же, как неоднократно говорил президент, велика разница в размерах окладов руководителей медучреждений и рядовых врачей.
Вот данные из Волгоградской области о заработках руководителей государственных медучреждений, указанные ими в декларациях о доходах за 2020 год: у главврача стоматологической поликлиники № 1 города Камышина годовой доход — 5 082 682 руб-ля, у главврача Волжской городской стоматологической поликлиники — 5 091 874, у главврача поликлиники № 30 — 5 814 657, у главврача Волгоградского областного онкологического диспансера — 34 666 389 рублей.
Эти должностные лица госучреждений по закону № 347-ФЗ от 2016 года не могут получать больше восьмикратной средней зарплаты своих подчиненных. Но как-то не верится, что волгоградские рядовые врачи, медсестры и санитарки нынче зарабатывают в среднем до 300-350 тысяч рублей в месяц. И региональная статистика не дает соврать: по ее данным, за девять месяцев 2020 года среднемесячная зарплата врача в области составила лишь 68 905,9 рубля.
Это больше, чем медикам платили годом раньше (56 715,3), но учтем, что 2020 год оказался коронавирусным, а потому заработки медиков выросли за счет специальных доплат из федеральной казны. «Всего специальные выплаты получили почти 1,2 млн работников здравоохранения. На эти цели уже направлено более 350 млрд рублей», — уточнил президент.
Цифры выглядят серьезными, пока не поделишь одну на другую. А после дележки «ковидная» добавка выглядит гораздо скромнее — лишь по 24 тысячи на человека в месяц. Для медсестры из Ингушетии, Карачаево-Черкесии или Северной Осетии это немалые деньги, превышающие их официальную зарплату (в этих регионах самый низкий заработок среднего медперсонала в России).
Но в соседней Турции квалифицированной медсестре платят от 2 тысяч евро в месяц, а зарплата турецкого врача начинается от 5 тысяч евро. Неудивительно, что именно в регионах Северо-Кавказского федерального округа зафиксирован наивысший дефицит медицинских работников — видимо, бегут. А всего в РФ, по примерным данным (точных нет), не хватает около 100 тысяч врачей и 40-50 тысяч медсестер, при этом эмиграция медработников из страны превышает 5 тысяч человек ежегодно.
Остроту проблемы несколько снижают «трудовые иммигранты» — медики с Украины, из Молдавии, а также из республик Средней Азии, где ситуация еще хуже российской. Специально для экспатов Минтруд уже расширил перечень профессий на 36 врачебных специальностей и три сестринских, обладатели которых могут получить гражданство РФ в упрощенном порядке.
Так что же получается? Сначала в России не хватало строителей, потом коммунальщиков, шоферов, продавцов, курьеров, работников сельского хозяйства, гостиничного и ресторанного бизнеса. «Этих самых мигрантов нам очень-очень не хватает для реализации амбициозных планов:» — заявил в апреле пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. Очередь дошла уже и до медиков. А как же коренные россияне — они на что-нибудь еще годятся?
Погоня за гастарбайтерами в нашей стране (как и в любой другой) растет год от года не потому, что они умнее, талантливее, профессиональнее собственно российского населения, состоящего из 200 национальностей (лишь семь из них — численностью более миллиона человек). Главная причина-то в другом: они дешевле! А теперь спросите себя: вам нужен дешевый врач, дешевая медсестра?
В нашей стране много медиков: по официальной статистике, четыре врача на тысячу жителей — как в Дании. Больше, чем в Италии (3,7), и гораздо больше, чем в США (2,6). Впереди России Австрия (5,2), Норвегия (4,8), Литва (4,6), Португалия (4,5), Германия и Швейцария (по 4,3), Швеция (4,1). То есть мы в хорошей компании.
Но это на бумаге. В реальности еще до пандемии, в феврале 2020-го, аудиторы Счетной палаты внесли поправки в общероссийские медицинские цифры: в Курганской области на 100 жителей имелось лишь 2,4 врача, в Чечне — 2,6, в Псковской, Владимирской областях и Еврейской АО — 2,7, в Тульской — 2,8: А с наступлением коронавируса пошли массовые увольнения медиков, физически не способных или не согласных работать с учетверенными нагрузками (вместо 20 пациентов в день по 70-80) за те же зарплаты! В Амурской области уволились четыре сотни врачей, а пришли вдвое меньше. Владимирская область в конце весны оказалась без среднего медперсонала — уволились 239 медсестер. Повсеместно из-за непосильных нагрузок уходили на пенсию «врачи-перестарки», попавшие в группу риска в возрасте 65+. И лишь пожарными мерами, включая срочно введенные «коронавирусные» доплаты, бегство удалось приостановить.
А сегодняшняя, третья волна пандемии предупреждает: это не аврал. Российскому здравоохранению, как и всему мировому, придется переходить на «военное положение» или близкое к нему пожизненно! Однако Россия готова к этому меньше других государств. Причина простая: в рейтинге стран мира по уровню расходов на здравоохранение Россия занимает 124-е место! Заметьте: не по сумме расходов, а по доле от валового внутреннего продукта (ВВП). То есть в этом рейтинге учитывается не общее богатство страны, а то, какую долю от собственных доходов она может и хочет тратить на медицину. И если в США на здоровье населения тратится 17,7% ВВП, в Швейцарии — 12,2%, в Бразилии — 11,8%, во Франции — 11,3%, в Германии — 11,4%, в Японии — 11%, в Австрии — 9,1%, то в России — 5,3%. Даже Украина (6,7%) и Белоруссия (6,3%) расположились выше — на 81-м и 90-м местах.
Результат: в нашей стране много врачей и медсестер, которые еще вчера с переменным успехом противостояли болезням, а сегодня выдержали очень тяжелое испытание. Но надолго ли их хватит? А о состоянии материальной базы отечественного здравоохранения лучше не говорить — глава Счетной палаты Алексей Кудрин уже назвал минимальную цену приведения ее в порядок, заявив, что для создания «более качественной» медицинской системы в стране в нее ежегодно необходимо вкладывать дополнительно 1 трлн рублей. Подчеркну: речь идет о дополнительных к уже запланированным в бюджетах деньгах. Но Минфин (с согласия Госдумы) считает иначе: все расходы федерального бюджета России на здравоохранение в 2021 году составят 1,12 трлн — и никаких добавок не предвидится.
А дальше начинается «экономная арифметика»: в 2021 году расходы федеральной казны на здравоохранение составят 5,3% бюджета. В следующем, 2022-м, эта доля уменьшится до 5,2%, в 2023-м — до 4,9%. Не вырастет финансирование отрасли и в регионах, бюджеты которых уже нынче закредитованы донельзя. А если так, то обещанное изменение системы оплаты труда медикам — с установлением одинаковых для всех регионов размеров базового оклада — вряд ли изменит ситуацию. Поскольку общая «сумма прописью» и для страны в целом, и для каждого региона останется прежней. Так что «пилите, Шура, пилите...».
А в это время
В изменении системы оплаты труда (и не только ее) нуждается не только российские здравоохранение, но и образование. Во-первых, потому, что наши педагоги не богаче наших врачей. Во-вторых, потому, что от «медико-бюрократической болезни» большой разницы в размерах окладов руководителей и рядовых сотрудников не меньше страдает и образовательная отрасль. В-третьих, в общемировом рейтинге затрат государства на образование в долях ВВП наша страна, по подсчетам Всемирного банка, выглядит не лучше медицины, занимая 120-е место из 197 уже седьмой год.
