Труд: Близко к небу

На финише 2020 года случилось событие, которого давно ждали «небожители» — все, кто связан с гражданской авиацией. С подмосковного аэродрома Жуковский впервые поднялся в небо Ил-114-300. Среди тех, кто готовил полет нового российского регионального пассажирского самолета, и Ольга КРУГЛЯКОВА, заместитель главного конструктора ПАО «Ил» по аэродинамике, динамике полета и системе управления самолета. С нею мы вас и познакомим.

Лайнер с бортовым номером 0108 пилотировал экипаж в составе шеф-пилота, Героя России Николая Куимова, летчика-испытателя Дмитрия Комарова и бортового инженера-испытателя Олега Грязева. Полетное задание по традиции, заведенной легендарным авиаконструктором Генрихом Новожиловым, на капоте «Волги» подписывал управляющий директор ПАО «Ил» Сергей Ярковой.

Наконец-то у нас появился современный и действительно российский самолет, которому не страшны ни грунтовые аэродромы, ни арктические ледовые полосы. В ОКБ «Ил» кандидат технических наук Ольга Круглякова занимается проектированием, летными испытаниями, сопровождением эксплуатации, расследованием инцидентов и катастроф. То есть сопровождает самолет в течение всего его жизненного цикла.

Между прочим, она пришла в большую авиацию из большого спорта: в четыре года ее поставили на коньки в ЦСКА, там-то ее и вычислили тренеры из легендарной команды Станислава Жука. Дальше все по распорядку: в 7 утра — на каток, потом учеба в классе при спортшколе. После занятий — снова тренировка, лишь вечером — домой. В 16 лет завоевала золотую медаль по фигурному катанию на юношеском первенстве СССР — при той-то конкуренции! А позже, уже в институте, она занялась легкой атлетикой и выполнила норму мастера спорта в беге на 100 метров. Кто в этом понимает, подтвердит: такое под силу только спортивно одаренному человеку.

Но еще одной ее страстью оставались точные науки. И тут с выбором профессии помог определиться отец, который работал ведущим инженером по летным испытаниям на ильюшинской фирме, настоятельно посоветовав дочери поступать в МАИ. Всего трое абитуриентов тогда сдали математику на пятерку — и Ольга была в их числе.

А потом к спортивным титулам добавился этот: Леди Босс. Это случилось после того, как Ольга Валентиновна в группе ведущих специалистов ОАО «Ил» полетела в Индию.

— Лет 10 назад эксплуатант Ил-76 из Индии пожаловался, что самолет стал медленно набирать высоту, — вспоминает Круглякова. — Отправилась я туда в ранге заместителя главного конструктора по аэродинамике и динамике полетов...

Именно Круглякова расшифровала накопители полетной информации и нашла некорректность в эксплуатации самолета. Выяснилось, что проблемы не машины, а самого эксплуатанта. Технический состав упустил регулировки двигателей, а летный не обращал на это внимания. Увидев, как мастерски учит их хрупкая женщина, пилоты ее зауважали и стали называть Леди Босс. Так и закрепилось...

А когда после МАИ она, молодой специалист по динамике полета, пришла работать, в ОКБ шла к завершению работа над Ил-96-300. Сегодня на такой машине летает президент Путин, но уже почти 20 лет ее нет на регулярных рейсах.

— Помню, к нам приехал и. о. премьера Егор Гайдар, — делится моя собеседница. — И привел в пример Японию: вот, мол, они после войны закрыли авиазаводы, стали торговать зонтиками и магнитофонами — и теперь процветают. На зонтики мы не перешли, но времени потеряли немало.

Особая строка в ее биографии — экспедиции в Антарктиду. Летала туда Круглякова дважды, в 2015-м и 2016-м на Ил-76ТД-90ВД. После запрета полетов самолета Ил-76 с двигателями Д-30КП из-за вредных выбросов в атмосферу в Антарктиду надо было обеспечить перевозки грузов для полярников на станцию «Новолазаревская» на самолете с более экологичными двигателями ПС-90А-76. Сначала были выполнены расчеты взлетно-посадочных характеристик для руководства по летной эксплуа-тации специалистами отдела «Аэродинамика и динамика полета» ПАО «Ил». Проверить их правильность можно было лишь совершив несколько взлетов и посадок на льду.

— Допуск к полетам подписывали в Антарктиде, — вспоминает Ольга Валентиновна. — Впечатление от испытаний потрясающее. Лед небесно-голубого цвета, ровный, как стекло. А после остановки двигателей тишина такая, что в ушах звон.

Но поэтический тон она оставляет, когда в работе речь заходит о принципиальных вещах. Она из тех, кто режет правду-матку, даже если начальству это не нравится. Особенно важно уметь отстаивать и аргументировать свое мнение при расследовании инцидентов и авиакатастроф, ведь от правильности выводов зависит безопасность тех, кто полетит завтра.

Показательным в этом смысле событием была катастрофа Ил-86 в Шереметьево в июле 2002-го. Тогда при взлете произошло сваливание лайнера из-за выхода на закритический угол атаки. Почти год шло расследование: расшифровка самописцев, математическое моделирование, различные эксперименты, в том числе и на тренажере самолета, проверка экипажей. Это была огромная и кропотливейшая совместная работа специалистов МАК, ЛИИ, «Ила» и многих других. Тогда разработчики самолета доказывали, что самоход стабилизатора невозможен, что двигал его пилот, по какой-то причине зажав кнопку на штурвале. Пресловутый человеческий фактор. Чтобы не допустить в дальнейшем повторения такой ситуации, было принято абсолютно верное решение установить на всех ильюшинских самолетах систему, которая независимо от причины перемещения стабилизатора и руля высоты в разные стороны останавливала движения стабилизатора.

А теперь вот взлетел в небо Ил-114-300. Нет, все-таки выбор между спортом и авиацией она сделала правильный! Впрочем, о спорте она тоже не забывает. Регулярно занимается в фитнес-клубе модным нынче кроссфитом: тут и гимнастика, и аэробика, и силовые упражнения, и бассейн. Ну а зимой — конечно, коньки! Вот и сейчас, перед нашим разговором, пришла с катка на Красной площади. Я, кстати, спросил у Ольги Валентиновны, не попробовать ли ей свои силы в телепроекте «Ледниковый период»?

— Ну уж нет, на это я смотреть не могу. Если ты артист, покажи, что умеешь на сцене. Если фигурист — выходи на лед, соревнуйся и радуй болельщиков. Не воспринимаю непрофессионалов, берущихся не за свое дело.