Флешмобы в поддержку курсантов Ульяновского института гражданской авиации бьют рекорды: с танцами под Satisfaction выступают школьники, биатлонисты, конники, пловцы и даже пенсионерки на кухне. ВЦИОМ сообщил, что скандальный видеоролик посмотрел каждый второй россиянин. Из них 43% считают его безобидной шуткой, 35% — свидетельством падения нравов, а 7% — «намеренной дискредитацией российской гражданской авиации».
Официальные власти спустили дело на тормозах. Глава региона Сергей Морозов, как и Приволжская прокуратура, в ходе проверки не нашли оснований для наказания. Губернатор, правда, поручил создать комиссию в составе представителей Минтранса РФ и Росавиации, чтобы проверили, как ведется педагогическая работа с курсантами. А вот здесь, скорее всего, найдутся аргументы для нелицеприятных выводов.
По мнению Международного консультативно-аналитического Фонда «Безопасность полетов», ролик с курсантами, танцующими «в унылом общежитии под унылую вещицу Satisfaction», обнажил серьезную проблему. Неожиданная для многих волна «за» и «против» вполне объяснима. Те, чья жизнь в советской гражданской авиации прошла большей частью под дамокловым мечом «Устава ГА», ополчились против еще не отягощенных соображениями морали, этики и вкуса парней. Понятно также, почему курсантов поддержали их сверстники, использующие социальные сети для самовыражения.
Но Фонд призывает взглянуть на произошедшее с учетом известного профессионалам отрасли постулата: катастрофы никогда не бывают следствием отдельной причины. Не присмотреться ли, предлагают наши эксперты, к условиям, в которых курсантам доводится проводить учебное время — в убогих помещениях, требующих ремонта, с минимумом мебели и удобств. Та же позиция и у социолога, руководителя Центра молодежных исследований НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге Елена Омельченко, предлагающей оценить танцевальный номер ребят как определенную иронию по поводу того, где они живут, в каких условиях, что представляет собой их курсантская повседневность.
Прошлой осенью «Труд» писал, что Ульяновский институт гражданской авиации в прошлом году был профинансирован лишь на 30%. Каким образом в этих условиях изыскивать нужные суммы на производственную практику, на обслуживание воздушных судов и обеспечивающие учебные полеты службы? В результате авиатехники имеют зарплату 15-20 тысяч рублей, водители спецтранспорта — 10-15 тысяч, а лаборанты и того меньше. А заодно и как строить учебный процесс сточки зрения безопасности полетов во всех учебных заведениях гражданской авиации России? Ведь именно с них должны начинаться навыки безопасного выполнения полетов. Вот приводимые Фондом данные только за несколько недавних лет:
17 сентября 2012 года, Омская область. Столкновение двух вертолетов Ми-8, принадлежащих Омскому летно-техническому колледжу (филиал Ульяновского института гражданской авиации — УИ ГА). Причина — недостатки в организации учебных полетов в колледже.
7 ноября 2012 года. Катастрофа самолета Як-18Т Сасовского летного училища (филиал УИ ГА). Пилот-инструктор и курсант погибли. Причина — низкий уровень организации учебно-тренировочных полетов, неработоспособность системы управления безопасностью полетов.
8 мая 2014 года. Ульяновская область. Катастрофа самолета Diamond DA40NG, принадлежащего УИ ГА. Находившиеся на борту пилот-инструктор и курсант погибли. Причиной названо ошибочное отключение двигателя при выполнении нормальных процедур после взлета.
18 июня 2015 года — катастрофа самолета Diamond Бугурусланского летного училища. Находившиеся на борту пилот-инструктор и курсант погибли. Причина — вывод самолета на режим сваливания на недостаточной высоте. Фактором, способствовавшим катастрофе, стало состояние алкогольного опьянения, в котором находился пилот-инструктор.
Этот печальный перечень можно и продолжить, но, считают авиационные эксперты, начать стоит с ошибок при проведении профессионального отбора инструкторов, которые иногда путают рычаги после выполнения взлета, садятся за штурвал под парами алкоголя, или просто игнорируют обязательные предполетные проверки. А еще на сайте Фонда можно увидеть наглядное подтверждение этим словам, когда инструктор наставляет подопечных, разбавляя свою речь образцами многоэтажной ненормативной лексики. При этом, не забывая навешивать обидные уничижительные ярлыки на безусых мальчишек.
Проблемы российского авиационного образования известны. С искренней болью о них писал опытнейший специалист, бывший начальник Управления учебных заведений МГА СССР Юрий Дарымов. Жесткий и честный «разбор полетов» в них взялся провести и широко известный в авиакругах пилот-блогер, командир «боинга» Денис Окань. Существующей системе подготовки в учебных заведениях гражданской авиации страны им поставлен диагноз — тяжелое и прогрессирующее заболевание.
Хотя, откровенно говоря, «болезни» начинаются не только в учебных заведениях. В законодательстве РФ вообще нет определения термина «учебный полет», не установлены требования к порядку подготовки и выполнения такого полета, нет требований к лицам, осуществляющим учебный полет. До сих пор не урегулированы вопросы использования воздушного пространства при выполнении учебного полета, отсутствуют требования к учебному аэродрому (вертодрому) и площадкам. Так что приведенный выше список катастроф может, к сожалению, продолжиться и отнюдь не из-за виляния пятой точкой.
На этом фоне вызывает вопросы и предложение Росавиации обучать пилотов-частников в государственных учебных заведениях. Может, все-таки довериться учебным заведениям, прошедшим не только надежную сертификацию, но и обеспеченных достойным финансированием учебного процесса?
