Труд: Скука-любовь

В начале фильма режиссерский закадровый голос мягко предупреждает, что зрителям предстоит посмотреть учебную картину об отношениях полов. Основой для сценария стали произведения знаменитого жестоведа и письмолюба Алана Пиза. Его книги, яркостью обложек посрамляющие томики Дарьи Донцовой, в России выходят достаточно регулярно. В соавторстве с женой Барбарой Пиз он исследовал также межполовые различия, в частности те, которые режиссер Хауссман вынес в название фильма; на первый вопрос ответит он сам, второй будет отдан на откуп милому психологу-гею.

В своем веселом научпопе супруги Пиз приводят уйму баек о разных американских парах, но поначалу Хауссман отказывается ими пользоваться, обстоятельно рассказывая о знакомствах и разлуках нескольких немецких пар. Кто-то бросается с крыши, кто-то влюбляется с первого взгляда, чья-то страсть произрастает из проблем с поцарапанной машиной. Романтика представлена компьютерными бабочками, которые принимаются порхать по экрану в момент зарождения чувств, и музыкой Джеймса Ласта, которая могла бы достойно звучать во французской мелодраме двадцатилетней давности.

Вкупе с бородатой шуткой о том, что мультиоргазм похож на эпилептический припадок, это придает картине легкий палеонтологический оттенок, что усугубляется разными сценами с неандертальцами. Созданная Хауссманом громоздкая конструкция не вполне соответствует легкомысленному жанру романтической комедии, но режиссер оправдывает сам себя, вложив в уста одной из развратных героинь фразу: «Венеция — это город любви, а Берлин — это вторая родина!».

Сперва это наводит на мысль, что таким образом Хауссман издевается над румяной пизовской прямолинейностью и его последователями из различных гламурных журналов, утверждающими, что все представители одного пола одинаковы. Однако с середины картины режиссер начинает Пиза щедро и отчасти уважительно цитировать, сперва объясняя, например, что тоннельное зрение мешает мужчинам найти в холодильнике масло, а затем аккуратно подводя к тому, что современный человек мало чем отличается от первобытного.

Эта неновая мысль хорошо объясняет принцип картины: если человек вообще не меняется, то чего ради придумывать для него новые шутки, музыку и сюжетные ходы? И тогда тем более понятно, отчего в наш прокат сейчас вышел фильм, показанный немцам два года назад.