«Ох и трудно стало жить...» — как часто слышится вокруг этот тяжкий вздох, как часто жалуемся мы друг другу и самим себе на несовершенство мира: зарплату урезали, от мужа пахнуло чужими духами, улицу раскопали, от детей благодарности не дождешься... На этом фоне москвичка Людмила Васильева — просто баловень судьбы. Вечно улыбающаяся, с лучистыми глазами, и все-то у нее так удачно складывается. Счастливая жена и мать, красавица, выигравшая конкурс, модель, лауреат песенных турниров, участник хора ЮНЕСКО. А еще — мастер спорта международного класса по фехтованию, чемпионка и призерка Европы и мира, участница Паралимпиад в Пекине и Лондоне... А почему Паралимпиад? Дело в том, что у Людмилы с детства парализованы ноги — она передвигается, фехтует, поет и демонстрирует одежду от кутюр в инвалидной коляске.
— Секрет у меня простой, — смеется Людмила, — могу поделиться. Всего-то и надо, что двигаться и почаще улыбаться. Вот попробуйте — и жизнь тут же наладится! Если у человека есть желание реализовать себя — неважно, с ногами он или без ног. Обретешь цель, смысл — и они тебя точно выведут из четырех стен на простор, к людям и событиям. Вот поверьте, я знаю, о чем говорю...
Она действительно знает главную истину: у каждого человека есть таланты, просто он не всегда о том догадывается. И потому так важно не сидеть отшельником, не замыкаться в своих проблемах, а искать себя, пробовать в самых, казалось бы, невероятных занятиях. А пословицу про лежачий камень Люда считает наипервейшей народной мудростью.
Рассказывает, что с детства была ребенком очень активным, моторным, и родители в ней эту моторность всячески поддерживали. Первое выданное собесом неуклюжее инвалидное кресло носило громкое название «Надежда», вот только оказалось оно вдвое больше нужного размера. Из-за подлокотников Люду было не увидать, на руках у нее вечно темнели синяки. Зато именно в этом кресле (с помощью родителей, конечно же) она посещала концерты, ходила в походы и участвовала в заез-дах колясочников. В нем же в 12 лет приняла участие в песенном конкурсе, после чего без экзаменов была принята в музыкальную школу. Сначала педагоги по вокалу приходили к ней домой, позже отец специально купил авто, чтобы дочка могла учиться в музыкальном классе, как все дети. Труды не пропали: Людмилу приняли в хор фонда «Мир искусства» для одаренных детей с ограниченными возможностями. С ним она объездила Россию, много раз была за границей, выступала на одной сцене с Монтсеррат Кабалье и другими звездами...
Фонд приобрел для Людмилы хорошую коляску, а главное — в хоре Люда обзавелась новыми друзьями, от которых узнала, что в Москве есть вуз, ориентированный на обучение студентов с нарушениями опорно-двигательного аппарата, — МГСГИ. Когда подошло время, поступила на специальность «книгоиздание и редакторское дело». И опять удача: на втором курсе Людмила записалась в секцию фехтования при институте, которую организовала для колясочников Елена Белкина, мастер спорта и прекрасный тренер. Так в ее жизни возник еще один мир, большой и яркий...
Слушаешь это повествование — и кажется, что все у Люды так удачно складывается само собой, по единственно возможному сценарию. Но это, увы, не так. Если взглянуть правде в глаза, то надо признать, что судьба Людмилы Васильевой все-таки ближе к исключению, чем к правилу. И что подавляющее большинство из 100 тысяч московских колясочников безвылазно сидят дома, их никто не видит и не слышит. Что уж говорить про глубинку. Причин тому много, но есть одна особенная, можно сказать, коренная.
— Знаете, мы не так давно искали детей с ограниченными возможностями, желающих заниматься фехтованием, — рассказывает Люда. — Ведь в спорте можно достичь гораздо большего, если начать с младых ногтей, а тут еще и характер формируется... Так вот, столкнулись с такой проблемой: очень многие родители не готовы и не желают признать своего ребенка инвалидом и позволить ему развиваться в соответствующем русле. Они тратят годы и немыслимые ресурсы на лечение, стремятся всеми правдами и неправдами определить чадо в обычную школу, чтобы ребенок был, как все.
Людмила рассказывает, что мамы и папы отказываются оформлять ребенку справку об инвалидности, суеверно не желая признавать очевидное. Машут руками: «Не хотим, чтобы моего сына (или дочку) называли инвалидом, не хотим участвовать в ваших мероприятиях для ребятишек с ограниченными возможностями...» Родительские эмоции можно понять. Но в том-то и дело, что стать, как все, эти дети могут только благодаря специальным трудам и заботам. Иначе упускается время, в которое ребенок мог бы адаптироваться среди подобных себе, завести друзей, достичь успехов в паралимпийском спорте или искусстве. Вместо этого ребятишки, подрастая, рискуют получить комплекс неполноценности. В конце концов, те же занятия фехтованием в колясках уж никак не мешают лечению.
— Мне самой было немножко проще, чем тем, на кого инвалидность сваливается уже в зрелом возрасте, скажем, после аварии. Я же всегда была такой. А выстраивать жизнь заново куда труднее. Хорошо если рядом близкие люди, которые заново научат водить машину, займут, помогут обрести новую профессию, отдадут в спорт — короче, не дадут киснуть. Но вы же понимаете, что такие люди рядом есть не у всех.
Людмила живет в реальном мире, где невозможно напрочь отгородиться от всего жестокого и несправедливого. Буквально на днях, когда она привела свою четырехлетнюю дочку Злату в московский детсад № 172, ей передали пожелание руководящей дамы: надо, видите ли, нанять няню, которая могла бы приводить и забирать ребенка из сада. В противном случае в учреждении отказываются принимать Злату, так как мама в кресле не может подняться на третий этаж и расписаться в том, что получила ребенка на руки. Представляете? И какова, думаете, была реакция мамы Люды?
— Хватило записи в «Фейсбуке». Мое сообщение в соцсети вызвало бурную реакцию, информация дошла до директора садика. На следующий день она передо мной извинилась и заверила: за Златой будет спускаться воспитатель. Обиделась ли я? Да нет. Знаю одно: это мое дело — водить ребенка в сад. И я свое дело буду делать в любом случае.
Людмиле почти 31 год, но расставаться со спортом она пока не собирается. Готовится биться за медали на чемпионате мира в Венгрии в конце сентября и за путевку на Паралимпийские игры — 2016 в Рио. А что это значит? Уже 10 лет, за исключением декретного отпуска, она тренируется четыре-пять раз в неделю по три-четыре часа, а на сборах и того больше. Кстати, когда ее на днях пригласили спеть в праздничном концерте, посвященном Дню города, Людмила вынуждена была отказаться: в эти дни она на сборах готовится к соревнованиям. Да, на сегодняшний день именно спорт она считает своим главным делом, которое и кормит, и дарит такие эмоции, каких в обычной жизни не встретишь. Между прочим, и заработки у Людмилы на ниве спорта неплохие: позволили за девять лет приобрести квартиру в Москве, автомобиль.
— А что будет дальше?
— Из главных планов знаю одно: хочу второго ребенка. И точно не собираюсь стать домохозяйкой — всегда буду работать. Подумываю о бизнесе, но здесь хочется найти что-то полезное, социально ориентированное. Все-таки эту область я знаю лучше других.
