Президент и премьер призывают работать производительно и эффективно, поумерить аппетиты монополий и сделать экономику более конкурентной, а заработную плату – реально заработанной. Кто бы спорил! Но чем больше говорится правильных слов, тем крепче ощущение, что способы решения одной и той же задачи они понимают по-разному.
Первым выступил премьер-министр Дмитрий Медведев – в газетной статье и с программной речью на сочинском Международном инвестиционном форуме. Президент Владимир Путин был вторым – в Москве, на инвестиционном форуме «Россия зовет». Оба говорили о будущем, но аргументировали прошлым.
Медведев пессимистичен: «Темпы роста ВВП в текущем году, скорее всего, не превысят 2%... Возросшие издержки ведения предпринимательской деятельности делают невыгодным продолжение производства на значительной части старых мощностей, а также реализацию серьезных инвестиционных проектов…» Путин думает иначе: «Острая фаза кризиса преодолена, текущие риски более или менее взяты под контроль». Но тоже предупреждает о грядущих трудностях: «Кризис действующей экономической модели носит структурный, а значит, долговременный характер».
Медведев предлагает поворот: «Увеличение производства поддерживается почти исключительно за счет реализации крупных инвестиционных проектов с участием государства и контролируемых им компаний… Но этот источник развития ограничен… Критически важным становится обеспечение устойчивых источников стабильного экономического роста в негосударственном секторе экономики».
Путин говорит об ускорении: «Мы вплотную подошли к тому, чтобы стать первой экономикой Европы и пятой экономикой мира… Но более чем в два раза уступаем развитым экономикам по производительности труда. Производительность труда в России должна ежегодно расти на 5–6% – вдвое быстрее, чем сейчас. Только так мы сможем форсированно преодолеть разрыв в эффективности. Уверен: мы способны это сделать…»
Медведев пеняет на «тормоза» государственных институтов: «Считаю, что защита частной собственности и конкуренции остается нашим безусловным политическим приоритетом… Но многие чиновники, судьи, сотрудники полиции (хотя, конечно, далеко не все) до сих пор считают, что государственная собственность (а значит, и государственные компании) обладает особыми правами на защиту – несравненно большими, чем частные лица…»
Путин уверен, что ускорение возможно здесь и сейчас: «Уже сейчас целые регионы России демонстрируют темпы роста производительности труда на уровне выше 10%…»
Такой результат достигается тогда, когда рост эффективности, создание качественных рабочих мест действительно становятся приоритетом, реальной целью, смыслом развития, а не какой-то факультативной, периферийной «нагрузкой» или периферийной задачей… Именно на такой содержательный подход мы будем настраивать работу и правительства, и региональных управленческих команд. Задачи должны решаться без ссылок на обстоятельства...»
Интересный спор получается, не правда ли? Но, к сожалению, заочный, без обоюдной полемики, без обсуждения экспертами, топ-менеджерами госкомпаний и авторитетными бизнесменами.
А ведь перемены назрели давно: большинство нынешних экономических (и не только) проблем есть следствие многих неверных решений, принятых и пять лет назад, и десять, и больше. Конечно, тот не ошибается, кто ничего не делает. К тому же за последние годы страна достигла немалых успехов, а личное благосостояние россиян повысилось в разы.
Но теперь России нужна новая экономическая программа, опирающаяся не на «А и Б сидели на нефтегазовой трубе», а на невостребованные до сих пор производительные силы, новые ориентиры и стимулы. Ведущие экономисты ОЭСР, недавно подготовившие доклад о ходе и результатах вялотекущей российской модернизации, отметили: «России необходимо сократить зависимость от доходов, получаемых благодаря добыче полезных ископаемых, и обеспечить более устойчивый и широкий рост. Делая более привлекательными в России условия для жизни, учебы, работы, творчества и инвестиций, страна сможет высвободить огромный потенциал своего народа и обеспечить рост значительно выше того, что могут дать природные богатства…»
Такая попытка предпринималась в начале нулевых вместе с «программой Грефа», которую хотя и реализовали меньше чем на треть, но с немалой пользой и эффектом. Сегодня есть много предложений, направлений и даже комплексных проектов, но нет ни четких ориентиров, ни внятных дорожных карт. Неудивительно, что экономика страны продолжает топтаться на месте, уничтожая под своими же копытами едва проклевывающиеся ростки новых надежд и стремлений.
Нас убеждают: нужно производительнее работать! Хотя мы давно согласны и лишь спрашиваем: где? Где обещанные высшей властью 25 млн высокотехнологичных, высокооплачиваемых рабочих мест, которые уже должны появляться в стране со среднегодовой скоростью в 1,5 млн с лишним? Судя по выступлению Владимира Путина на инвестфоруме, за последние два года даже в лучших по этому показателю регионах – Татарстане, Белгородской, Челябинской и Липецкой областях – их создано всего 55 тысяч. В остальных 88 (!) регионах счет идет на жалкие сотни, если не на единицы.
Правда, премьер Дмитрий Медведев теперь утверждает, что не работа должна искать человека, а человек – работу. «Очевидно, что кому-то (и это, может быть, значительная часть населения) придется менять не только место работы, но и профессию, и место жительства, но все это нужно делать. Только в этом случае мы получим более современную экономическую модель», – заявил глава правительства на сочинском форуме.
Он не одинок в таком планировании: в Китае новый глава государства уже объявил, что в ближайшие 15 лет городское население страны должно увеличиться (за счет сельского) на 250 млн человек – это почти две России. Но этим людям есть куда ехать – жилье для переселенцев построено. Еще в 2011 году Государственная электросетевая компания Китая обнародовала данные по 660 городам страны, где в 65 млн квартир никто не пользуется электричеством, ибо они пустуют. В стране уже десятки городов выросли в города-призраки, застроенные комфортабельными жилыми домами, школами и университетами, супермаркетами, театрами и музеями, но без людей.
