17 декабря в «Олимпийском» пройдет седьмой фестиваль «Легенды «Ретро FM», одним из хедлайнеров которого станет прославленная звезда советской эстрады Аида Ведищева. «Труду» исполнительница суперпопулярных песен из комедий «Кавказская пленница» и «Бриллиантовая рука» рассказала «Труду», почему сменила Старый Свет на Новый и как возвращалась с того света на этот.
Эти шлягеры и сегодня знают все — «Песенка о медведях» из фильма «Кавказская пленница», «Помоги мне» из «Бриллиантовой руки», «Умка», «Чунга-чанга»… Диски спевшей их Аиды Ведищевой 40 лет назад сметались с прилавков 7-миллионными тиражами. Никакому Киркорову такое не снилось.
Она до сих пор собирает аншлаги, как случается все последние годы, когда певица вновь стала приезжать на Родину с концертами. Что же толкнуло суперуспешную певицу уехать из СССР в 1980-м Америку? Благодаря чему не затерялась среди тамошних звезд? Как, наконец, смогла победить страшную болезнь, по сути в третий раз начав жизнь сначала?
Жизнь первая: «Запретить товарищу Ведищевой сольные концерты»
На самом деле ее зовут Ида, фамилия отца — Вайс. Он был врачом, гордостью Казанского стоматологического института, по его учебникам до сих пор учатся будущие дантисты. Папа бы предпочел, чтобы дочь пошла по его стопам. И уж точно не желал, чтобы она стала певицей — специальность, с его точки зрения, несерьезная. Сошлись на компромиссе: в Иркутске, куда переехала семья, Ида окончила музыкальное училище, но вузовский диплом получила в институте иностранных языков как преподаватель английского.
Однако уже в начале 1960-х она стала филармонической певицей. Одно время работала в оркестре Леонида Утесова — уже под сценическим именем Аида (Ведищева — по первому мужу). И была, по ее словам, первой, кто осмелился по собственной воле уйти от прославленного мэтра.
— В оркестре у меня была норма: три песни за вечер плюс одна на бис. Не развернешься. Сказала Леониду Осиповичу: вы свою лебединую песню нашли, а мне до своей еще идти и идти… Обиделся, но отпустил.
В 1967-м Аиду позвали записать «Песенку о медведях», которую в финале ленты «Кавказская пленница» поет главная героиня. Актриса Наталья Варлей отлично сыграла роль, но такого легкого, звонкого вокала, как у Аиды, у нее не было… Мгновенно после премьеры песенка завоевала страну. Грампластинка с ней вышла тиражом 7,5 млн., а потом последовали переиздания. Как рекордсменку 1968 года по продажам дисков Аиду послали на популярный песенный конкурс в польском городе Сопоте — в специальную программу, которая так и называлась «День грампластинки», в ней участвовали лидеры национальных топ-листов звукозаписи.
— Представляете, в какой компании я оказалась — Карел Готт, Радмила Караклаич, Джордже Марьянович, Елена Вондрачкова… Мое первое выступление состоялось 19 августа. А 21-го вдруг сообщение прессы: советские танки вошли в Прагу! Карел Готт встает, забирает флажок Чехословакии и говорит, что не может петь, когда его страна в огне. Фестиваль на грани срыва. Мне звонят из Москвы — возможно, придется отказаться от выступления в следующем туре… Но я решила: быть в Риме и не повидать Папу? То есть приехать на фестиваль и не спеть с отличным оркестром? А чтобы расположить публику, перевела песенку «Гуси-гуси» на польский: «Генчи, генчи, га-га-га!» Публика растаяла, я окончательно осмелела и спела на бис «Будь прежним» Шаинского. Результат — вторая премия. Но по возвращении в Союз меня отчитали в Министерстве культуры: я, оказывается, не имела права отступать от программы и исполнять бисы!
Так Ведищева попала на чиновничий карандаш. Который впоследствии педантично фиксировал ее «прегрешения». Чего, например, стоит такой документ: «Начальнику управления культуры Горьковского облисполкома тов. Люсову А. С. По сведениям, поступившим в управление музыкальных учреждений, артистка А. Ведищева выступает в Горьковской областной филармонии с сольными концертами с оплатой из расчета разовой концертной ставки 13 рублей. В соответствии с решением республиканской государственной тарификационной комиссии от 7 июля 1967 года тов. Ведищевой была установлена разовая концертная ставка второй категории 8 рублей, не дающая исполнителю права выступать с сольными концертами. В феврале 1969 года тов. Ведищева была прослушана специальной комиссией Министерства культуры РСФСР. Комиссия, отметив ряд существенных недостатков в исполнительской манере тов. Ведищевой (ограниченные вокальные данные, плохой музыкальный вкус, нечеткая дикция и т. д.), запретила занимать ее с сольными концертами. На основании вышеизложенного управление музыкальных учреждений просит вас дать указание Горьковской областной филармонии запретить занимать артистку Ведищеву с сольными концертами. Начальник управления музыкальных учреждений П. Рюмин».
И это сразу после успеха в Сопоте! За которым последовали другие триумфы: все 16 ее альбомов были отмечены грамотами фирмы «Мелодия», даваемыми за тираж, превышающий миллион. Общий выпуск ее пластинок составил 30 млн. Но в 70-е у Ведищевой отнимают ее музыкальный ансамбль. Аида не сдается: просит дирижера Юрия Силантьева записать оркестровые фонограммы и первой среди советских певиц создает оригинальную шоу-программу, где живое пение сочетается с магнитофонным сопровождением. Уже были проданы билеты на концерт в Москве, в зале Академии Жуковского. Но за несколько дней до концерта там вдруг появилось объявление: выступление отменяется из-за болезни артистки… Аида была в это время совершенно здорова.
Но поняла: дальше бороться бесполезно, надо принимать кардинальное решение.
Жизнь вторая: Здравствуй, Свобода!
— Однажды я не то спала, не то грезила наяву. И вдруг увидела, как ко мне в комнату вошла прекрасная женщина в длинной белой одежде. Она сказала: «Уезжай!» Я не сразу поняла, что это за женщина. Только уже после всех мытарств, связанных с оформлением эмиграции, после того как вместе с мамой и сыном пересекла океан и нас, новых переселенцев, привезли на нью-йоркский остров Либерти-Айленд, я увидела: вот она, Свобода! Глядя на ее прекрасное лицо, на ее светлую фигуру, возносящуюся в небо, я твердила: «Ради тебя я пожертвовала всем, что у меня было, — Родиной, друзьями…»
В Америке Аиде удалось окончить театральный колледж, создать концертную программу «Лучшие песни Бродвея и Голливуда». Вот где помогло отличное знание английского! Особенно ей нравилось ездить с концертами в Майами и Кастильские горы — это курорт совсем близко от Нью-Йорка. В одном из нью-йоркских клубов ее приметил здешний миллионер…
— Мы прожили вместе шесть лет. Большая их часть прошла на яхтах и в особняках мужа. Ему безумно нравилось, как я пою и танцую, но с самого начала у нас стали возникать конфликты — он хотел, чтобы я выступала только для него. Даже давал мне деньги, чтобы я не ездила в свои любимые Кастильские горы — думал, я там выступаю для заработка. А мне нужна была сцена, публика! Тут случилась еще одна беда: мне поставили диагноз — рак.
Жизнь третья: Воскрешение
Врачи не хотели ее оперировать — считали случай безнадежным. Она настояла и оказалась права: метастаза в печени, вопреки анализам, не было. Но главное, что ее спасло, и это признают все, — удивительная воля к жизни.
— Я поняла, зачем Господь оставил меня на земле — я должна рассказать людям о том, что такое Свобода и как она может спасти человека в самой тяжелой ситуации. Молодое поколение американцев, в отличие от нас, получили свою свободу в подарок и не очень ее ценят. Поразило меня и другое: почти никто из них не знает историю этой великой статуи-то, что ее изваял французский скульптор Бартольди, что он завещал подарить ее Америке… Что она год валялась в Нью-Йорке на складе, пока кому-то не стало стыдно, и тогда был объявлен общенациональный сбор денег, люди сдавали по 5, даже по 1 доллару, и набралось 120 тысяч, приехал великий инженер Гюстав Эйфель, поставил статую… Я задумала программу, где рассказывается о двух эмигрантках — французской Свободе и русской певице, которые в разные столетия приехали в Америку и встретились здесь, в современности. Поскольку это было на пороге нового тысячелетия, шоу так и называлось «Miss Liberty For The New Millenium». А вскоре я сменила в названии слово Miss на Lady, потому что встретила новую любовь. Этот человек полюбил меня, когда я еще лежала в больнице на химиотерапии. Он похищал меня оттуда и возил в танцевальные клубы. Однажды в клубе с меня слетел парик, и посетители увидели, что я лысая от химиотерапии. Люди пришли в ужас, а я сказала им, что никогда не была так счастлива, потому что жива и могу танцевать… Только когда мама увидела меня без волос, я не решилась сказать ей правду: объяснила, что побрилась, потому что «так модно».
С тех пор прошло больше 10 лет. Аида придерживается жесткого режима питания: никакой говядины или свинины, только курица и рыба, белки с углеводами не смешивать… Но главное — опять-таки не в этом, а в постоянной работе. В 2001-м, после атаки на башни-близнецы, она выпустила программу, посвященную этой трагедии. В 2009-м в Карнеги-холле выступала уже в честь 10-летия своего шоу о статуе Свободы. Ее имя из года в год включают в книги «Кто есть кто в Америке», «Кто есть кто в мире», «Американские женщины». В книге за 2012 год она снова будет. На днях ей пришел подарок от главного редактора этого издания: флажок с надписью «За улучшение современного общества».
Огромной моральной поддержкой является и то, что ее все чаще зовут петь на Родину. В 2004-м на сцене зала «Россия» Ведищева принимала награду «Киноватсон» как самая успешная певица российского кино. В начале 2008-го пела на юбилее композитора Олега Иванова, чьей песней «Товарищ» когда-то «как ветром, наполнила страну». Перед самым Новым 2009 годом участвовала в программе ретропесен молодой московской певицы Елены Неклюдовой. А месяц назад пела сольную программу для публики Центрального дома художников, участвовала в вечере в честь юбилея поэта Леонида Дербенева на сцене Кремлевского дворца.
Ее очень обидело, что в годы, когда ее имя нельзя было упоминать, Гайдай с Варлей ездили по стране с концертами, в них звучала «Песенка о медведях», но выступавшие ни слова не говорили о той, которая ее первой исполнила. Зато недавно пообщалась со Светланой Светличной, и та призналась, что голос Ведищевой, певшей в фильме «Бриллиантовая рука» танго «Помоги мне», действительно помог ей войти в образ знойной красавицы, раскрепостил, придал куража и свободы. Ведь тогда советской актрисе раздеться перед камерой было поступком, для которого надо было преодолеть массу комплексов.
Но совсем возвращаться в Россию певица не хочет.
— В моем возрасте начинать все сначала в четвертый раз уже тяжело. Мне нужно беречь силы и время. Хочу написать книгу — о том, как не заболеть раком, а если заболеешь, то не поддаться болезни. Приезжать, конечно, буду. Особенно хочется в Иркутск — там папочка похоронен, там я начинала петь…
