Столь широко разрекламированный в оппозиционных СМИ митинг «несогласных» ознаменовался сразу несколькими расколами среди участников «Другой России».

В самом начале митинга группа членов Национал – большевистской партии развернула транспарант со своим общеизвестным и уже ставшим историческим слоганом «Сталин. Берия. ГУЛАГ!». Этот лозунг долгие годы был одним из основных девизов НБП и в качестве речевки служил неизбежным сопровождением всех митингов и акций сторонников Лимонова. Однако на сей раз, вытащенный из старых запасов лозунг не пришелся ко двору организаторам «митинга несогласных» и вокруг этой группы нацболов завязалась суматоха, а Гарри Каспаров, назвал нацболов «кремлевскими провокаторами».

Эдуард Лимонов, стоявший рядом с ним на импровизированной трибуне, только молча поигрывал желваками. Было видно, что происходящее ему сильно действует на нервы и публичный молчаливый отказ лидера НБП от своего любимого лозунга проходит с мучительной внутренней борьбой. На его лице явно читалась мысль – от каких еще принципов и убеждений, лозунгов и девизов ему придется отказаться, чтобы остаться в обойме публичных политиков? Пусть даже столь экстремистских и эпатажных, как лидеры «Другой России», пусть носящих на себе некую печать зарубежных грантов. Происшедшее на митинге, когда лидер национал – большевиков отстраненно наблюдал как его сторонников, так некстати развернувших старый партийный лозунг, крутят охранники Касьянова – стало неким «моментом истины» в отношениях между лидерами «непримиримой оппозиции». Столь же ярко проявились отношения внутри «Другой России» и в отношении митинга «Трудовой России». Их лидера, Анпилова, попросту кинули соратнички по оппозиции, оставив одного, с сотней старых приверженцев – стоять у подножия памятника Карлу Марксу. Обещания Каспарова пройтись всей толпой по тротуару Тверской улицы, от Триумфальной площади до Театральной – на поддержку Анпилова, так и остались обещаниями. Старого сталиниста (или сандиниста?) Виктора Анпилова просто кинули как мальчишку, выставив в совершенно дурацком свете, чего, безусловно, злопамятный революционер не простит своим временным союзникам. Думается, последствия такого опрометчивого шага Лилеров «Другой России» не заставят себя ждать.

Само по себе мероприятие прошло довольно скучно, собрав немногим более двух тысяч человек, из которых значительную часть составляли журналисты, праздные зеваки, которых достаточно на любом событии в центре столицы и сотрудники правоохранительных органов в штатском, которым, кстати, и должны быть благодарны организаторы митинга за быстрое предотвращение эксцессов, начавшихся было по инициативе затесавшихся в толпу политических противников оппозиции из отколовшегося от НБП «Национал – большевистского Фронта» и активистов «России Молодой». Все прошло достаточно буднично, не считая яркого выступления Ирины Мацуовны Хакамады, которая, очень темпераментно осуждала «правящий режим».

Каспаров, не в пример Хакамаде, совершенно не отклонялся от генеральной линии «Другой России» и отважно вклинился в толпу, которая тут же его обступила и принялась забрасывать вопросами.

В меру своего понимания Гарри Кимыч старался отвечать, завязался бурный диалог, проходивший без серьезных эксцессов.

А вот Михал Михалыч Касьянов, как бывший премьер и второй человек в государстве ( тоже, естественно – бывший) от «хождения в народ» категорически отказался. Он только снисходительно посматривал с трибуны, сверху вниз на кипучую энергию гроссмейстера, бурно жестикулирующего в обступившей его толпе. Наверное, бывший премьер, сгоряча, в пылу выступления заявивший, что через 15 месяцев скинет это правительство и въедет в Кремль на белом коне, теперь напряженно размышлял – где же он коня возьмет? Народ безмолствовал, с любопытством взирая на Касьянова. Касьянов молчал, с интересом разглядывая свой народ. С тем и разошлись.

Расходились медленно и печально. Первыми дисциплинированно к выходу потянулись касьяно – каспаровцы, уныло сворачивая свои знамена на ходу. За ними с некоторой задержкой поплелись мальчики и девочки из АКМ. Самыми стойкими оказались нацболы, долго не расходившиеся с площади. Но в конце концов неласковый декабрьский ветер сделал свое дело и изрядно озябшие лимоновцы тоже пошли на выход. Небольшая кучка, человек из тридцати, выйдя на Первую Брестскую улицу, попыталась организовать несанкционированное шествие, вновь развернув флаги и выкрикивая свои речевки – но были сразу же оттеснены ОМОНом в сторону и вежливо, но настойчиво перемещены в припаркованные невдалеке милицейские грузовики. После недолгого разбирательства, на каждого из них был составлен протокол о нарушении общественного порядка, затем нарушителей отпустили по домам. Находившийся рядом Станислав Белковский, которого принято считать главным идеологом и пиарщиком «Другой России» был невесел – «марш несогласных» собрал гораздо меньше участников, чем предполагали организаторы, действительно, как и предрекали СМИ – оказался «митингом неспособных». Не произошло и никаких столкновений с правоохранительными органами, что позволило бы организаторам завопить на весь мир о «кровавой гебне», разгоняющей мирный митинг и, хотя бы отчасти оправдаться перед спонсорами за потраченные на подготовку акции немалые средства. Не удалось, невзирая на все усилия и подтянуть на митинг активистов ДПНИ, поскольку их лидеры Поткин и Рогозин четко заявили о своем категорическом неприятии излюбленной концепции Белковского «национал – оранжизма». На что пан Станислав в общении с журналистами обозвал обоих «маргиналами». Но легче от этого, скорее всего не стало.

Николай Невский