Жить все тревожнее, но и дня не проходит без сообщений об очередном улучшении нашей жизни. Зарплаты и пенсии неуклонно растут, налоги снижаются, но при этом денег в карманах почему-то не прибавляется. На днях нас порадовали новостями уже по части медицины. Глава Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФФОМС) Илья Баланин заверил, что в базовую программу обязательного медицинского страхования (ОМС) включили 14 новых методов лечения. Правда, каких именно, не уточнил. Вероятно, чтобы граждане не рванулись из последних сил за бесплатным лечением, а потом не задавали ненужные вопросы?
Еще более фантастичную новость сообщили СМИ со ссылкой на приказ министра здравоохранения Михаила Мурашко: магнитно-резонансную томографию можно будет делать без направления врача. Граждане опять обрадовались: неужто появился шанс без мучительной процедуры согласования получить дорогостоящую услугу, нередко спасающую жизни, но которой в рамках ОМС добиться крайне сложно? Очереди большие, аппараты ломаются, а в глубинке такого оборудования попросту нет. Но тут явилось разъяснение замминистра господина Камкина: речь в приказе идет только о платных, коммерческих клиниках. Будто раньше это запрещалось делать без назначений! Там все просто: платите немалые деньги — и пожалуйте на МРТ. То есть опять разговор ни о чем, оптимизм для галочки.
Тем временем ВЦИОМ обнародовал исследование, согласно которому лишь 41% наших граждан нынче идут лечиться в государственные учреждения (в 2006-м этот показатель составлял 52%). А каждый третий россиянин, заболев, занимается самолечением. Причина в том, что 52% опрошенных не удовлетворены качеством медобслуживания и попросту не доверяют врачам, видя падение уровня квалификации медработников. Многие не хотят связываться с медициной из-за трудностей с доступом к бесплатным услугам и хорошим специалистам. ВЦИОМ объясняет ситуацию «структурными проблемами системы здравоохранения, включающими дефицит кадров и компетенций медработников», а также «недоступностью ряда услуг». Как же лечиться? За деньги. В частные медучреждения сегодня обращаются 17% респондентов, хотя в 2006-м таких было всего 6%.
Игнорируя общественное мнение, в Минздраве говорят о повышении качества медицины, расширении доступа и номенклатуры бесплатных услуг. Как это происходит на практике даже в столичном регионе, покажем на примерах из жизни. Начну с печального примера моего коллеги, который буквально сгорел за полгода, едва дожив до своего 70-летия, так и не получив помощи ни от платной медицины, ни от московского здравоохранения. В одной из ведущих платных клиник подмосковного Дмитрова ему не смогли диагностировать обширный инфаркт и лечили от воспаления легких, чем усугубили ситуацию. Дальше были стандартные мытарства в столичной системе: для госпитализации принесите полный пакет анализов и обследований. Это пришлось делать на коммерческой основе — если нужно быстро, то плати. Анализы в районных поликлиниках Москвы нередко назначают через неделю или две: нет свободных мест. При обследовании в знаменитой столичной больнице в Коммунарке инфаркт так и не был диагностирован, зато была обнаружена онкология. Но вместо срочной операции коллегу опять выписали из больницы для дальнейших поисков медпомощи. Эти хождения по мукам и упущенное время стали для него фатальными.
И ведь никто в таких ситуациях не разбирается, хотя они вполне стандартные. Мои обращения в СКР и к депутатам по поводу неоказания медпомощи моей матери в нарушение всех правил так и не были всерьез рассмотрены, ушли в песок. Во всех медучреждениях столицы, включая знаменитую 40-ю больницу (ныне Коммунарка), Московский клинический центр имени Логинова, пришлось платить за обследования наличными. Сам алгоритм оказания медпомощи в таких случаях возрастным больным несет смертельный риск. Несмотря на приказы, не исполняются указания Минздрава о сроках госпитализации онкологических пациентов, нередко возрастным больным под разными предлогами отказывают в помощи. «Что вы хотите, возраст» или «Зачем лечить, дайте пациенту спокойно умереть» — подобные речи я слышал не раз. И везде деньги, деньги, деньги...
Пару месяцев назад моя родственница столкнулась со стандартным вымогательством при лечении онкозаболевания. Просили немного, всего-то 30 тысяч. Но где? В знаменитой академии имени Сеченова. Завотделением так и сказала: у нас по ОМС не получится, идите, где это возможно. В столичной системе медпомощи уже на первом этапе потребовали деньги «за пересмотр препаратов». В итоге лечение в столичном же онкоцентре обошлось в несколько сотен тысяч рублей. И никаких консилиумов врачей столичного депздрава, никаких «персональных помощников, сопровождающих пациента на всех этапах лечения» — всего того, что красиво расписано в так называемом Московском стандарте онкологической помощи.
И вот еще одна история. После прохождения диспансеризации в столичной районной поликлинике получил санаторно-курортную карту. Это пока еще бесплатно. А вот справка в бассейн — это за деньги, сказали мне. И не важно, что на сайте мэра четко сказано: такая справка выдается бесплатно, если плавание показано при лечении имеющихся заболеваний (такое у меня есть). Мое обращение департамент здравоохранения Москвы рассматривает уже второй месяц. И могу наперед сказать: получу отписку. Мелочь, а неприятно.
Да, если верить телевизору, то модернизируются и строятся новые медучреждения, обновляются поликлиники и больницы. Все это есть, но от приведенных мною фактов тоже не скроешься. Интересно, что комментарии к статьям, в которых рассказывается о докладе ВЦИОМа, куда более жесткие, чем у автора этой статьи. Приведем для примера только цензурные. «Оттого что мэр обновляет здания, делая ремонт, медицина лучше не становится, оттого что строят новые медицинские центры, медицина лучше не становится, в Москве так же происходит деградация медицины и снижение ее доступности, так же диспансеризация сильно в усеченном варианте, теперь и фиктивная. Платная медицина не лучше», — написал один из читателей о московском здравоохранении. Надежда Юркова: «Заболела? К терапевту — в лучшем случае через две недели, к профильным специалистам — только через терапевта, запишут через месяц-два, вот и лечимся сами кто чем может». Рита Шаньгина: «Сначала сократили множество больниц и медперсонала, теперь жалуются, что кадровый голод». Николай: «Врачи не лечат, а ведут прием больного. За прием Фонд медстрахования производит оплату, а качество лечения по барабану». Михаил Конобеев: «У врачей в современной поликлинике нет задачи вылечить. В медучреждениях ныне оказывают медицинские услуги, к здоровью это не имеет никакого отношения»: Читаешь этот поток комментариев и понимаешь, что люди не просто критикуют — они кричат от б-езысходности. Но кто их слушает и слышит? Вот и нынешние выводы ВЦИОМа Минздраву — как божья роса. Там попытались и это обратить себе на пользу, заявив, что «градус недовольства снижается, а удовлетворенность повышается». Якобы с 2019 года в рамках реализации национальных проектов осуществляются масштабные инвестиции в инфраструктуру здравоохранения, включая строительство и ремонт медицинских учреждений, а также переоснащение их современным оборудованием, и это дает свои плоды. «Системные изменения позволили существенно преобразовать весь ландшафт российского здравоохранения, обусловив переход к более технологичной и пациентоориентированной модели», — как ни в чем не бывало заявили в Минздраве, предупредив о вреде самолечения. Осталось спеть это хором на мотив известной песенки: «Все хорошо, прекрасная маркиза».
