«22 июня, ровно в четыре часа...» Старая песня — как позывные общей народной судьбы. Даже у тех, кто 85 лет назад не стоял у репродукторов, разносящих черную весть, та дата врезана в память. Скажете «до войны» или «после войны» — и никому не надо объяснять, о чем идет речь. Потом, после 22 июня 1941-го, было 9 мая 1945-го. И тогда казалось — войне больше никогда не бывать. Но сегодня она снова на пороге. Военное противостояние в Европе набирает силу, и теперь каждый день начинается с сообщений о сбитых над российскими городами беспилотниках, о жертвах налетов и ответных ударах. СВО грозит превратиться в полномасштабную войну России с коллективным Западом.
А как они там, на Западе, реагируют на перспективу большой войны? Европейские издания Le Parisien и Politico оправдывают дальнобойные удары ВСУ по гражданским объектам России как «снижающие военный потенциал армии агрессора». По мнению их обозревателей, это должно снизить интенсивность ударов по украинским городам и затруднить снабжение российских войск на передовой. А налеты на наши нефтеперерабатывающие заводы, порты и предприятия микроэлектроники призваны нанести ущерб экономическому фундаменту и сократить объемы производства высокоточного оружия внутри РФ.
То есть на полном серьезе дальнобойное оружие рассматривается как инструмент давления для принуждения Москвы к началу мирных переговоров на условиях, учитывающих интересы Киева. Европейские лидеры стремятся поднять для России экономическую и военную цену конфликта. Несмотря на падение собственных рейтингов и рост популярности партий, выступающих за дипломатическое урегулирование на Украине, они почему-то склонны думать, что удары вглубь РФ вызовут замешательство в Кремле, но не подогреют там готовность начать мировую войну. Приличия ради они рассказывают, что Запад одобряет удары только по военным объектам, а остальное-де — всего лишь «побочный ущерб от работы систем ПВО». Но пусть они о том поведают родным и близким россиян, погибших при налетах БПЛА.
Berliner Zeitung призывает канцлера Мерца разделить ответственность за эскалацию на территории России. На вопрос, может ли федеральное правительство подтвердить заявление Зеленского о том, что страны G7, в том числе и Германия, одобрили массированный удар ВСУ беспилотниками по Москве, пресс-секретарь кабинета Корнелиус ответил уклончиво: дескать, ему неизвестна такая версия. На уточняющий вопрос, поддерживает ли Берлин атаки на жилые дома и энергообъекты РФ, прозвучали лишь общие рассуждения. Что, впрочем, не помешало изданию сделать вывод: Мерц входит в число лидеров ЕС, толкающих Киев к бесконечной войне.
Консервативные аналитические центры, особенно в Германии, выражают серьезные опасения по поводу возможной неконтролируемой эскалации, указывая на изменения в ядерной доктрине России и предупреждения Москвы о том, что удары западным оружием переводят конфликт в плоскость прямого участия стран НАТО. Европейские издания признают, что только риск ответа по странам — спонсорам в ЕС или применения тактического ядерного оружия удерживает от предоставления Киеву полной свободы действий и наиболее разрушительных дальнобойных систем, таких как немецкие ракеты Taurus.
Немецкая Die Welt озабочена тем, что Владимир Путин прямо обвинил НАТО в подготовке к войне против России. До сих пор страны альянса ограничивались поддержкой Украины, заявил президент РФ перед выпускниками военных академий, а теперь открыто говорят о том, что они готовятся к войне, наращивают военные и наступательные бюджеты. На это Die Welt напоминает: 40% расходов российского бюджета сегодня направляется на нужды армии, оборонку и безопасность — мол, что же от бедных европейцев после этого ждать, кроме милитаризации? Но надо понимать: большинство лидеров ЕС стремятся балансировать на грани. С одной стороны, они не могут допустить геополитического поражения Украины и краха собственной стратегии, с другой — панически боятся втягивания своих стран в прямые боевые действия.
Бывший главком силами НАТО в Европе и консультант военных корпораций генерал Каволи сделал важное замечание, отражающее интерес американского ВПК: «Военные средства еще не сыграли всей своей роли в этом конфликте». На страницах Independence Avenue Media Каволи отметил, что Украина продемонстрировала неготовность капитулировать, тогда как Россия не обладает военным потенциалом, чтобы принудить ее к этому. Поэтому война затянется на длительный период, чтобы принести кому-то хорошую прибыль...
Как сообщает CBS News, США в ближайшие месяц-полтора создадут два полигона для воссоздания условий конфликта на Украине, где будут тестировать применение дронов и гиперзвуковых ракет. Как рассказал министр армии США Дэн Дрисколл, рассматривается возможность создания глобального полигона для испытаний и гиперзвукового оружия.
Британский The Economist пришел к неутешительному выводу: российская экономика выстояла, несмотря на четыре года антироссийских санкций, множество проблем и уверения западных аналитиков, что «военная экономика Путина исчерпала себя». Более того, она и теперь не собирается обрушаться из-за новых вызовов. Феноменальной устойчивостью российская экономика обязана масштабным фискальным стимулам государства, которое тратит на ВС 7-8% ВВП. Из-за атак дронов на инфраструктуру России становится все сложнее экспортировать нефть и нефтепродукты, тем не менее экономика выказывает признаки улучшения. Уровень инфляции составляет половину от пика в 10%, а реальная зарплата на 25% превысила допандемийный уровень 2019 года.
Некоторые эксперты предрекают кризис, поскольку трудовые ресурсы при СВО отвлекаются от производительных секторов экономики, а госрезервы истощаются. Трудности присутствуют, но гражданский сектор РФ держится на плаву, а не тонет. Большинство опрошенных The Economist экспертов склоняются к тому, что финансовые проблемы России еще не носят острый характер. Если не хватит резервных фондов на СВО, Москва может повысить налоги, как недавно сделала с НДС. По их прогнозам, в 2026 году Россия может рассчитывать на рост ВВП около 1%, как Франция и Канада. Рост может сократиться при падении мировых цен на нефть и усилении атак со стороны Украины, но остановить «военную экономику» России так просто не получится.
Как ни крути, а мы еще повоюем?
