Труд: Гастарбайтер непобедим

В России необходимо ввести специальный налог для работодателей, принимающих на работу иностранцев, считает мэр Москвы Сергей Собянин.

Смысл предложения понятен – сделать экономически невыгодным привлечение мигрантов туда, где сами москвичи могут работать, зарабатывать и пополнять городскую казну. «Сегодня работодатели не платят ни пенсионных отчислений, ни страховых взносов. Труд такого работника никем не контролируется, и он используется не 8 часов в день, а 12, – справедливо замечает мэр. – И мне кажется, в России должны появиться специальные налоги, которые минимизируют для работодателя разницу в содержании между российскими гражданами и иностранцами».

Напомним, что сейчас для работодателей действует такая экономическая мера, как административный штраф до 1 млн рублей за использование труда нелегальных мигрантов. Тем не менее на Покровской овощной базе в Бирюлево Западное, где только что имели место антимигрантские выступления москвичей, последняя проверка проходила две недели назад. Тогда сотрудниками ФМС было выявлено 22 нелегала, которых выслали из страны, но никаких штрафов за них работодатели не заплатили. А после убийства Егора Щербакова ОМОН задержал там же еще почти 1,5 тысячи незаконных гастарбайтеров. Но их хозяев, то есть работодателей, найти не удалось. В результате штрафы выписали самим нелегалам – за нарушение режима пребывания в России, а истинные виновники остались безнаказанными.

«Эта система создана не нами, – говорят мелкооптовые посредники, имеющие дело с Покровской овощебазой и тоже пользующиеся трудом нелегалов. – От нее кормятся и ФМС, и полиция, и местные власти. Поэтому о предстоящих проверках обычно все бывают предупреждены. Да и может ли быть иначе, если в этой сфере все держится на «откатах»?»

Теперь столичные власти предлагают эти «откаты» обложить налогом. Но почему только их? Учтем, что общегосударственная политика России в отношении трудовой миграции остается прежней. Мигрантов называют то спасением, то проклятием нашей экономики. В прошлом году, по данным ФМС, в Россию въехало почти 16 млн приезжих, а разрешение на работу получили лишь 1,5 млн. Но ведь и все остальные наверняка не остались без дела! На будущий, 2014 год Министерство труда сохранило прежнюю квоту в 1,5 млн трудовых мигрантов. Из них 1,14 млн разрешений на работу раздадут по регионам, 489 тысяч оставят в резерве. А еще около 10 млн где-то уже бродят по стране и постепенно оседают здесь насовсем. То есть «один мигрант» пишем, еще 10 – в уме.

Кстати, по прогнозам демографов, к 2025 году лидировать среди мигрантов, легально приезжающих в Россию, будут выходцы из Узбекистана (37%) и Казахстана (21%).

Мигранты из Украины, Таджикистана и Киргизии составят примерно по 7%, из Азербайджана, Грузии и Туркмении – по 4–5%, Молдавии – 1,5%, Белоруссии – не более 1%. Доля дальнего зарубежья не превысит 0,7%.

Именно мигрантов из Средней Азии предпочитают работодатели. Эти люди очень удобны: работают много, дисциплинированные, в большинстве непьющие. Живут где придется, получают что дают. Больше всего боятся депортации на родину, где нет ни работы, ни зарплаты. Этакое «добровольное рабство».
Но дешевизна трудового раба обманчива: прибыль от его труда получает хозяин, а расходы на его содержание оплачиваем все мы – из наших налогов, госбюджетных денег. Только число брошенных мигрантских детей в роддомах Москвы уже достигает двух сотен в год. А всего среди рожениц и рожденных в столице детей мигранты составляют около трети (от 120–130 тысяч в год). Как правило, оплачивает это столичный бюджет. В целом, по словам главы комитета здравоохранения Москвы Леонида Печатникова, расходы на оказание медицинских услуг мигрантам в год составляют до 1,5 млрд рублей. В школах и детских садах столицы численность детей мигрантов уже превышает 30 тысяч. Из них более половины не владеют русским языком – и школы создают для них дополнительные «классы адаптации».

Есть и другие потери. Например, исследования рекрутингового портала Superjob.ru показали: сегодня каждый пятый житель России вынужден конкурировать за рабочее место с гастарбайтерами. Этот факт опровергает расхожее утверждение, что мигранты занимают лишь низкооплачиваемые места, на которые не претендуют россияне. При репрезентативном опросе в 248 населенных пунктах России почти каждый пятый –18% респондентов – указал, что «лично ему» приходилось конкурировать с приезжими из Средней Азии.

А в условиях нормального рынка труда, не перекошенного обильным притоком «добровольных рабов» из-за рубежа, низкооплачиваемых рабочих мест не может быть в принципе. В Германии, например, дворник зарабатывает от 1500 до 3000 евро в месяц – при обычных немецких зарплатах в 2500–4500 евро в зависимости от сферы деятельности. Правда, тамошний дворник не машет метлой, а управляет уборочными машинами – это высокопроизводительный и достаточно престижный труд.

Кстати, еще один минус миграции – дешевая рабочая сила из ближнего зарубежья не стимулирует работодателей к механизации труда, внедрении новых технологичнеских процессов. О каких же 25 миллионах высокопроизводительных и высокотехнологичных рабочих мест (обещанных Путиным) можно мечтать, если эта задача не станет насущно финансово необходимой не только в целом по стране, но на каждом предприятии, для каждого предпринимателя, включая индивидуальных?

Похоже, бирюлевская встряска открывает глаза на очевидные вещи. «Мы планомерно работаем над тем, чтобы таких овощных баз в Москве было меньше, – говорит мэр Сергей Собянин. – Концентрация мигрантов и как результат обострение криминогенной ситуации происходит там, где нет рабочих мест для москвичей, не согласных на грязную, низкооплачиваемую работу. Для таких случаев главный рецепт – убирать предприятия, которые генерируют такие рабочие места, а также снижать долю неквалифицированного труда…»

Добавим: иного выхода нет – если, конечно, бороться с теневым рынком рабсилы не на словах, а на деле. Сегодня на всю Москву для нелегальных и нарушивших российские законы мигрантов имеется лишь 400 мест в лагере, где эти люди ожидают депортации.

Голоса

Мансур, строительный бригадир из Узбекистана:

– Я с 2001 года приезжаю в Москву и провожу тут 11 месяцев в году. Только раз в год у меня месячный отпуск – еду домой. Я много где работал и хочу сказать, что везде основная рабочая сила – это украинцы, белорусы и Средняя Азия. На разных объектах были бригады из соседних областей – из Тулы, из Иваново, – но от них намного меньше пользы: работают вахтовым методом. Плюс к нам обращаются, потому что мы в 1,5 раза дешевле все делаем, и проблем с нами никаких не возникает: дай нам работу, дай нам материал – и мы все решим. Но вот цены мы поднимать не можем, иначе к нам просто не пойдут. Первые годы были очень трудными: и денег ни копейки по три-четыре месяца, и в условиях ужасных жил. Все из-за посредников-кавказцев. Зато сейчас я могу сам приходить к работодателю и с ним напрямую обсуждать условия. Изменилось ли отношение? Да, изменилось. Люди сами приходят и просят помочь. Иногда это работа на день, а иногда на 1,5 года.

Алексей Сивогривов, независимый HR-эксперт:

– Я убежден, что можно заполнить те места, которые сейчас занимают приезжие работники, российскими кадрами. Но для этого нужно поднять уровень дохода. Для приезжих даже те зарплаты, которые им предлагают здесь, достаточно высокие, поскольку они живут в странах, где цены ниже. Для человека, который живет в России, важно, чтобы доход был высоким. Найти подходящих специалистов можно среди тех, кто сегодня заканчивает вузы. Для этого нужны усилия, чтобы обучить человека, но это приятные усилия. Вначале это может сказаться на бизнесе и на ценах. Но и качество обслуживания, и эффективность работы у таких сотрудников будут значительно выше. Потому что эти люди вкладываются в то, чем занимаются.