Никогда бы не поверил в эту историю, если бы не пришлось самому в ней участвовать. Да и кто бы поверил: ровно 25 лет назад, такой же пасмурной осенью, СССР запустил в сторону США межконтинентальную баллистическую ракету. И ответного удара, заметьте, не последовало!
Ракета наша стартовала с военного космодрома в закрытом пункте Плесецк и попала, как и было задумано, в намеченную точку Тихого океана вблизи города Сиэтла, знаменитого крупными предприятиями военно-промышленного комплекса США. По этому поводу в центре Сиэтла состоялся грандиозный банкет с торжественными речами, вручением подарков, ну и, конечно, распитием коктейлей и других горячительных напитков. Вот именно! Я лично тому свидетель, поскольку стоял в тот удивительный день в очереди к бару за летчиком-космонавтом номер два Германом Степановичем Титовым и другими не менее именитыми россиянами и американцами...
Понимаю, что все вышеизложенное на фоне наших нынешних отношений с Америкой в частности и международной обстановки в целом выглядит полным бредом. Но это не бред. Излагаю все по порядку, начиная с главного. Этому невероятному событию предшествовало немало важных дат, но самой важной, как ни крути, придется признать эту: 15 декабря 1948 года. Именно в тот морозный денек в далеком омском селении с незамысловатым названием Совхоз номер 41 родился Гена Алференко, автор чумовой идеи об обстреле Сиэтла ракетой.
Это сегодня он профессор, лауреат всевозможных премий и носитель весомых наград и званий, а заодно и почетный гражданин шести (!) американских городов. А тогда — всего лишь обычный провинциальный пацан типа раннего Ломоносова. Ему еще предстоит помыкаться в интернате, а потом и детском доме, прежде чем закончить широко известный в узких кругах Новосибирский университет. Именно там, в сибирском Академгородке, ему, если верить официальной биографии, ему пришли в голову «первые инновационные проекты в области науки, культуры, социальной жизни, международных отношений, менеджмента...»
Впрочем, загляните сами в энциклопедии, там славная биография Алференко расписана по-дробным образом. Лично я этому официальному перечню заслуг охотно верю, но... Но Геннадий, которого я знаю, и сегодня совсем не похож на важного профессора — скорее, на веселого, не по годам заводного парня, энергичного настолько, что готов зажечь своей очередной сумасшедшей идеей любого встречного прохожего. А прожекты его, надо сказать, не знают никаких преград, границ и правил. Для примера приведу такой факт: именно Алференко организовал первую, ставшую знаменитой поездку тогда почти опального Бориса Николаевича Ельцина в США, со всеми втекающими и вытекающими последствиями...
Мы с Геннадием уже были знакомы, наверное, поэтому он позвонил мне в редакцию «Труда» и предложил поучаствовать в ракетной эпопее. Чем я мог ему помочь? Мы заложили в спускаемую капсулу, приделанную к межконтинентальной ракете вместо ядерной боеголовки и забитую петициями, сувенирами и вымпелами, а также образцами продукции только что рожденного частного российского бизнеса, очередной номер нашей газеты «Труд» и отправились вместе со всей командой в Сиэтл.
К этому моменту Геннадию со товарищи благодаря невероятной энергии и не менее уникальному красноречию удалось сагитировать командование Военно-космическими силами, главного ракетного конструктора, руководство Министерства обороны, а еще банкира Юрия Львова и предпринимателя Илью Баскина, без согласия и поддержки которых нечего было и думать об этом фантастическом проекте. А идея была — ни больше ни меньше — положить конец холодной войне.
Послушаем очевидца. «И настал тот ноябрьский день 1992 года, когда с космодрома, в присутствии множества официальных лиц, сотни журналистов, представителей дипломатического корпуса, генералов и священнослужителей, ракета со страшным грохотом унеслась в серое зимнее небо. А вся толпа провожающих загрузилась в два самолета и полетела за океан...»
От себя добавлю — в те дни холодная война, увы, не закончилась, но отодвинуть ее Геннадию Алференко и его соратникам все же удалось. И значительно. Еще им удалось, пусть и на время, сократить расстояние между русскими и американцами. А что было потом, вы сами знаете. Потом континенты, лишившись ядерной энергии энтузиастов, стали разъезжаться, словно льдины в холоднющей, продуваемой всеми ветрами воде. И сегодня между ними (точнее, между нами) расстояния длиной в космические парсеки. На этом удалении невозможно различить человеческие лица. А не видя лица, люди не в состоянии знакомиться и заводить друзей...
Ну и какой мир без друзей? Злой, нервный, будто с тяжелого похмелья.
P.S. А тем временем Геннадий Петрович Алференко работает в уважаемой и авторитетной в мире частной фирме. И с прежним, ничуть не усохшим энтузиазмом создает клуб позитивных историй, куда может прийти каждый и рассказать все хорошее, что у него накопилось: мысли, проекты, социальные идеи и инициативы, опыт, наконец. Геннадий вскапывает свою делянку, на которой будет упорно растить для России людей нового типа. Я знаю, что, если ему не мешать, он снова соберет вокруг себя команду, а потом они все вместе начнут сводить расползающиеся вкривь и вкось континенты. Эти — могут!
Подшивка
Листаем «Труд» от 14 ноября 1992 года, четверть века назад улетевший в Америку на баллистической ракете. Номер хоть и субботний, но далеко не праздничный. В нем отголоски тревог, которыми жила страна той осенью. Вот, вслушайтесь.
Ваучер, авучер, вымучер...
— Ты мне скажи, что мне с этим авучером дальше делать, — огорошил меня вопросом сосед по лестничной площадке...
Госимущество дало мудрый совет: не торопиться с продажей, вложить ваучеры в дело, в акции — и получать до конца дней своих дивиденды. Есть только маленькое но: дивиденды эти то ли будут, то ли нет, во всяком случае, они — дело весьма отдаленное. А люди обещаниями светлого будущего давно сыты.
Предпоследний император
С болью смотрю на нашу Мос-кву. Город, некогда чистый и ухоженный, сверкающий словно новая монетка, напоминает ныне грандиозную свалку. Особенно вечерами — пейзаж после битвы...
Порой хочется себя ущипнуть
Если это спектакль, то по жанру из театра ужасов. Сейчас в каждом подземном переходе Москвы кричит о себе нищета. Я сам лицедей по профессии и отлично вижу, когда меня пытаются обмануть, а когда передо мной настоящее горе... И когда меня пытаются убедить, что народ рад нынешнему разврату, — вот этого я не могу понять. Порой хочется себя ущипнуть.
(Из интервью с актером Юрием Соломиным.)
Выдаст ли Чечня мошенников?
С выставки в Краснодаре похитили сразу 10 иномарок: «Мерседесы», «Крайслеры», БМВ. Точнее, их купили, но банковские чеки оказались поддельными. Машины успели уйти в сторону Чечни. Угонщики установлены. Вопрос в том, выдадут ли их.
