Через полгода, 6 февраля 2026-го, в Милане откроются зимние Олимпийские игры. Из наших атлетов к олимпийским стартам пока допущен лишь один — Никита Филиппов. В свои 22 года он является 22-кратным чемпионом России по ски-альпинизму. Его уже записали в число претендентов на медаль с пятью кольцами, хотя не все знатоки представляют, что это за вид спорта.
Трасса состоит из трех отрезков. Сначала длинный подъем, где спортсмен использует камус — подкладку, не дающую лыже проскальзывать назад. Затем спуск, только не по укатанной поверхности, а по рыхлому снегу. А потом еще и лыжная гонка. Этот вид спорта в Милане-2026 дебютирует в олимпийской программе.
— Никита, почему наших ски-альпинистов допустили к олимпийскому отбору год назад, а лыжников — все еще нет?
— Мы другой вид спорта, относимся к альпинистам. Президент международной федерации Регула Мейер — из Швейцарии. Лидеры в нашем виде — представители альпийских стран, где, собственно, ски-альпинизм и зарождался: Италия, Франция, Испания, Швейцария, даже Андорра. В международной федерации более лояльны к россиянам, чем в FIS. Мы обрадовались, когда нам сообщили, что россиян допустили к отбору в нейтральном статусе. При этом каждый должен заплатить 5 тысяч евро за лицензию. Но ради мечты мне ничего не жалко, был готов отдать эти деньги из своего кармана. Кстати, еще шесть россиян заплатили эту сумму, но в Милан-2026 никто, кроме меня, не пробился.
— Как вы пришли в ски-альпинизм?
— Лыжными гонками и биатлоном я занимался с юных лет и до 2017 года регулярно выигрывал первенства Камчатки по биатлону в своих возрастных группах. Но на всероссийские соревнования меня не отправляли. А тут тренер Лариса Соболева предложила мне съездить на международные соревнования по ски-альпинизму, которым я на тот момент уже занимался три года параллельно с биатлоном. Но больше меня подтолкнула сама философия вида спорта, где ты и забегаешь на вершины, и съезжаешь с них, и бежишь со всех ног к финишу. А еще покоряет красота гор — пожалуй, в других олимпийских видах так остро ее не чувствуешь, как у нас.
— Вы единственный камчадал в сборной России?
— Сейчас в сборной представлены Москва, Санкт-Петербург, Красноярский край, Свердловская область. А на Камчатке, увы, сейчас меньше спортсменов, способных составить конкуренцию лидерам. Но хорошая молодежь у нас уже подрастает.
— Как сильнейшие ски-альпинисты мира воспринимают россиян?
— Никакого негатива! Английский я знаю неплохо. До 2022 года выступал в юниорских международных соревнованиях, сдружился со сверстниками из Андорры, Испании, Франции, Италии. Мне даже предлагали вместе в Европе потренироваться. Пока я обдумываю предложение. Тем более у нас в России тоже неплохие условия для тренировок. В нашем виде, как и в стайерском беге, нужна выносливость, адаптация к нагрузкам на большой высоте. И преимущество имеют уроженцы высокогорных регионов Альп и Пиренеев с их врожденной адаптацией к недостатку кислорода. В мировой элите почти нет выходцев из городов и вообще с равнин.
— Насколько коммерциализирован ски-альпинизм?
— У нас платят 1500 евро за победу на этапах от международной федерации на Кубке мира. Но в Европе много коммерческих стартов, где призовые выше. Кроме того, крупные фирмы спонсируют отдельных спортсменов, выдают премии за призовые места.
— Я читал про ваше с отцом восхождение на Эльбрус и спуск с него на лыжах. Это такой экстремальный отдых?
— Просто тренировка и поиск новых впечатлений. А вообще-то моя главная цель сейчас — Милан-2026, и все время и силы посвящаю только этому.
