Как в нашей жизни все зарифмовано, как много в ней символичного! Думаю об этом на площади, в центре которой возвышался памятник Маяковскому, а ныне тут затеяли реконструкцию.
В оттепельные 1960-е, да и позже у памятника Владимиру Владимировичу собирались толпы молодых, читали и слушали стихи, и в рифмованных строчках эхом отражались их тревоги и надежды. Сегодня здесь стихи не звучат и вольнодумством не пахнет, зато поставили капитальные качели, и день и ночь молодые люди качаются на них: туда-сюда, туда-сюда..... Легко, бездумно — имитация полета. Кстати, а что стало со стихами?
Откроем томик Андрея Вознесенского, одного из культовых поэтов, чьими стихами народ зачитывался в те времена. И вот он, «Пожар в Архитектурном институте»! Это стихотворение прозвучало на знаменитых поэтических вечерах в Политехническом музее в августе 1962-го, когда Марлен Хуциев проводил здесь съемки фильма «Застава Ильича». В тех вечерах участвовали Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, Римма Казакова, Булат Окуджава, Роберт Рождественский — и каждому было что сказать в переполненный молодежью зал.
До сих пор поражают запечатленные на кинопленке эти горящие глаза, эта огромная аудитория, жадно ловящая, впитывающая каждое поэтическое слово. Уверенная в необратимости перемен, наступивших с оттепелью. То стихотворение Вознесенского про пожар тоже заканчивалось на вполне оптимистической ноте: «Все выгорело начисто. Милиции полно. Все — кончено! Все — начато! Айда в кино!».
Впрочем, жизнь пошла по другой колее. На «Заставу Ильича» обрушилась официальная критика, фильм покромсали, его авторская версия дошла до зрителя только через 23 года. А 7 марта 1963 года на встрече с интеллигенцией в Кремле разъяренный Никита Хрущев орал на молодого поэта, имевшего неосторожность уточнить, что он беспартийный: «Вон, господин Вознесенский, из Советского Союза! Вон! Вам сейчас же паспорт выпишут!»
Именно этот фрагмент из истории взаимоотношений царей и поэтов в России был включен в музыкально-драматическую композицию Театра Наций «Вознесенский. Цветет миндаль», премьера которой состоялась под занавес 2025 года. Спектакль посвящен жизни и творчеству поэта. В основу его легли биография и творчество Вознесенского, включая его прозу и стихи, его размышления о времени и об искусстве.
Молодой режиссер Роман Шаляпин, доверив роль поэта Павлу Артемьеву, не настаивал на портретном сходстве. Его больше интересовали кадры хроники, где история любви Андрея и Зои Богуславской проходит на фоне необузданного таланта, этих танцев на минном поле. Хотя назвать Вознесенского гонимым язык не повернется — в его судьбе хватало и официальной хулы, и признания публики, причем последнего было куда больше. И не только на родных просторах (тут некоторые «доброжелатели» сразу припоминали ему загранпоездки, дружбу с Робертом Кеннеди и привезенные из-за рубежей клетчатые пиджаки и разноцветные шарфы, что особенно сильно раздражало отдельных членов Союза писателей СССР)...
Но вернемся к главному — к поэзии. Она всегда оставалась с ним. Тема расставаний и прощаний, любви и верности и поныне продолжает тревожить сердца зрителей в спектакле «Юнона» и «Авось» на музыку Алексея Рыбникова, идущем в «Ленкоме» с 1981 года. Теперь главных героев, Резанова и Кончиту, играют другие актеры, но когда на последнем творческом вечере поэта в 2010 году прозвучала музыка из легендарного спектакля на слова Вознесенского в исполнении композитора, спрятавшийся за спины Андрей Андреевич плакал. Он уже не мог говорить, голосовые связки отказали поэту, тонкому лирику и, как оказалось, настоящему патриоту своего Отечества...
Это не столько ностальгия, сколько удивление: неужели это все было с нами, и проза жизни уступала под натиском поэзии, и не оказалось тогда у нее, собирающей стадионы, соперников. Спектакль Театра Наций нам об этом напомнил.
