25 марта министры финансов еврозоны все-таки договорились спасти Кипр от дефолта – уже в мае остров получит финансовую помощь в размере 10 млрд евро. Тем не менее как крупнейшему офшору Европы острову пеннорожденной Афродиты пришел конец.
Киприоты точно не станут облагать конфискационным налогом депозиты до 100 тысяч евро. Зато с богатыми решили не церемониться. Скажем, в крупнейшем финансовом учреждении страны – Bank of Cyprus – с каждого вклада размером свыше 100 тысяч евро обещают изъять 20% или даже больше. Возможные российские потери на Кипре оцениваются в 2–2,5 млрд евро. Считается, что будут обложены налогом в основном частные вклады, которые многие россияне – местные жители и не только они – держат именно в Bank of Cyprus (один из владельцев – уехавший шесть лет назад за рубеж экс-хозяин «Уралкалия» Дмитрий Рыболовлев). Но расхожее представление о том, что на Кипре хранят свои миллиарды российские толстосумы из списка Forbes, ошибочны. В том числе потому, что бизнес предпочитает не держать деньги на банковских счетах, а вкладывать в перспективные проекты подальше от острова Афродиты. Делать деньги...
Правда, именно на Кипре, в городе Лимасоле зарегистрирована компания Montebella Holdings, через которую «Интеррос» миллиардера Владимира Потанина владеет акциями «Норильского никеля». По-соседству – офис компании Globaltrans Investment PLC – владельца крупнейшей в России транспортной компании Globaltrans. Неподалеку зарегистрированы компании, через которые российский олигарх Виктор Рашников владеет Магнитогорским металлургическим комбинатом. В Никосии на улице Василиса Фредерикиса находится компания Fletcher Group Holdings, через которую другому олигарху Владимиру Лисину принадлежит 85% акций Новолипецкого металлургического комбината. И так далее.
Однако все эти активы ни под какую «конфискацию» не подпадают, ибо их деньги крутятся по всему миру. В кипрских банках эти компании держат сравнительно скромные суммы, необходимые для оперативных расходов. Хотя при необходимости все эти «номинальные владельцы» могут аккумулировать здесь огромные капиталы, с серьезной экономией на налогах. Да и ежегодные дивиденды бенефициариев – конечных хозяев всех этих заводов, газет, пароходов – тоже распределяются на кипрском офшоре практически беспошлинно.
Пока этот бизнес нынешний кризис Кипра не затрагивает. Зато под удар попадет финансовый офшор – деньги, выводимые не только из России, но также из Европы, Америки и Африки.
Эти деньги делали новые деньги, которые вкладывались в финансовые проекты, опять же сулящие дополнительные деньги. Фактически деньги делались из воздуха, и эти пузыри создавали иллюзию бесконечного благоденствия за счет простого перекачивания к себе эквивалента чужого труда.
Но пузырям свойственно иногда лопаться. Кипрские банки, например, скупили огромное количество греческих облигаций, а Греция объявила по ним дефолт – и банки потеряли около 4–5 млрд евро. Неожиданный взрыв в 2011 году склада боеприпасов на кипрской военно-морской базе имени Евангелоса Флоракиса, разрушивший электростанцию Василикос (снабжавшую энергией половину греческой части острова), добавил убытков еще на 2 млрд евро, или около 12% ВВП страны. После чего вдруг выяснилось, что остров живет не по средствам.
В Европе таких преддефолтных стран уже немало. Только в июле прошлого года еврозона выделила Испании 100 млрд евро для поддержки местных сберегательных касс, пострадавших от безудержного кредитования недвижимости. Годом раньше началась реализация программы помощи Греции общим объемом до 240 млрд евро. В результате в Евросоюзе начались внутренние волнения, ибо население благополучных стран, прежде всего Германии, отказывается впредь содержать народы, свято соблюдающие сиесту – послеобеденный отдых.
В этих условиях очень кстати оказались обвинения в отмывании грязных русских денег, которые уже давно сыпались на Кипр. Недовольство вызывало и то обстоятельство, что кипрские банки держали для привлечения вкладов самые высокие в еврозоне процентные ставки – но не могли найти этим деньгам высокодоходное применение.
И вот теперь остров подвергается прилюдной показательной порке – с конфискацией части доверенных ему вкладов. Цель – не только наказать, но и сократить сам банковский сектор Кипра, который уводит немалые денежные суммы из других стран Европы. То есть вкладчиков намеренно ставят в такие условия, чтобы они добровольно ушли из страны с перегретой банковской системой.
Это относительно новое явление для мировой практики. Нечто подобное было в Италии в 1992 году, когда правительство социалиста Джулиано Амато для пополнения казны неожиданно ввело новый разовый налог, конфисковав в течение суток 0,6% со всех банковских депозитов и почтовых переводов в стране. Но суммы изъятий были невелики, и население не возроптало. В Аргентине в 2002‑м после дефолта правительство резко девальвировало национальную валюту – песо – и принудительно перевело в песо все долларовые вклады в банках. Их держатели потеряли тогда почти две трети своих накоплений. После чего богатые граждане в массовом порядке стали обзаводиться зарубежными банковскими счетами.
Теперь настала очередь Кипра, который взялся за конфискацию преимущественно иностранных вложений. Последствия очевидны: зарубежные вкладчики побегут с острова, когда кипрские власти разморозят свою финансовую систему. Но вот вопрос: куда теперь бежать?
Всю прошлую неделю «Труд» спрашивал об этом авторитетных россиян и следил за аналогичными опросами, которые проводили другие СМИ. И получил два ответа. Первый: деньги нужно возвращать в Россию. Ибо «лучше вкладывать деньги в свою экономику, а не за границу», к тому же «в российских банках доходность и надежность выше». Но так говорили в основном политики. Второй: за границей еще есть немало надежных офшоров с нормальным банковским сервисом. Конкретно предлагались Швейцария и Люксембург, Сингапур, Гонконг, Дубай, Андорра, Латвия, Эстония, Лихтенштейн. Так советуют в основном экономисты. Но предупреждают: после кипрской истории такой грабеж может случиться в любой стране – и, скорее всего, случится. Поэтому придется либо жить в офшоре с риском в любой момент попасть под экспроприацию, либо смириться с тем, что делать деньги из воздуха уже не получится и надо спускаться на грешную землю: возвращаться из налогового рая в нормальную экономику.
Голос
Игорь Николаев, директор департамента стратегического анализа компании «ФБК»:
– Деньги с Кипра обязательно побегут, но совсем не факт, что мы их увидим в России. Иллюзий на этот счет питать не стоит. Предложение главы кабинета Дмитрия Медведева организовать для толстосумов офшор где-нибудь на Дальнем Востоке я воспринимаю как шутку. Не думаю, что кто-то всерьез намерен что-то мутить с офшорами внутри страны, тем более что такой опыт уже был, и этот опыт негативный.
А за пределами России офшорных зон остается достаточно. Минфин регулярно обновляет такой список, и сейчас там более 40 территорий. Кстати, Кипр из этого списка был исключен, потому что взял на себя обязательства раскрывать сведения о бенефициарах по требованию европейцев. Но в любом случае очевидно, что после истории с Кипром уже не все эти экзотические острова будут широко использоваться любителями оптимизировать налоги. Скорее всего, станут более привлекательными для вывоза капитала Люксембург и Швейцария. А еще Тайвань, Гонконг, Сингапур или нечто подобное в тех краях.
