Сегодня, за день до своего 74-го дня рождения, умер народный артист России Николай Караченцов, вся жизнь которого была связна с театром Ленком. Он пришел в этот прославленный коллектив еще в 1967 году. И здесь же, в театре, в котором на протяжении десятилетий Караченцов был любимцем труппы и зрителей, 29 октября состоится прощание с актером. Все эти годы, несмотря на тяжелую болезнь, которая сразила его после автомобильной аварии 13 лет назад, Николай Петрович оставался в труппе театра.
Он был феноменальным, редкостно одаренным артистом. Умел все или почти все, что требуется хорошему актеру: ездить на лошади, фехтовать, петь, танцевать, играть на гитаре, лазить по канатам, бить чечетку, прыгать со скал в море, делать кульбиты. Все трюки в фильмах он исполнял сам, не доверял это ответственное дело каскадерам.
Его физической форме завидовали – он мог не спать несколько ночей и выглядеть на съемочной площадке свежим, отдохнувшим, бодрым. С другой стороны, он так натренировал свое тело, свою подвижную актерскую психику, что мог на 10 минут отключиться в перерыве между двумя дублями – и этого ему хватало для «подзарядки аккумуляторов».
Такой же подвижной, пластичной была и его актерская техника. Казалось, для него не было неисполнимых творческих задач. Он играл в трагедиях и комедиях, музыкальных спектаклях и пантомимах, исторических драмах и рок-операх. Все эти многочисленные дарования он явил уже в первой своей крупной роли, сыгранной у Марка Захарова.
Никогда не забуду его Тиля Уленшпигеля – шута, охальника, благородного человека, яростного бунтаря, которого молодой Николай Караченцов сыграл в спектакле «Тиль», что называется, на разрыв аорты. Его соленые шутки, его восхитительные то сатирические, то лирические зонги, его раскованная пластика – все это стоит у меня перед глазами, хотя было сыграно Караченцовым и увидено мною в Минске, куда приезжал на гастроли театр, более 40 лет назад.
С тех пор актер сыграл десятки ролей на сцене родного Ленкома. Благодаря его вокальному дару в театре появились революционные для своего времени рок-оперы: «Звезда и смерть Хоакина Мурьетты», в которой он сыграл сразу две роли – главаря рейнджеров и Смерть, и «Юнонна и Авось», где он предстал в образе графа Резанова. Второй спектакль стал поистине визитной карточкой театра, с ним коллектив Ленкома объехал весь мир. А Николай Караченцов по праву вошел в созвездие ведущих актеров театра, богатого на таланты.
Кино рано разглядело уникальный талант актера, которому оказались подвластны разные краски. Уже в начале своей кинокарьеры он сыграл психологически емкую роль Бусыгина в фильме «Старший сын» по одноименной пьесе Александра Вампилова. Потом фильмы пошли косяком: «Собака на сене», «Благочестивая Марта», «Трест, который лопнул», «Человек с бульвара Капуцинов», «Чокнутые», «Королева Марго», «Приключения электроника», «Тайны дворцовых переворотов», «Белые росы», «Цирк сгорел, и клоуны разбежались» - всего более 100 картин…
Казалось, что Николай Караченцов во всеоружии зрелого мастерства, заслуженной славы так и будет делить жизнь между театром и кино, между телевидением и радио, между съемками и дублированием зарубежных фильмов (он, в частности, озвучивал роли Жана-Поля Бельмондо), между Москвой и Питером, засыпая на пару часов в поезде «Красная стрела». А в свободное время будет с удовольствием играть в теннис – это занятие Николай Петрович любил больше всего на свете.
Беда пришла неожиданно и оттуда, откуда не ждали: в ночь на 28 февраля 2005 года на обледенелой трассе Мичуринского проспекта актер попал в аварию, получил серьезную черепно-мозговую травму. Ему была проведена операция, после которой Караченцов 26 дней пролежал в коме. Организм спортсмена, стоика, жизнелюба вынес все эти передряги, и Николай Петрович прожил еще 13 лет. Он даже снялся в практически бессловесной эпизодической роли в фильме «Белые росы. Возвращение», но на большой экран и на сцену любимого театра уже так и не вернулся.
В последние годы мы часто видели Караченцова - постаревшего, неузнаваемого, изнуренного болезнью – в различных телевизионных шоу, куда его приводила жена Николая Петровича Людмила Поргина. Оставим на ее совести это решение. Делала ли она это ради собственного пиара, ради щедрых телевизионных гонораров или все же ради самого актера, которому было важно находиться среди людей – этого мы уже не узнаем. Но будем благодарны Людмиле за ее неустанную заботу о любимом мужчине, за то, что она таскала его не только по ТВ-шоу, но и по врачам, больницам, клиникам, курортам, и в итоге продлила его жизнь.
А, кроме того, издала диски с его песнями, на которых мы слышим его неподражаемый, с характерной хрипотцой голос, провела на разных сценах его творческие вечера, где в отрывках из фильмов мы видели молодого, красивого, брызжущего талантом и энергией актера. Запомним же его таким.
