Смотрю на «Культуре» фильм о Кондратии Рылееве, одном из организаторов восстания декабристов. Помните, наверное, со школы про оборвавшуюся веревку и повторное повешение? В камере Рылеев выцарапал на оловянной тарелке последние стихи: «Тюрьма мне в честь, не в укоризну, / За дело правое я в ней, / И мне ль стыдиться сих цепей, / Когда ношу их за Отчизну!»
А это запись в дневнике председателя Императорского русского исторического общества князя Петра Вяземского: «По совести, нахожу, что казни и наказания несоразмерны преступлениям, из коих большая часть состояла только в одном умысле». Но ведь вышли же они на Сенатскую площадь с оружием, возражу князю Вяземскому.
А из телевизора доносится речь историка Сергея Владимировича Мироненко, члена-корреспондента РАН и научного руководителя Госархива. За что, мол, Рылеева-то казнили? За слова? Да слова, я вам скажу, способны напугать хуже пожара или землетрясения. Помните, что сказала Екатерина II о Радищеве? «Бунтовщик хуже Пугачева!» И приговор за его «Путешествие из Петербурга в Москву», за слова — смертная казнь, замененная позже на 10 лет ссылки.
Почему слова опасны? Да потому что с их помощью люди думают и заставляют думать других. И сомневаться в том, в чем сомнения не позволены. Вот сказал молодой дворянин Федор Ушаков своему другу дворянину Александру Радищеву: «Помни, нужно иметь правила, дабы быть блаженным». И тот их запомнил навсегда. Хотя, казалось бы, что ему эти правила, дослужился до начальника петербуржской таможни — живи и радуйся! Так нет же, ему надо устроить все по справедливости... Так и появляются декабристы.
В наши времена безответственных обещаний и слов к некоторым из них цепляются. И даже привлекают экспертов-лингвистов. Сказал на народном сходе в деревне Ишмурзино Баймакского района Фаиль Алсынов (внесен в России в список экстремистов. — «Труд») на башкирском языке фразу: «Это наша земля, мы никуда не можем переехать». Которую привлеченные сверху лингвисты перевели как «посторонние приходят и забирают нашу землю». И суд усмотрел в ней «разжигание межнациональной розни и открытый призыв к экстремизму».
«Труд» писал о Баймакском феномене еще в феврале 2020-го, а потом в январе 2024-го, когда начались суды над задержанными участниками несанкционированных выступлений. Напомню суть. Раньше Тубинский рудник Баймакского района — это 11% золотодобычи СССР. К концу 1980-х месторождение перестало разрабатываться: прибыль не покрывала затрат. Зато деревья в той местности вновь принялись расти, леса потихоньку начали покрывать уральские залысины, птицы повадились прилетать. И гром средь ясного неба: местная администрация пускает сюда две кипрские компании для возобновления золотодобычи. Тому, кто стоит за «кипрскими компаниями», наплевать, что после него тут вновь наступит разруха. Метод выщелачивания — как раз для руд с низким содержанием золота. Сопряжен он с риском проникновения химически опасных реагентов в грунтовые воды окрестностей, а затем в ручьи и реки, в бассейны рек Сакмара и Урал. То есть добыча золота на Тубинском месторождении опасна для природы и людей в Баймакском районе.
И здешний народ собрался защищать родную природу. Имею в виду не только Тубинский, но и тот же Сибай, где по-прежнему тлеет руда в 400-метровом карьере и где люди вынуждены вдыхать вредные испарения. Или тот же шихан Куштау, уникальную гору, которая чуть было не пошла под ковши экскаваторов на банальную соду. А кто отвечает за погубленные леса и горы, отравленные реки, за украденное здоровье людей? Да никто!
Весной 2023-го люди вышли на сход в селе Ишмурзино Баймакского района, чтобы защитить свою малую родину. Но разве не об этом чуть позже на форуме в Уфе говорил Владимир Путин? «Преображение и укрепление всей страны начинаются с искреннего стремления сделать как можно больше для родных мест. Где родился, прошло детство, где сейчас живут твои близкие». Или вот еще: «Властям нужно быть благодарным людям за критику и указания на еще не решенные вопросы... Это должен быть посыл к действию». Слова, на мой взгляд, вполне созвучны тому, что сказал на народном сходе в деревне Ишмурзино Баймакского района Фаиль Алсынов (внесен в список экстремистов. — «Труд»).
Отцу четверых детей Алсынову дали четыре года. В благодарность за критику, не иначе.
