4 июня 1919 года в Копорском заливе английская подводная лодка "L-55" безуспешно атаковала наши эсминцы "Азард" и "Гавриил" тремя торпедами. Из-за малых глубин (после залпа субмарины как бы подскакивают) над водой показались рубка и часть корпуса лодки. Эсминцы, открыв огонь из орудий, пошли на таран. Первый же залп "Азарда" накрыл рубку "L-55". Лодка потеряла управление, попала на минное поле, подорвалась и затонула.
Прошло почти десять лет. К этому времени в стране появилась принципиально новая судоподъемная организация - Экспедиция подводных работ особого назначения (ЭПРОН), созданная по указанию Ф. Дзержинского при особом отделе ОГПУ СССР и руководимая профессиональным чекистом Л. Мейером.
В 1928 году специалисты ЭПРОНа заинтересовались затонувшей "L-55". Из рапорта руководителя ЭПРОНа председателю ОГПУ: "Получив в сентябре месяце прошлого (1927. - Авт.) года сведения о возможном обнаружении погибшей английской лодки "L-55" (название установлено по официальным сообщениям Английского адмиралтейства о гибели в 1919 г. этой лодки в Финском заливе), я просил наркома РККА тов. Муклевича дать распоряжение о повторном тралении этого района (в 1926 году поиски водолазов были безрезультатны. - Авт.). Командированным из Севастополя водолазам удалось 20-го октября обнаружить и обследовать погибшее судно, оказавшееся действительно подводной лодкой. Пройдя от носа до рубки и спустившись снова на корму, водолазы не выявили никаких повреждений корпуса лодки".
Специалисты ЭПРОНа разработали детальный план подъема. Он учитывал все, даже подсчитали, сколько трупов может оказаться в лодке. Из отчета руководителя экспедиции: "По морским справочникам штат лодок типа "L" 45 чел. Предполагается некоторый расход людей на отпуска, болезни и проч., мы должны обнаружить не менее 40 трупов". Именно такое количество гробов было предварительно заготовлено на берегу. Подъем производило специализированное спасательное судно "Коммуна" (бывшее "Волхов"), построенное в 1915 году специально для буксировки и докования подводных лодок.
И вот 11 августа 1928 года в 9 часов 15 минут над водой показалось носовое орудие лодки, а в 10 часов утра подъем был закончен. Над орудием "L-55" немедленно закрепили флагшток с красным флагом. В тот же день лодку отбуксировали в Кронштадт. 12 августа в 10 часов утра туда прибыл К.Ворошилов, который после осмотра лодки поздравил всех с успехом.
Только 14 августа утром удалось проникнуть внутрь субмарины. Из телефонограммы Мейера в ОГПУ СССР: "В 6 часов все люки были вскрыты. В средней части в районе повреждения жесткого корпуса найдены костяки с остатками сухожилий. В носовой части трупы сохранили форму... Найдены и приводятся в порядок секретные документы. Сохранность и новая конструкция лодки дают готовое решение ряда задач, нами разработанных... На лодке сохранилась надпись "L-55". Мейер." На тексте телефонограммы имеется резолюция: "Директива т. Менжинского. Сообщить Мейеру, чтобы он оставался до окончания работ по изыманию трупов и оформлению церемонии".
Когда наши моряки попали внутрь лодки, им открылась тяжелая картина. Из отчета экспедиции: "Внутренние помещения лодки были сплошь залиты водой. В отсеках после откачки и спуска воды остается много жидкой и плотной черной грязи, которая до настоящего времени еще не выбрана. Везде сильный трупный запах, трудно переносимый людьми"...
Сохранность корпуса, механизмов и оборудования самая хорошая, все, что не повреждено взрывом, может быть отремонтировано или даже только перебрано". И далее: "Эта океанская лодка много лучше и много могущественнее тех, которые нами сейчас строятся. Подлодки этого типа составляют основные группы подводного флота Великобритании и по сие время. Остехбюро, например, конструирует увеличенные торпеды. На эту работу тратятся сотни тысяч, а теперь у нас есть 9 современных торпед, которые после переработки на испытании, наверное, окажутся лучше тех, которые строит В.И. Бекаури. И так, вероятно, со всеми другими механизмами и деталями. Мы нашли целый склад секретных документов в виде разных инструкций по артиллерии и другим областям военно-морского дела, своды секретных сигналов и, главное, целое шифровальное производство с общими правилами, наставлениями и набором кодов".
Многих участников экспедиции приказами по ЭПРОНу наградили "по-царски": моряки получили премии от 5 до 200 рублей, в зависимости от должности. Но наряду с пряниками не обошлось и без кнута. В этой связи характерен приказ N 58 от 10 октября 1928 года по экспедиции подводных работ на Черном и Азовском морях. Им объявлялся приговор Военного трибунала Морских Сил Балтийского моря по делу водолазного инструктора Хроленко Н.С. Судебное заседание установило, что "14 ноября 1927 года Хроленко, получив задание обследовать затопленную в Финском заливе... английскую подводную лодку, халатно отнесся к выполнению этого задания, и представил руководству ЭПРОНа доклад с вымышленными сведениями по вопросу о разрушениях на лодке, указав, что она находится в самом хорошем состоянии... Вследствие этого госпартией ЭПРОНа, высланной весной 1928 года для дополнительного обследования лодки, пришлось вместо предполагаемых 3 - 4 дней производить более тщательное обследование в течение двух недель, что не могло не повлечь к удорожанию работ. Кроме того, сама командировка Хроленко и произведенные им работы осенью 1927 года таким образом оказались безрезультатными, что также не могло не произвести ущерба государству". Далее "Хроленко лишить свободы сроком на шесть месяцев без строгой изоляции".
Поднятая со дна Балтики английская подводная лодка была отремонтирована и в августе 1931 года вступила в боевой строй подводных сил Балтийского флота под тем же номером "L-55". В 1941-1945 годах использовалась как зарядная станция, а затем была отправлена на переплавку.
15:55
Как сберечь полмиллиарда
