Передо мной стояла толпа людей. «Что за очередь?» Девушка пожала плечами: «Автограф-сессия какого-то индийского актера, фамилию не выговорю». Имя только одной звезды Болливуда я знаю с детства. «Митхун Чакраборти?» -на автомате выпалила я. «Точно!» — обрадовалась девушка. Тут толпа расступилась, и в сопровождении индуса в яркой чалме передо мной предстал Джимми из фильма «Танцор диско». Да, тот самый, только уже не парень, а седовласый господин.
Фильм о Джимми, который на глазах изумленных зрителей выбрался из нищеты благодаря своему таланту, вышел в прокат в 1982 году. В те времена (как и сейчас, что отрадно) мы дружили с Индией. Сметали с прилавков ее растворимый кофе в круглых жестяных банках, лечились ее лекарствами и во все глаза смотрели индийское кино. На экране в ярких сари с браслетами на руках танцевали и пели волоокие девушки с цветными точками на лбу — бинди. Я рисовала себе бинди фломастером...
Написала это, и в голове моей сразу зазвучала мелодия, которую до сих пор помнят миллионы россиян: «Джимми, Джимми, ача, ача». Признайтесь, вы же тоже танцевали под эту песню?
Индия была такой далекой, но парень Джимми казался родным. Болливуд создавал сказку, а мы были чистыми советскими людьми и охотно принимали вымысел за правду. Наше кино было психологичным и реалистичным, если не считать сказок Александра Роу. В советских фильмах обязательно поднимались вопросы патриотизма, трудового подвига и верности долгу и лишь краем — любви и дружбы. Герои работали, преодолевали или просто разговаривали. В индийском кино все только и делали, что пели да танцевали!
«Есть же где-то такая жизнь с вечным весельем!» — охотно верили мы. Эх, как мы не ценили то, что имели!
В начале 80-х и сами жили настолько неплохо, что от души сочувствовали парнишке из трущоб. Могли себе позволить быть сострадательными. Это потом мы ожесточились, усвоили одну мудрость: каждый сам за себя. Тогда не хватало свободы слова — сейчас слов не хватает, чтобы описать все происходящее. Да и кто сейчас слушает чужое нытье? Обзовут токсичным и отойдут в сторону. А хочется изливать душу другу, а не психологу. И мира во всем мире хочется, и торта «Ежик» к чаю, и пойти в кинотеатр на индийское кино. И снова увидеть их — искренних, неподкупных и веселых людей. Тех, кем мы так восхищались, но почему-то ими не стали. Не захотели или не смогли?
А Митхун Чакраборти смог. Нашел на помойке новорожденную девочку и удочерил ее. Выходит, он не столько играл того парня с чистым сердцем, а просто им был. Я сняла Танцора диско на телефон и разослала видео друзьям и знакомым. Все искренне радовались, вспоминали детство, юность, молодость. Очарование индийским кино объединяет всех, кто родился в Советском Союзе. Политические взгляды и экономическая ситуация разъединяют, телевизор ожесточает, а пережитое когда-то у экрана под припев «ача, ача» и точка бинди делают нас ближе.
А что сейчас? Только сойдешься с человеком в понимании жизненных ценностей, как вдруг оказывается, что он — веган. Или читает знаки Вселенной, к астрологу ходит, подумывает об эмиграции, не одобряет обучение детей чтению с пяти лет. А то и вовсе банкрот.
Раньше нас причесывали под одну гребенку. Личность стирали. Коллектив был важнее человека, большинство априори право. Сейчас самовыражайся как хочешь. И что? Все гениями оказались? Вовсе нет! Я иногда слушаю человека и думаю: лучше бы этот оратор, как все, думал, может, тогда не нес бы такую откровенную пургу. Ну да, не всем в тиши и уединении являются умные мысли, как Шопенгауэру.
... Пробиться к Танцору диско и взять у него автограф мне так и не удалось — слишком много желающих собралось. Произошла наша с ним эпохальная встреча... во дворе моего дома, где построили новый кинокластер со съемочными павильонами на месте Московского механического завода. Раньше здесь производили машиностроительную продукцию, а сейчас — кино. Не исключено, что скоро индийские дети будут смотреть русские сказки. Как мы когда-то. Сказок-то у нас сейчас немерено...
