Труд: Константин Сонин: «Без иностранцев приватизация не сможет спасти бюджет»

Главная Политика 04:23 28 Июля 2010 4494

Константин Сонин: «Без иностранцев приватизация не сможет спасти бюджет»

Экономист Константин Сонин предлагает латать дыры в казне, экономя на пенсионерах и занимая деньги за рубежом

Напечатать

— Дмитрий Медведев задумал приватизацию как одну из мер для сокращения вдвое к 2013 году бюджетного дефицита. Реально ли это и каким образом это можно сделать?

— Сократить бюджетный дефицит можно двумя методами — понизить расходы и повысить доходы. Второе очень сложно, так как экономика должна расти быстрыми темпами. А сократить расходы политически трудно. Есть третий способ — брать в долг за рубежом. Ведь у нашей страны один из самых маленьких долгов в мире. Но рост заимствований тоже не очень хорошо: любой долг приходится когда-то возвращать. При нынешнем образе действия российского правительства трудно себе представить, что бюджетный дефицит действительно удастся сократить.

Вспомним хотя бы события даже не 10-летней, а 15-летней давности, когда были разные министры финансов, которые боролись с бюджетным дефицитом. Тогда была ситуация, похожая на нынешнюю в Греции, и тогда правительство предпринимало экстраординарные попытки сократить бюджетный дефицит. Пока не похоже, что правительство способно, как тогда, прекращать финансировать статьи бюджета.

— А какой сейчас наименее болезненный способ сократить бюджетный дефицит для России?

— Если правительство сократит расходы на госкорпорации, если оно заставит банки получать деньги по кредитам (а если они не получат деньги по кредитам, то получить собственность предприятий, которые не смогли расплатиться, и эти предприятия продать).

Это звучит очень просто, а на самом деле — очень трудно. Отнять у собственника огромное, хоть и неплатежеспособное предприятие — страшно тяжелый процесс. Отнять — имеется в виду, что это все должно быть сделано по закону. А против правительства будут миллиарды денег тратиться на юристов, при этом будут выводиться активы из этого предприятия. Это сложная политическая задача. Но это можно сделать.

— А снижение финансирования госкорпораций не ухудшит показатели их деятельности?

— Понимаете, если у человека слишком большой вес, ему можно посоветовать бегать или ходить в зал и поменьше есть. Расходы можно сократить без снижения объемов выполняемых работ, в том же «Олимпстрое», чтобы люди работали так же, а платили им меньше. Это трудно. Но в то же время, я бы сказал, у российского правительства есть некий ресурс по повышению эффективности. Все слишком расслабились в последнее время: невообразимо высокие зарплаты платят, невозможно высокие цены на товары устанавливают. Все стоит слишком дорого. Нужно строить дороги дешевле, например.

Можно сэкономить на пенсионерах

— Понятно, что все, о чем вы сейчас сказали, ведет к росту цен. А стоит ли бороться с инфляцией?

— Инфляцию в нашей стране очень легко усилить: напечатать деньги, или пообещать напечатать, деньги, или вести себя так, что ты собираешься напечатать деньги, как наше правительство в 1998 году. Ведь тогда никто не верил, что оно остановит печатный станок. Остановить инфляцию трудно, но все путинские годы наша денежная политика была очень консервативной. Поэтому население у нас не ждет инфляцию. Но нынешнее замедление инфляции — это все последствия сильного спада промышленности и производства, деловой активности.

В следующем году я бы ожидал инфляцию в 10%, а то и выше. И это при условии, что не будут повышать пенсии. А если увеличить пенсионный возраст — это, конечно, приведет к снижению бюджетного дефицита. Но это одноразовая мера, в сущности, в отличие от бюджетного дефицита, который вещь отнюдь не одноразовая. Если что-то есть в расходах бюджета этого года, это останется и в будущем году. И если сократить расходы в этом году, в следующем они никуда не денутся.

— Это же пытаются сделать, открыв информацию о госзакупках.

— Недостаточно просто открыть. От политика требуется, может, и дать согласие на возбуждение уголовного дела против друга детства. Госуправление — это непростая вещь. У нас за последние 10 лет сформировался такой способ госуправления — нужно просто побольше денег. Если денег очень много, то в итоге будет что-то хорошо. Что-то строится, но когда думаешь, сколько на это тратилось денег, может, лучше и не строилось бы. Я не просто оптимистично смотрю.

Пора продавать собственность иностранцам

— Возвращаясь к теме приватизации. Если правительство решит приватизировать госкомпании, будут ли заинтересованы в них инвесторы — как наши, так и зарубежные?

— Принципиально важно, чтобы не было ограничений на доступ инвесторов — это основная причина того, что российские приватизационные аукционы приносили так мало. Просто на них не допускалась конкуренция. Если бы в них участвовали зарубежные инвесторы, это было бы намного лучше с точки зрения и эффективности, и дохода в бюджет. Надо просто помнить, если у нас даже большое предприятие, какая-то госкорпорация, но эта компания по-прежнему работает в России, нам просто нужно, чтобы она соблюдала законы, платила налоги, соблюдала права рабочих.

Это задача правительства следить за этим. Она и будет российской компанией, какая разница, кто ей конкретно владеет?! Какая разница, кто является собственником?! Если он обанкротится, предприятие будет неприбыльным, то тогда его продадут с аукциона. Если он будет платить налоги — что еще нужно от собственника? Нужно, чтобы создавались рабочие места, чтобы товары были дешевле, чтобы платились налоги. Почему нужно проверять его паспорт? Это даже неправильный вопрос.

— Пример приватизации энергетики — позитивный?

— В энергетике нам не нужно восстанавливать РАО «ЕЭС», правительству нужно сопротивляться попыткам консолидации. И антимонопольному ведомству ради интереса нужно заняться монополиями. Я считаю, что, если «Газпром» настолько важен для России, бог с ним, пусть он управляется политически. Но ему при этом не нужно иметь электроэнергетические активы, и если он должен сохраняться как единая монополия, то не должен бесконечно увеличиваться. И неправильно, что он, например, владеет медиахолдингом. Это наша государственная монополия, ей не нужен медиахолдинг, он может быть приватизирован.

— Что готовы покупать инвесторы из государственных активов?

— Нефтянка и энергетические активы, само собой, активы в химической промышленности и металлургии, но и вообще вход на рынок. Два года назад правительство помешало Google прийти в Россию. Это неправильно. Сейчас он нашел другой путь.

В сфере высоких технологий было бы хорошо, если бы правительство сняло всевозможные ограничения на импорт и экспорт технологий и сняло бы ограничения на деятельность иностранцев в отраслях, связанных с технологиями и разработками. А этих ограничений очень много. Непонятно также ограничение на долю, которой может владеть иностранный инвестор в некоторых предприятиях. Какая разница, кто владеет предприятием, кроме разве что завода, выпускающего ракеты? Экономисту это непонятно.

Наши банки никому не нужны

— Неоднократно говорилось, что вскоре будет большая волна приватизации. Могут же и госбанки приватизировать?

— Это не так-то просто. Вопрос приватизации банков сейчас особенно и не стоит. Потому что с нынешним кредитным портфелем крупные российские банки никто не купит. Дело даже не в том, что кредиты очень плохие, но просто, как когда-то гениально отметила журналистка Юлия Латынина, бывают активы, взвешенные с учетом риска, а у наших предприятий — пассивы, взвешенные с учетом риска. Что иногда можно не отдавать. Ведь компаниям типа «Русала», которые получили кредиты от госбанков, нет причин думать, что они считают себя обязанными эти кредиты возвращать.

Если бы эти банки приватизировались, потенциальный покупатель рассматривал бы этот кредит как плохой, который, скорее всего, не будут возвращать. Если говорят про приватизацию, речь идет не о приватизации банков. Да и нет такого плана, чтобы правительство отказывалось от таких мощнейших инструментов поддержания избранных компаний.

Государству пора себя прогнать из бизнеса

— Вы говорили, что чем меньше правительство будет вмешиваться в экономическую жизнь, тем лучше. Как это осуществить сегодня?

— Прежде всего правительство должно давать себе по рукам. Некоторые правительства в других странах, у которых больше капиталистической истории, чем у нас, они учили этот урок очень долго. Отчасти на примере Советского Союза, который привел к экономической катастрофе, учились и на собственном примере в 70-е годы, что много вмешательства — это очень плохо.

Один пример можно взять в России — создание разного рода корпораций как инструмент коммерческой деятельности. Мой самый любимый пример — план по созданию национального поисковика и национального браузера. Это действия правительства, в сущности, по разрушению рынка. Или ближе к газетному бизнесу пример. То, что правительство создало «Российскую газету» как коммерческое предприятие, — это на самом деле в каком-то смысле мера, разрушающая рынок российской прессы.

— То есть государство должно самоудаляться из рынка, отказываясь от владения собственностью в тех или иных секторах экономики?

— Да, и от правительства требуется некоторая воля, чтобы это сделать, чтобы не создавать предприятий, которые бы конкурировали с частным предприятием. Представьте: создал кто-то частное предприятие, и оно оказалось провалом, а большая часть коммерческих проектов в жизни провальные, это совершенно нормально. Провалился проект — ничего плохого в этом нет. Если вы попробуете вспомнить первые поисковики до Google и Yahoo, наверное, вы не вспомните.

Самый распространенный российский поисковик раньше был Rambler. Коммерческий проект проваливается, и пользователь не замечает: какая нам разница, Яndex там чемпион или Rambler.

А теперь представьте: государственный проект проваливается. Он же госпроект, у него своя логика существования, его будут поддерживать любой ценой. На рынке будет присутствовать фирма более эффективная, которая заменит провалившуюся. А эту будут поддерживать, защищать, обязывать школы пользоваться ее продуктами и т. д. И воздерживаться от таких действий — серьезная задача правительства.

Цифры

2,42 трлн. рублей — дефицит бюджета в 2010 году
400 млрд. рублей направили из федерального бюджета на покрытие дефицита Пенсионного фонда
30 млрд. долларов планируется получить за счет продажи долей в госкомпаниях к 2013 году

Досье

Константин Сонин, профессор Российской экономической школы

Родился в Москве 22 февраля 1972 года.

Учился на механико-математическом факультете МГУ им. М. В. Ломоносова.

Работает в Российской экономической школе ведущим экономистом Центра экономических и финансовых разработок.

Политика 00:01 / 07 Августа 2026 10270

Измена в особо крупном размере

Почему в обществе все громче звучат призывы вернуть смертную казнь для проворовавшихся чиновников

Михаил Морозов, обозреватель «Труда»

Труд

Очередные задержания и аресты коррупционеров и мошенников мало кого удивили — воровство бюджетных денег (на чиновничьем жаргоне — «освоение») происходит постоянно и повсеместно. Но этот...