ПРОФЕССИЯ - СЛЕДОВАТЕЛЬ, ХОББИ - БАНДИТ

Главная Жизнь 01:01 29 Января 2003 203

Согласно милицейским отчетам и сводкам маленький городок Авдеевка - самое тихое место в Донбассе. Ни грабежей, ни разбоев. За несколько лет случается одно убийство. А самые тяжкие преступления - воровство и пьяный мордобой. А дело о следователе Канищеве в

Афанасьев Иустин

Напечатать

А свела меня с этим красавцем, одетым с иголочки и благоухающим дорогим парфюмом, немолодая медсестра местной больницы Татьяна Ищенко. Ее сумбурное, полное боли письмо пришло в редакцию в начале марта, когда женщина поняла, что искать справедливости в милиции и прокуратуре не только бессмысленно, но и небезопасно.
И я отправилась в Авдеевку. Дверь двухкомнатной квартиры в относительно новенькой дявятиэтажке открыла женщина с измученным лицом и следами бессонницы под глазами.
- Вы из "Труда"? - обрадовалась Ищенко. - Заходите! - и поспешно защелкала запорами.
А уже через полчаса мы шагали на окраину города, где на берегу непрочно скованной льдом речушки и произошли с медсестрой кошмарные события. За прошедшие две недели никто даже не позаботился о том, чтобы собрать или уничтожить многочисленные вещдоки.
- Вот отпечатки шин его "Жигулей", - показывала мне Татьяна Ивановна. - А вот пуговицы от моего лифчика. Когда он его рванул, пуговицы посыпались дождем... А этот пушистый хвостик, прилипший к коряге, - клок от моей норковой шапки.
Тут моя собеседница не выдержала и зарыдала. Шапка была не просто хорошей, носи и носи, а последним подарком покойного мужа. При нынешней нищете такую уже не справить.
- Этот Канищев просто бешеный, - рассказывала она. - Шапку сорвал и давай ее драть руками!
Края ледяных бурунов у полыньи - розового цвета, это следы крови Татьяны Ивановны. Отстегав ее веревками, мучители столкнули в ледяную воду и хохотали до упаду, глядя, как несчастная женщина пытается выбраться, раздирая кожу об лед. А вот и сама веревка, тоже со следами крови. Мы собираем улики в полиэтиленовый пакет, чтоб предъявить их милиционерам, а спустя какое-то время я кладу собранное на стол одного из руководителей местной милиции. Но мои усилия тщетны, он, не скрывая неприязни, чеканит, что уже знаком со сплетнями о капитане и больше их слышать не хочет.
- Но я же принесла доказательства!
- Вот эти? - усмехается мне в лицо начальник. - Выбросьте в урну, это обычный мусор... Ваша Ищенко - обычная интриганка. Она украла туфли следователя и, защищаясь, выбрала тактику нападения. А Канищев - прекрасный специалист, душа коллектива, он пользуется авторитетом у товарищей.
Товарищи следователя не были столь категоричны. Одни отмолчались, другие отделались шуткой: "Квадратная голова? Веселый парень, живет со вкусом".
- Почему "квадратная голова"?
- А у него стрижка такая, под бандита.
С "прекрасным специалистом" Татьяна Ивановна познакомилась волей случая. В начале зимы в больнице, где она работала, прооперировали одинокую старушку. Бабуля так привязалась к ласковой медсестричке, что, выписываясь, пригласила ее в гости. Попутно выяснилось, что женщины - соседки, живут в одном доме, но в разных подъездах... Словом, отзывчивая медсестра взяла над старушкой шефство - то борщика принесет, то напечет оладьев. Однажды, расчувствовавшись, старушка повинилась:
- У тебя, Танечка, сынок растет, надо было бы ему мою квартирку отписать. Да я поспешила. Сосед мой по перегородке, милиционер, уговорил сделать дарственную. Его жена обещала присматривать, помогать, да, видно, им на руку, если я поскорее умру.
А через несколько дней Татьяна Ивановна столкнулась с соседом в тамбуре.
- Ты чего здесь шастаешь, выдра? - схватил он ее за плечо. - Бабку мы наблюдаем, усекла?
- Вы наблюдаете, а я ухаживаю, - огрызнулась женщина.
Такая смелость Канищеву не понравилась. И он придумал, как расквитаться с потенциальной соперницей. Как-то поздно вечером в квартиру Ищенко позвонили: "Открывайте, милиция!" На пороге стояло трое плечистых мужчин в форме, один из них - бабушкин сосед.
- Значит, так, выдра, - сказал он, заходя по-хозяйски в квартиру. - Ты должна мне тысячу баксов. Улавливаешь? Через неделю не отдашь - загремишь за решетку. У меня есть что на тебя повесить.
- Я у вас денег не занимала, - попробовала защищаться женщина. Но один из милиционеров (как позже оказалось - переодетых бандитов) накинул ей на шею шарф и затянул:
- Ты украла у шефа туфли "Саламандра" и продала на базаре!
После смерти супруга Татьяна Ивановна жила вдвоем с 15-летним сыном. Страх, что он проснется и станет мишенью для негодяев, заставил женщину подчиниться:
- Хорошо, я все сделаю, - покорно сказала она, надеясь, что утром найдет на наглеца управу. Но в горотделе Ищенко пригрозили:
- Мы не позволим клеветать на наши лучшие кадры!
Татьяна Ивановна решила затаиться, наивно надеясь, что грозный следователь успокоится и забудет про нее. Наказав сыну не гулять допоздна и никому не открывать двери, она в страхе провела отпущенный милиционером срок, не предполагая, что от его произвола не защитят ни белый день, ни людное место.
Медсестру затянули в машину в три часа дня возле больницы. За рулем сидел Канищев, а рядом те самые "милиционеры", которые приходили домой. На берегу речушки за городом с нее содрали одежду и стали издеваться, насколько позволяла подонкам их бандитская фантазия. Когда сломленная женщина согласилась написать доверенность на продажу своей квартиры, ее снова кинули в машину и повезли на дом к частному нотариусу, хорошей знакомой Канищева.
- На следующий день я была в прокуратуре, - рассказывала мне Ищенко. - Оставила заявление и познакомилась с еще одной жертвой следователя - Ириной Шевцовой. У нее пропал без вести брат, а в его дом, оказавшийся проданным, вселились чужие люди. Последнее время брат, бывший офицер, а теперь инвалид, плотно общался с Канищевым. Мы стали перезваниваться, но через неделю я узнала, что Иру нашли возле дома с проломленной головой. Судмедэксперт написал: несчастный случай, поскользнулась, упала, разбилась. Я поняла, что следующей "упасть" могу я.
Материал, напечатанный в региональном выпуске "Труда", наделал в Авдеевке немало переполоху. А вскоре "квадратная голова" явился в редакцию. Признаюсь, он умел давить на психику и лишать душевного равновесия. Перечислив имена высоких покровителей, пообещал меня засудить и доставить немало других неприятностей, если я... не напишу опровержения и не помогу ему устроиться в милицейских структурах Донецка.
- Я ведь по вашей милости без работы остался, - вздохнул вдруг обиженно Канищев. - Меня вынудили рапорт на увольнение написать. Семья, конечно, не бедствует, у меня свой бизнес. Но милиция - это призвание.
Какой "бизнес" у отставного капитана милиции, открылось неожиданно. Вместе с ранее судимыми Сенченко и Чуйковым (теми самыми лжемилиционерами, что издевались над медсестрой Ищенко) он организовал преступную группировку, которая подыскивала одиноких граждан и отбирала у них жилье. Кого-то переселяли в бараки, кого-то выкидывали на улицу, строптивых отправляли на тот свет. Однажды в поле зрения "квадратной головы" попал некий Сергей Ребров, тоже бывший милиционер, уволенный из органов из-за пристрастия к алкоголю. В личной жизни мужчине не везло: мать умерла, жена бросила. Прямо-таки идеальная жертва, и Канищев не мог ее упустить. Уговорив Реброва выгодно продать квартиру, он повез его обмыть удачную сделку. За городом мужичка задушили и закопали. Следующую жертву - Григорьева убивали по тому же сценарию. Правда, здесь чуть было не случилось осечки: в последний момент у жертвы сработал инстинкт самосохранения, и он сумел увернуться от удавки. Длинноногий Канищев догнал убегающего у песчаного карьера и забил монтировкой.
Авдеевка - город небольшой, с куплей-продажей квартир сильно не развернешься, и в свободное от убийств время Канищев занимался разбоем. Будучи следователем, он располагал солидной базой данных о своих земляках: кто торгует, кто ездит на заработки в Россию. Как интересный внешне мужчина, умел расположить к себе дам. Сам на грабеж и разбой обычно не ходил, предпочитал сидеть "на шухере" в машине и брал за наводку "по-божески" - всего 40 процентов от награбленного. Зато организованная им банда потихоньку пополнялась новыми членами, не обремененными нравственными тормозами.
Инну и Нину, занимающихся челночным бизнесом, Канищев высмотрел на рынке. Прикинул, что у девушек должны водиться деньги, и посоветовал подельникам за ними проследить. Определить, где проживают подруги, не составляло труда, и темным февральским вечером в их квартире раздался звонок.
- Кто там? - поинтересовалась Нина и глянула в глазок. На лестничной клетке стоял приветливый милиционер. Вслед за оборотнем в квартиру влетело еще двое головорезов. Доверчивых жертв связали и, попугав макетом пистолета, потребовали выдать деньги и ценности. Подруги отдали все, что имели, - 11 тысяч гривен.
Еще три разбоя бандиты совершили все в той же Авдеевке. Причем в последнем случае жертвой стала мать школьного друга Канищева, который служил в Югославии и, по слухам, оказывал старушке солидную долларовую поддержку. Все ограбленные подвергались унижениям и физической "обработке" сродни той, которую испытала медсестра Татьяна Ивановна.
Попался же бывший "мент", как нередко и бывает, невероятно глупо. Дончанку Светлану Яремко бандиты пасли несколько дней, не догадываясь, что женщина наблюдательна и обладает хорошей зрительной памятью. Поэтому, когда возле ее дома стали появляться светлые "Жигули", чей номер частично совпадал с номером ее машины, она их хорошо запомнила. Запомнила и эффектного молодого мужчину, который однажды настойчиво звонил ей в дверь. А вот его подельников, переодетых в милицейскую форму, она впустила в квартиру без страха. Но напрасно двое отморозков мучили даму - ценностей, на которые рассчитывал Канищев, в доме не оказалось. Разжившись лишь сотней гривен и бутылкой шампанского, они придушили жертву и вернулись в машину. Разгневанный главарь забрал деньги себе, а шампанское отдал подчиненным. Но залить досаду они не успели. Чудом выжившая потерпевшая позвонила в милицию и сообщила номер машины Канищева. Через час его взяли донецкие сыщики.
Славик "раскололся" удивительно быстро. Он сам заговорил о покойниках и показал места захоронений. Правда, посидев в СИЗО, собрался с мыслями и повел себя, как обычный уголовник. В суде заявил, что жестоко оговорил себя, сломленный физическими истязаниями бывших коллег, а могилы ему указали сами милиционеры. Однако у следствия были неопровержимые доказательства и вещдоки: в квартирах обвиняемых нашли вещи пострадавших, а у бандитов - милицейскую форму, макет пистолета и поддельные удостоверения дружинников.
Областной суд признал бандитов виновными сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса. Вячеслав Канищев, Вадим Сенченко и Роман Чуйков приговорены к пожизненному лишению свободы в тюрьме строгого режима с конфискацией имущества...
Бывший следователь надеется на чудо и забрасывает жалобами многочисленные инстанции. Все-таки ума, да и просто здравого смысла ему всегда не хватало. Может, потому, что голова "квадратная"?

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 24838

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...