Но у причальной стенки места для столь почтенного джентльмена не нашлось. Не любим богатых и знаменитых?
Девять пассажирских палуб, 550 кают (часть из них оборудована специально для людей с ограниченными физическими возможностями), масса ресторанов со всевозможными национальными кухнями и лучшими поварами, бары и дегустационные залы с богатейшими винными погребами, два открытых бассейна (один с закрывающимся куполом), фитнес-центр, теннисные корты, площадки для гольфа, концертный зал и кинотеатр, дискотека, ночной клуб, казино, антикварный салон и галерея бутиков, библиотека и компьютерный центр с новейшими технологиями... Перечислить все возможности, представленные избалованному пассажиру (а других тут просто не водится) в этом царстве роскоши, просто невозможно. Недаром самые придирчивые эксперты называют корабль абсолютным лидером среди всех современных пассажирских лайнеров класса люкс.
Но вот с балкона своей скромной севастопольской квартиры невольно становлюсь свидетелем того, как крохотный тральщик внезапно преградил дорогу белоснежному красавцу-лайнеру. При проходе военных кораблей гражданские суда должны оставаться на внешнем рейде. Утлое суденышко постройки далеких 1950-х, окутанное клубами сизого дыма, сердито рыча, барахтается в черноморской водице. На верхних палубах лайнера оживление, туристы щелкают камерами, улыбаются. Плавучий раритет, несущий службу, — не везде такое встретишь. Медленно, ползком недовольный тральщик демонстрирует, кто в доме хозяин. Наконец-то добро на вход получено и богатым иностранцем. Однако радоваться миллионерам рано — места у причальной стенки для суперкорабля в Севастополе не нашлось. Обитатели плавучих хором вынуждены десантироваться на берег посредством катеров. Пяти-звездочное судно длиною 250 метров встает враскоряку на якоре прямо посреди бухты. Как бы извиняясь за задержку и неудобства с катерами, администрация порта дорогих гостей потчует хлебом-солью, робко приплясывая что-то наподобие гопака.
Когда-то, окутанные завесой секретности, здесь стояли линкоры и крейсера. Теперь вот корячится заплутавший лайнер с Багамских островов с богатыми людьми, прожигающими остатки жизни. Что делать, жизнь не стоит на месте...
Еще один нюанс, греющий душу: на этот раз ВИП-туристов не встретили маршами музыканты военного оркестра российского Черноморского флота. А было дело, подрабатывали таким образом, и, честное слово, рука не поднималась бросить камень в их огород. Теперь обходятся без этого. Всезнающий старшина в отставке Сергеич в старом полинялом кителе поясняет:
— Жалованье российским военным сегодня заметно прибавили, потому и халтурить на причалах стало не модно. Бытие определяет сознание...
Когда делили с Украиной флот, кусок причала в Южной бухте отгородили чугунным забором. Теперь там ржавеют списанные и ждущие своей участи российские корабли. Мучается порт, недоумевают многочисленные иностранные гости... Будь я начальником, отдал бы по-братски эти недостающие метры причала Севастопольскому морвокзалу, пусть гости пользуются. А то ни себе, ни людям. А если б вдруг оказался совсем большим начальством, то начал бы возрождать российский Черноморский флот. Но это уже другая песня — про священный камень, что кровью героев омыт...
