Труд: ОДНАЖДЫ, НА ПОСЛЕДНЕЙ ПАРТЕ

Главная Жизнь 01:01 01 Сентября 2001 204

ОДНАЖДЫ, НА ПОСЛЕДНЕЙ ПАРТЕ

1 сентября многие взрослые, провожая глазами школьников, после каникул спешащих на уроки, испытывают легкую ностальгию. Все-таки десять лет, проведенных в стенах школы, - это, так сказать, "фундамент" нашей судьбы, одна из прекрасных страниц жизни. Накану

Славуцкий Александр

Напечатать

Владимир ВИШНЕВСКИЙ,поэт:
- Школа была для меня не вторым домом, как нас убеждали, а скорее, школой выживания, постоянного преодоления опасностей, большую часть из которых, правда, я создавал себе сам. Так, именно здесь состоялось одно из первых моих испытаний как будущего шоумена. Когда я учился в девятом классе, мой брат артист, колесивший по всей стране, из гастролей (кажется, по Коми) привез мне настоящие лапти. Я не нашел ничего лучше, чем прийти в этих лаптях на урок физкультуры. Думаю, вы представляете, какое впечатление я произвел на своих товарищей, появившись в таком виде на волейбольной площадке. Весь класс покатывался со смеху, наблюдая, как в течение 45 минут я с "ловкостью" кикиморы скользил по спортивному залу. Но главный урок преподнес мне учитель физкультуры, который не обратил на мою дерзость совершенно никакого внимания.
Оксана ПОДРИГА, телеведущая:
- Училась я вполне прилично, за все десять лет родителей ни разу не вызывали в школу. И все же в одну историю влипла. По просьбам одноклассников мы с подругами выставляли им оценки, ну и о себе, разумеется, не забывали. Причем каждый "специализировался" по каким-то своим предметам. Например, мой почерк был очень похож на почерк нашего преподавателя по русскому и литературе, а одна из моих подруг филигранно копировала ужасный почерк учителя физики. Застукала нас директриса школы, которая вела обществоведение и помнила все оценки, выставленные ученикам. Но, к счастью и удивлению, никаких драконовских мер не последовало: директриса отнеслась к нашим проделкам с юмором.
Лев ДУРОВ, артист театра и кино:
- Как-то я сбежал с уроков, скрылся в туалете и с папироской в зубах следил за футбольной игрой на школьном дворе. Слышу - кто-то вошел. Думаю, еще один такой же прогульщик, как и я. А оглянуться мне некогда - очень уж увлекся игрой. Меня хлопают по плечу и просят: "Оставь". Не оборачиваясь, передаю свой окурок через плечо. Проходит минута, может быть, две. И тут слышу за своей спиной голос: "Ну, Дуров, пойдем - хватит". Оборачиваюсь - директор школы! Спускаемся в его кабинет.
- Мерзавец, - говорит он мне, - что ты куришь?
- "Беломор", - отвечаю.
- А сколько тебе денег дает мать на день?
Я называю сумму. Тогда он достает из стола пачку "Прибоя": "Вот что тебе, стервецу, надо курить! И тогда тебе останется хоть на булочку!"
Когда я вышел из кабинета, то почувствовал, что лицо мое горит. Ведь директор не ругал меня за прогул или за то, что я курю. Он всего-навсего хотел, чтобы я имел возможность покупать себе каждый день булочку! Эта беседа произвела на меня такое впечатление, что через несколько дней я бросил курить.
Юрий СЕНКЕВИЧ, телеведущий:
- В детстве у меня было очень много увлечений. В ранней юности, как и большинство мальчишек, мечтал стать летчиком, разведчиком и так далее. Некоторое время занимался музыкой: научился играть на скрипке, затем на домре... Правда, к концу школы мои мечтания сделались более серьезными: отбросив все лишнее, я для себя решил, что обязательно стану врачом, - и поступил в Военно-медицинскую академию.
Виктор КОКЛЮШКИН, сатирик:
- Когда я учился в школе, у меня было ощущение, что сижу не на последней парте, а еще дальше - где-то там, за стеной. Настолько отдаленно я воспринимал все то, что происходит в классе. Учился вполсилы, только чтобы меня из школы не вытурили. То есть старался играть в эти школьные игры так, чтобы это не мешало моему главному делу - гонять голубей. У меня была своя голубятня между Сретенкой и улицей Кирова, я постоянно должен был о своих птицах заботиться: кормить их и гонять. Судьба моих пернатых сложилась почти как в кинофильме "Прощайте, голуби". После 8-го класса я пошел работать на фабрику и раздал своих питомцев друзьям и знакомым. Причем некоторых птиц отдал специально подальше в Подмосковье, чтобы они не смогли ко мне вернуться, но все равно большинство из них прилетели обратно, некоторые даже через год или полтора.
Эдвард РАДЗИНСКИЙ, писатель, драматург, телеведущий:
- В младших классах на вопрос "кем ты хочешь быть" я всем твердо обещал, что стану оратором. Такой странный выбор вызывал большое недоумение не только у сверстников, но и у учителей. И классная руководительница объяснила мне, что такой профессии не существует. Когда же я спросил ее про Демосфена и Цицерона, она сказала, что это было в древности. К этому спору мы вернулись через некоторое время, когда я прочел речи Карабчевского и других знаменитых русских адвокатов и опять принялся мучить ее. Но она, как сейчас помню, ответила, что раньше адвокаты действительно говорили речи, а сейчас они только защищают подсудимых. Ближе к концу школы эта тема перестала меня волновать. Но любопытно, что лет 15 назад на праздновании своего 80-летия учительница сама напомнила мне о нашем споре, когда спросила: "А помните, вы мне обещали, что будете оратором?.."
Владимир МОТЫЛЬ, кинорежиссер:
- В восьмом классе я влюбился в одноклассницу, влюбился не на шутку - эта любовь продолжалась несколько лет. Дело происходило на Северном Урале. Ее звали Ника. А потом я отправился в Москву поступать на режиссерский факультет ВГИКа. И вот успешно прохожу первый тур, второй... Третий тур назначен через неделю. Тут в Москву приезжает моя первая любовь. Я с ней встречаюсь - и забываю про ВГИК, проводя с девушкой дни и ночи. Спохватываюсь буквально накануне третьего тура, еду во ВГИК. Моя первая любовь так и не узнала, что из-за нее я "пролетел" на экзаменах, о чем рассказал ей много-много лет спустя, когда у нее уже были муж и дочка.

Напечатать

Жизнь 00:02 / 27 Марта 2026 9504

Весна, пора жить ярче

Московская неделя моды: от ИИ-примерочной до «пальцев Фредди Крюгера»

Евгения Заболотских

Труд

В российской столице завершилась VI Московская неделя моды. Пять дней посетители в Манеже восторгались, дивились и недоумевали по поводу капризов изменчивой модной погоды, которая норовит скатиться то к ветхозаветным...