Не до праздника
«Вот уже пять лет я не открывала крышку фортепиано. Неудобно
Накануне 1 сентября кинологи тщательно обследуют каждую школу. Светлый праздник начала учебного года стал для жителей Северной Осетией скорбным днем. Теперь в Беслане не устраивают торжественные линейки. Занятия в школах начинаются после 3 сентября. В этом году в местных газетах прошло объявление о том, чтобы с 1 по 3 сентября жители республики отказались от участия в развлекательных мероприятиях. Кладбище «Город ангелов», на котором похоронены погибшие в результате теракта, взято под особую охрану так же, как и здание бывшей школы № 1. Во всех школах установлено круглосуточное видеонаблюдение.
Закон для убитых и раненых
«Мы очень хотим, чтобы приехали главы всех республик Северного Кавказа почтить память погибших. От нашего имени руководителям были отправлены письма», — рассказывает представитель общественной организации «Голос Беслана» Элла Кесаева. В начале августа во Владикавказе побывал Дмитрий Медведев. Женщины хотели передать ему письмо с подписями жертв теракта. Охрана и к президенту не пустила, и письмо не взяла.
«Все, что мы хотим, — встречи с президентом. Мы уже четыре раза пытались встретиться с генпрокурором Юрием Чайкой, но он так и не нашел времени для нас», — говорит Кесаева. По словам Эллы, главная цель «Голоса Беслана» — провести закон, устанавливающий статус жертвы теракта. Не должно быть такого, говорит женщина, чтобы в справках об инвалидности врачи писали «инвалид с рождения», когда травма была получена во время теракта.
Кто поможет
Сегодня пострадавшим и семьям погибших помогают в основном республиканские власти. Дети, бывшие в заложниках, могут поступить в любой университет Северной Осетии на льготных условиях. В этом году 57 выпускников из числа пострадавших в результате теракта поступили в лучшие вузы республики на льготных условиях. В прошлом году в Беслане были сданы три дома, которые предназначались семьям, пострадавшим в 2004 году. Открыта программа выдачи квартир во Владикавказе. «Моя соседка получила серьезные ожоги, — говорит пенсионерка Людмила Седакова. — В этом году поступила в университет — будет учиться на соцработника». Многим выделили квартиры. Но это ничто по сравнению с тем, что люди пережили. «У нашего пастора баптистской церкви погибли четверо детей. Осталась одна девочка. Молодая жена пастора поседела и постарела лет на двадцать», — рассказывает Раиса Андиева.
Место скорби
Полуразрушенное здание школы № 1 стоит в центре Беслана. Здесь рабочие вешают баннер с именами погибших. У стен венки, мягкие игрушки, бутылки с водой. Вода стала символом трагедии в Беслане.
Учительница школы № 8 (сюда перешли учиться 170 детей из школы № 1) Жанна Козырева говорит, что после теракта дети часто открывали кран в кабинетах: «Я не могла понять, почему на переменах в раковине течет вода. А потом они мне сами сказали, что им так комфортнее. Пять лет назад им больше всего не хватало воды».
По спортзалу, пропитанному кровью, ходит мужчина. Он вглядывается в развешанные фотографии погибших и утирает слезы. Французский оператор пытается задать ему вопрос, но мужчина отмахивается и, плача навзрыд, убегает.
Многие, у кого трагедия забрала всю семью, часто приходят сюда, где жизнь словно замерла. Обгоревшие
