Труд: Человек с факультета карманной тяги

Главная Жизнь 00:21 03 Июня 2010 4114

Человек с факультета карманной тяги

Как бывший уголовник зэков и бомжей наставляет

Напечатать

Юрий Потапенко просидел в тюрьме 30 лет, 2 месяца и 17 дней. Но в один прекрасный день бывалый вор-карманник решил сменить специальность. И стал… директором бюро по трудоустройству.

Все эти 30 лет он жил как джентльмен удачи: освободился — украл — в тюрьму. «Факультет карманной тяги окончил» — так он говорит о своем «образовании»… Теперь у него Бюро, причем необычное: Потапенко помогает устроиться на работу людям, которые попали в «сложную жизненную ситуацию», то есть освободившимся зэкам, воспитанникам детдомов, бомжам. На сегодня это единственное в стране бюро по налаживанию жизни. И Потапенко в этой области эксперт. Просторный офис, личный шофер, костюм с иголочки. Только рукава на костюме длинноваты — до самых пальцев, чтобы наколки закрывать.

— Никак не вывести, — жалуется Юрий Иванович. — А перед людьми неудобно.

…Хотя историю своей жизни Потапенко и не думает скрывать. Его карьера и построена благодаря опыту тюремной жизни.

— Это мир со своими законами, иерархией. Вот как у вас: корреспондент — редактор — шеф-редактор. Там так же. Я в этом мире как рыба в воде. И поэтому понимаю тех, кто ко мне приходит. Хочешь жить по-человечески — пожалуйста: вот тебе жилье, миска супа, вот тебе работа. Прежде чем спросить человека о чем то, нужно накормить, дать угол. Никаких справок для этого не требуется.

— Но ведь люди, которые приходят, — не ангелы, мягко говоря. Если бы хотели жить по-человечески, уже давно бы так и жили. Что, если после миски супа опять примутся за свое?

Юрий Иванович изображает удар кулаком в челюсть.

— Тут у меня разговор короткий. Говорю ему: «Ты, животное!» — и по кумполу. Я в демократию ни с кем не играю. Если беру человека на работу — заключаю с ним договор: не пить, не красть. А если пьет по-прежнему и наркотики… сразу прощаемся.

…Утро директора бюро по трудоустройству начинается рано — в 5 часов. Он выгуливает собаку, и в 5.45 уже в офисе, или, точнее, в соцгородке. Этот городок — комплекс благоустроенных вагончиков, в которых живут по три-пять работяг, — вырос на месте бывшего пустыря. Каждый вечер в 5 часов дня они отчитываются директору о том, как прошел день. Для большинства его подопечных это единственный шанс найти работу. Кто-то живет в вагончике долго, а кто-то выправляет документы, откладывает деньги и съезжает.

— Даже свадьбы у нас бывают, — хвалится Юрий Иванович. — Своего рода коммуна у меня здесь. Как у Макаренко!

Но женщины в городке не живут. Совместно женщину с мужчиной в вагончик не поселишь, да и условия нужны другие. Поэтому женатые «коммуну» сразу же покидают.

Многие клиенты «кризисного бюро» совершенно не умеют жить на свободе. Не умеют планировать деньги. Не видят цели. И тогда начинается «педагогическая поэма Потапенко» — он рассказывает, приводя в пример свой собственный путь, который тоже начинался с вагончика.

…И даже хуже, чем с вагончика. С «дома ночного пребывания» — ночлежки. Освободившись в 1993 году, бывалый карманник никак не мог найти работу. Холодными вечерами вспоминал баланду и привычный тюремный быт. А закончить свои дни на нарах Юра никак не планировал. К тому же была еще одна причина: в кармане вытертой куртки хранились письма от девушки Марины. Она была моложе его на 25 лет. Она была наивна и прекрасна, как мечты заключенного о новой, чудесной жизни.

Фотографию Марины Потапенко выпросил у сокамерника. И адрес тоже — написал письмо. Она ответила.

— Не испугалась? — спрашиваю хрупкую, тоненькую Марину.

— Да нет, — улыбается она. — Мне было интересно, я ведь никогда ни с кем не переписывалась.

Марина жила в Республике Коми в поселке под названием Вуктыл, что в переводе на русский язык значит «топкое болото». Многие мужчины из ее окружения сидели. А пили так практически все. Юрий хоть и сидел в тюрьме, но оказался непьющим и честно рассказал Марине о своем прошлом и о своих планах. Но она и не думала всерьез, что он за ней приедет.

А он все же устроился на стройку, скопил деньги и поехал в далекий Вуктыл. Явился с огромным букетом алых роз. До этого Марине никто никогда не дарил цветов.

— С тех пор я ей на каждый день рождения букет алых роз дарю. Она же идеальная жена. И сайт, и книги, и брошюры, и стирка-готовка — все на ней. Но и я тоже стараюсь…

Работая на стройке, Потапенко время от времени уговаривал начальство взять на работу — под свою ответственность — бывших сокамерников. «Трудоустройства» оказывались удачными, и к Юре все чаще обращались с обеих сторон. Первый офис они с Мариной открыли в вагончике. Марина выучилась на бухгалтера. А Юрий Иванович стал «решать вопросы по справедливости» — только уже в правовом поле и с помощью профессионального юриста. Для клиентов с самого начала и теперь все услуги, включая проживание, бесплатны. За подбор персонала платит работодатель.

— Я — скорая помощь, — говорит о своей работе Потапенко, — помогаю вылезти из ямы. Я понимаю, о чем говорю: тюрьма ломает человека, вернуться потом сложно.

«Запахло весной, боль снимет рукой, знакомой тропой вернусь я домой», — вдруг заорал мобильный Юрия Ивановича.

— О, это мои подопечные. Звонят, чтобы отчитаться, — говорит улыбаясь директор. — Але! И че там? Да, все засек. Спасибо, братан.

Досье

«Бюро по трудоустройству лиц, попавших в экстремальную жизненную ситуацию» было образовано в конце 1999 года.

В 2009 году вокруг бюро разгорелся скандал: один из подопечных Юрия Потапенко погиб на стройке, упав с 11-го этажа. Поскольку в трудовом договоре было указано, что ответственность за безопасность несет лично Потапенко, суд приговорил руководителя бюро к году условно.

Однако на дальнейшей работе организации этот инцидент никак не сказался. В общей сложности за все время работы организации туда пришло около 7 тысяч человек. Примерно 2 тысячам из них удалось социализироваться и вернуться к нормальной жизни.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 10877

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...