Сегодня на олимпийских играх стартуют соревнования по легкой атлетике. И наши болельщики вправе ждать значительного пополнения нашего медального запаса.
Перед вылетом российских легкоатлетов на Олимпиаду в Лондон корреспондент «Труда» побеседовал с главным тренером нашей сборной — Валентином Маслаковым.
— Валентин Михайлович, что сейчас происходит в спринте? К неудачам наших мужчин мы уже привыкли? А почему на чемпионате России так плохо пробежали женщины?
— Плохие результаты они показали только в беге на 100 метров. Но дул встречный ветер. А в беге на 200 метров секунды очень даже приличные, особенно у Александры Федоривы – 22.19. При хорошем раскладе она может в Лондоне выбежать из 22 секунд, а это уже будет серьезная заявка на пьедестал почета. А итогами бега на 400 метров я и вовсе доволен. Причем, не только у женщин, которые по сумме результатов могут составить лучший квартет в мире, но и у мужчин. Максим Дылдин показал 45.02, и я почувствовал у него резерв, позволяющий ему бежать в Лондоне быстрее 45 секунд.
— Помимо чиновничьей должности главного тренера, вы продолжаете и успешную работу тренера-практика. Кто из ваших личных учеников сейчас побежит в Лондоне?
— Юлия Гущина и Ксения Вдовина. И я, как главный тренер сборной, доволен их выступлениями на чемпионате России. Юля установила личный рекорд в беге на 400 метров.
— А вам не затрудняет жизнь такое непростое совмещение?
— При хорошей организации дела можно работать успешно, хотя это довольно нелегко. Но скажу больше: совместителем являюсь не только я, но и некоторые старшие тренеры сборной по различным дисциплинам. Если они являются хорошими специалистами в своем деле, то почему их талант и квалификация должны быть невостребованными? В последнее время нам на разные роли удается подключать к работе в сборной страны спортсменов, которые еще недавно за нее выступали. Дмитрий Богданов, Наталья Лащук и некоторые другие молодые специалисты уже хорошо себя проявили.
— А за Борзаковского вы спокойны?
— Юре большое спасибо уже за то, что прекрасно выступает на мировом уровне 13 лет, все это время являясь безоговорочным лидером российской сборной. Для дистанции 800 метров это вообще феноменальное долголетие. К тому же, уверенная победа на чемпионате Европы сейчас добавит ему сил. Скажем так: если рекордсмен мира кениец Рудиша неэкономно растратит свои силы в забегах, а в финале медленно начнет, шансы Борзаковского возрастут. А наилучшие шансы на успех мне кажутся у наших бегуний на дистанции 1500 метров. Все трое россиянок едут в Лондон, имея очень сильные результаты в нынешнем сезоне.
— Специалисты утверждают, что южноафриканка Семеня специально проиграла беге на 800 метров чемпионат мира нашей Савиновой, чтобы пока не раздражать соперников. А потом уже в Лондоне «стрельнуть». Вы согласны?
— При кажущейся абсурдности этого утверждения некоторые факторы подтверждают его правоту. Например, многие издания начали пиарить Семеню еще задолго до Олимпиады. Ее сделали знаменосцем ЮАР на открытии Игр. С ней недавно взялись работать известнейшие тренер и менеджер. Российская же федерация не собирается писать какие-то протесты и прочие кляузы по поводу гендерных аспектов. Пусть подобными вещами занимаются южноафриканские чиновники.
— Что случилось в стайерском беге? К отставанию наших мужчин мы уже привыкли? Но теперь сбавили результаты и женщины.
— Я бы сказал по-другому. Наши бегуньи на длинные дистанции остались примерно на уровне результатов 10-20-летней давности. Но стремительно прогрессируют африканки, преимущественно кенийки и эфиопки. А в сборных других стран мира, в том числе Европы, Азии и Америки все чаще лидерами становятся, опять же, уроженки Кении и Эфиопии.
— Сборная России собирается идти по пути натурализации африканок?
— Во-первых, мы не хотим этого делать, по крайней мере, в массовом порядки. Во-вторых, африканки и африканцы сами к нам пока не рвутся. Их не устраивает климат России, недостаточная стабильность в стране и многое другое.
— С нашими шестовиками что случилось?
— И отсутствие у нас таких чемпионов, какими были Тарасов и Гатаулин, явление временное. В Пекине Евгений Лукьяненко был вторым, перед этим выиграл чемпионат мира. Потом он попал в непростую ситуацию (стал виновником автомобильной аварии – ред.), которую пережить было нелегко, и это сказалось на росте результатов. Но попал сам, к этому привело зазнайство.
В прыжках с шестом нас есть много талантливой молодежи, способных юношей и девушек. На местах растут прекрасные тренерские кадры. Какой-то время назад старший тренер сборной, сам в прошлом выдающийся атлет, решил, что только он во всей России разбирается в шесте, но на самом деле все прыгуны сборной «погибали», то есть, уходили из большого спорта. К счастью, нам удалось этого специалиста уволить. И теперь дела постепенно налаживаются. У нас появились чемпионы мира среди юниоров и юношей. Если их удастся довести до ума во взрослом спорте, дела у нас наладятся.
— Порадовали в этом сезоне наши метатели.
— Ситуация у шестовиков и у метателей диаметрально противоположная. У нас в каждой дисциплине есть лидер, способный конкурировать на мировом уровне. Но за его спиной нет массовости, и этих одиночек приходится холить-лелеять. В регионах сейчас тренируются в десятки раз меньше юных метателей, чем лет 20 назад. Секторов и полей для метаний все меньше. Какие-то изымаются под коттеджную застройку. На каких-то стадионах, где раньше поле совместно использовали футболисты и метатели, сейчас настелили синтетику, которая, в отличие от травы, от повреждения падающим копьем или молотом не восстанавливается. Просто метать негде.
— Зато в ходьбе у нас ситуация стабильно благополучная.
— Здесь большая заслуга Виктора Чегина – не только сильного тренера, но и прекрасного организатора. Немалую помощь ему оказал бывший глава Мордовии – Николай Меркушкин, причем, не только ходокам, но и представителям других дисциплин легкой атлетики. К сожалению, Мордовия стала монополистом, другие регионы явно отстают. Но из разных областей России многие хотят работать в мордовском тренировочном центре спортивной ходьбы. В Саранске выстраивается грамотная пирамида.
— Впервые за долгие годы нашему марафонцу удалось серьезно побороться с африканцами.
— Да, год назад Дмитрий Сафронов на марафоне в Лондоне занял восьмое место, проиграв только представителям Кении и Эфиопии. А учитывая, что на Олимпиаде от этих стран будут выступать не по 20-30, а лишь по три бегуна, то у Димы шансы занять высокое место повышаются. К тому же, он недавно перешел со стайерского бега на марафонский, так что результаты будут улучшаться и по мере приобретения опыта. Я доволен – как работают его персональные тренеры, в том числе и родной отец.
— Личным тренерам вы дали больше возможностей?
— Сейчас молодого талантливого атлета мы уже не «выдергиваем» из привычной для него тренировочной группы, от вырастившего его тренера и не сваливаем молодые таланты кучей штатному наставнику национальной сборной, живущему в Москве. И это в лучшую сторону сказывается не только на стабильный прогресс спортсменов, но и на рост тренерских кадров. Ведь в недавнем успехе молодого барьериста Сергея Шубенкова «виноваты» не только великолепные гены, передавшиеся от родителей, но и прекрасная работа его тренеров в далеком Барнауле.
— Тренеры перестали уходить из профессии?
— По крайней мере, со спортсменами высокого уровня стало работать престижно и даже выгодно. И я должен отметить: наш министр Виталий Мутко приложил немало усилий в этом направлении, а также в плане создания тренировочных баз для национальной сборной. А вот в регионах на уровне детского спорта ситуация оставляет желать лучшего, мягко говоря.
Отмечу и приятную тенденцию. Я уже много лет в сборной страны - с середины 1960-х. Сначала был в качестве спортсмена, потом тренера. В последнее время контингент спортсменов и тренеров значительно изменился, причем, в лучшую сторону. За время моего руководства сборной не было ни одного случая пьянства, дебошей.
— Тренер Борзаковского – опытнейший Евстратов – объясняет это тем, что хорошие деньги дисциплинируют спортсменов.
— Он прав. Это – важный фактор, но далеко не единственный. К тому же в легкой атлетике даже звезды зарабатывают все-таки меньше, чем многие «игровики». Я бы непременно отметил, что значительно возрос общей уровень культуры у спортсменов международного уровня. И россияне – не исключение, а даже наоборот. Если раньше, лет 20 назад, единственным подходящим вузом для легкоатлета нашей сборной был физкультурный, и зачастую учились весьма формально, то сейчас получают разнообразные специальности, в основном гуманитарные. Большинство парней и девушек сейчас говорят на иностранном языке, иногда – на двух. Знают компьютерную технику, юридически грамотные. Так что и развлечения стали более интеллектуальные, а не как раньше — говоря словами Бабеля — «об выпить рюмку водки и дать кому по морде».
— Кроме легкой атлетики, какие виды спорта на Олимпиаде будете смотреть?
— Уже смотрю по телевизору репортажи из Лондона. Часто сижу в Новогорске у телевизора вместе с личными тренерами или со спортсменами. Юра Борзаковский сейчас в Чебоксарах. Но меня, когда смотрю футбол с ним рядом, всегда забавляет его яростная критика в адрес наших игроков. Но отчасти мнение Юры разделяю. В самом деле, меня удивляет обилие в России иностранных футбольных тренеров, которые являются специалистами не технике и тактике игры, а в физической подготовке. А ведь именно в этом компоненте наш футбол всегда был на передовых позициях, и зачастую здесь успешно работали специалисты легкой атлетики. Но надо воспитывать не только собственных футболистов, но и тренеров.
— Сколько золотых медалей вы будете считать хорошим результатом?
— Если мы в Лондоне завоюем медалей каждого достоинства не меньше, чем в Пекине (6 золотых – 5 серебряных – 7 бронзовых – ред.), я буду доволен. А предпосылки для этого есть.
