Труд: Суворов в юбке

Вчера в стране начался очередной учебный год — для моего классного руководителя, учителя истории средней школы № 39 Уфы Людмилы Сергеевны Ивановой, уже 51-й. Помню, я всегда воспринимала ее как тренера. Жесткого, требовательного, даже беспощадного. И не потому, что она занималась фехтованием и всегда предпочитала туше — прямой резкий выпад. Она типичный Суворов в юбке: трудно, мол, в ученье, легко в бою... И вот с таким железным характером Иванова в школе уже полвека. И, кажется, ничуть не изменилась: ни внешне, ни в требовательности, ни в приоритетах.

— Людмила Сергеевна, характер у вас от мамы с папой?

— Наследственное. Мама, Валентина Николаевна, у меня пионервожатая 30-х годов, а тогда вожатый был вторым человеком в школе. А папа работал мастером железнодорожного депо, ему сейчас 99 лет, так мы с ним еще иногда спорим о политике.

— Вот пришли вы в школу в 1962-м, и что было главным?

— Каждый учитель за общее дело очень переживал. И спрос был по существу. «Сколько вы, Людмила Сергеевна, посетили квартир учащихся в этом месяце? Только 10? А почему не 25?» И бежали мы по домам. А когда видишь ученика вне школьных стен, возникают к нему другие подходы. Педсоветы давали такой настрой: ты отвечаешь за все, что происходит в школе, все от твоей работы зависит. За двойки стружку снимали с педагога: значит, не можешь, не умеешь ребенка научить. А это близко к профнепригодности. Потому велась колоссальная индивидуальная работа, дополнительные занятия за счет своего личного времени. Никаких денежек за это не платили. При этом учителя были по-настоящему преданы своему делу и профессии. А какие смотры художественной самодеятельности у нас были! Это же такой импульс к творчеству и сплочению, здоровое желание показать себя, заслужить всеобщее внимание: Сейчас этого нет.

— Но ведь что-то же пришло на смену линейкам, пионерским сборам и комсомольским собраниям?

— Много что. Кружки, факультативы. Международные проекты — мы же ассоциированная школа ЮНЕСКО. Проводим Дни ЮНЕСКО — День родного языка, проект «Поколение XXI века»: Клуб «Аванте», контакты с Финляндией, Германией, Англией, США. Дети туда ездят: Но я ностальгирую по тем линейкам и дружинам, потому что с их исчезновением из школьной жизни вынут важный стержень, а полноценной замены не нашлось.

— У вас всегда было непросто заслужить похвалу. По какому принципу вы нас «сортировали»?

— Поскольку сюсюкать не в моем характере, просто старалась увлечь тем, что мне самой интересно: фотографией, спортом. И историей, конечно же.

— Мы считали вас железной дамой.

— Жесткость эта во многом шла от требовательности нашего директора, Агзама Шакировича Файзуллина. Он нас жучил: то открытый урок, то смотр, ты в постоянном напряге. Благодаря чему мы росли, двигались вперед — и как личности, и как коллектив. Он принял школу в 1955-м, а скончался в 1984-м, и всегда наша школа была одной из лучших в республике. Выдающийся человек. Тогда, надо сказать, была целая когорта сильнейших директоров: Сонькин — школы № 3, Розенблюм — 35-й, Хатунцев — 8-й, Иомдин — 100-й. Не только спецы прекрасные, но и личности уникальные. Конечно, Агзама мы побаивались, директор казался излишне требовательным. Потом поняла, что это во благо.

— А сейчас бы учительница написала жалобу в Минобразования, что к ней предвзято относятся из-за того-то и того-то...

— Думаешь, тогда не писали? Но многое зависит от коллектива, его психологии. Вот создали мы музей, директор запряг туда меня как молодого историка. О музее начали писать (по тем временам настоящее социальное изобретение: музей славы родственников учащихся). И тут поступает какая-то грязная жалоба на директора. Он вызывает меня: «Вы, Людмила Сергеевна, поедете в Москву вместо меня представлять наш музей у министра образования». Поехала. Мы получили высокую оценку, приказ был по министерству о нашем музее.

Сколько ребят потом прошли через нашу школу экскурсовода! Отпетые хулиганы становились хорошими людьми благодаря музею. Один такой, помню, пришел потом уже к нам в школу учителем и как-то мне признался: если бы не это увлечение историей, так и остался бы на улице. Такие искренние слова дороже всяких наград и дипломов.

— К вопросу о бессребрениках... Сейчас регулярно пишут про обыкновение школ давить на родителей, выжимать из них копейку.

— Вообще-то, как ты понимаешь, это не ко мне. Скажу в общем: нет ни одной школы, где бы директор не спрашивал родителей, чем они могут помочь. Не только в России, но и на Западе — там попечительские советы, спонсоры. И у нас есть такой совет, из очень деловых людей. А как иначе расширилась бы наша школа? Замечательный пристрой, вот и третий спортивный зал скоро появится. На государственные средства и половины не сделали бы. Я не рвачество оправдываю, а реальную ситуацию показываю.

— Хорошо, еще один наивный вопрос: почему сейчас такие безграмотные дети? Не знают элементарных вещей, которые раньше ученику их возраста не знать было стыдно. Такие учителя? Чем это еще объяснить?

— Думаю, сейчас школьники не очень-то рвутся к знаниям, потому что слишком надеются на родителей. Раньше при поступлении в вуз учитывался средний балл аттестата, была реальная конкуренция, особенно в престижные вузы. И попадали туда все-таки действительно лучшие, абсолютная-то масса шла безо всякого конкурса родительских кошельков, без взяток. Надеялись на свои знания, старались. И в конечном счете все выигрывали — и дети, и страна. Сегодня все не так. Деньги определяют и бытие, и сознание. Да еще постоянно идет сокращение часов — ну что такое два часа истории в неделю? Это сейчас, когда такой разброс в мозгах! А раньше было три часа истории и два часа обществоведения. Вот и считай.

— Чем вы, Людмила Сергеевна, сейчас живете?

— Музеем. Вижу в этом большой смысл, а не просто способ занять время. Так получилось, что именно в истории сегодня заключается наш общий духовный стержень. Это то, чего у нас не отнять, что позволяет сохранять достоинство в смутные времена. Оглянешься — и чувствуешь опору: ведь какие люди-то были! На их примере можно говорить о патрио-тизме безо всякого стеснения. Ты же помнишь, как на былых парадах сводным оркестром воспитанников муз-школы дирижировал Григорий Иванович Иващенко? Это человек-легенда. Он во время войны спас полковое знамя. Корабль шел ко дну, а он успел спуститься в трюм, обмотать знамя вокруг себя, прыгнул в воду и поплыл: Его подобрали финские моряки. И так восхитились его мужеством, что доставили парня на наш берег, хотя Финляндия тогда была на стороне Германии.

— Надо же! Никогда бы не подумала. Маленький, щуплый человек. На этих парадах смотрелся сыном полка. Он был нашим соседом. Как и полная его противоположность Иван Васильевич Максимча, Герой Советского Союза...

— У нас учились их внуки. А еще, помнишь, наверно, в Уфе есть улица братьев Кадомцевых, а их сестра, Инна Самуиловна Кадомцева,расстрелянная белогвардейцами, — бабушка наших двух выпускников Алеши и Володи Щербатских. А Даян Баянович Мурзин, «Черный генерал», Герой Чехословакии, кавалер всех высших орденов этой страны, почетный гражданин 16 городов?! Его парадный китель весит 60 килограммов! Нет на нем только Золотой Звезды Героя Советского Союза. Человек своего времени, неоднозначная личность. Тем и интересен! Дед нашей Алины, которая уже давно выросла.

Вообще, шутка ли — среди родственников наших ребят 33 Героя Советского Союза!

— И как строите работу музея?

— У нас почти 40 экскурсий. Традиционные — ко дню рождения школы — знают почти все классы. Как и историю уникальной Башкирской кавалерийской дивизии. Другие планируем с завучем по воспитательной работе, учитывая, что ребята проходят по истории, и составляем график. А еще я веду факультатив «Дни воинской славы». День 70-летия Курской битвы. Сталинградская битва. Взятие Исмаила, победа русского флота... Это же золото! Все у нас на мультимедиа, на большом экране, ребятам интересно.

— Кто ваши друзья из коллег?

— «Все уже круг друзей, тот узкий круг, где друг моих друзей мне тоже друг:» Но круг все же есть. Не скажу, что друзья закадычные. Сейчас сложно говорить «друг». Приятельствуем. Так точнее и честнее будет. Что ж, тоже примета времени.