Мещанский суд Москвы приговорил к штрафу в 36 млн рублей директора Центрального дома работников искусств Елену Смирнову. Как выяснил наш корреспондент, она обвиняется в коммерческом подкупе при сдаче в аренду помещений ЦДРИ.
Сколько веревочке ни виться, а конец один. Еще год назад наша газета писала о трагикомедии, разыгравшейся под крышей дома обитания муз. В здании, расположенном в центре столицы, власть захватила группа лиц во главе с худруком Энгелисой Погореловой и ее дочерью Еленой Смирновой, назначенной матерью на должность директора-распорядителя. Пришельцами был изгнан законно избранный состав правления ЦДРИ, состоящий из известных стране людей, народных артистов СССР и РФ.
Мэтры отечественной культуры — мультипликатор Юрий Норштейн, композитор Евгений Дога, актеры Зинаида Кириенко, Наталья Тенякова, Валентина Талызина, Елена Драпеко, Всеволод Шиловский, Татьяна Догилева, художники Александр Корноухов и Феликс Бух — писали письма в защиту ЦДРИ. В ответ, как водится, получали отписки. И, наверное, все бы так и спустили на тормозах, если бы не человеческие пороки, которые гнездятся даже в храмах искусств.
Итак, цитируем материалы дела. «Смирнова, действуя умышленно из корыстных побуждений с целью незаконного обогащения, при сдаче в аренду имущества АНО «ЦДРИ» привлекла в качестве пособника в совершении преступления Евгения Киршонкова, который по договоренности должен был подыскивать потенциальных арендаторов». Следователи выяснили, что с претендентами на офисные помещения в здании на Пушечной, 9, договаривались так: часть денег арендаторы перечисляли на расчетный счет АНО «ЦДРИ», а вдвое большую сумму передавали из рук в руки «за дальнейшую беспрепятственную аренду». В итоге суд обязал дельцов вернуть в казну упомянутую сумму в качестве компенсации ущерба.
А теперь самое интересное. Как нам сообщили в ЦДРИ, фигурантка уголовного дела продолжает исполнять обязанности директора-распорядителя. Хотя ст. 204 УК РФ (коммерческий подкуп) предполагает помимо штрафа «лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет». Так что в этом спектакле пока рано опускать занавес.
