Труд: «Уезжать с Гаити пока не собираюсь»

Главная Жизнь 00:30 04 Февраля 2010 2068

«Уезжать с Гаити пока не собираюсь»

Землетрясение на Гаити глазами человека, пролежавшего пять дней под руинами

Напечатать

12 января на Гаити произошло мощное землетрясение, в результате которого погибли как минимум 150 тысяч человек. Корреспондент «Труда-7» поговорила с одним из 132 спасенных из-под руин. 48-летний датчанин Йенс Кристенсен, сотрудник миссии

ООН

в Гаити, пять дней пролежал под завалами здания. Вот его рассказ от первого лица.

Как все началось

В момент, когда случилось землетрясение, я работал в своем кабинете в здании отеля, в котором находилась миссия ООН. Готовился к встрече, которая должна была состояться 13 января. Сначала я почувствовал, что комнату будто что-то толкает снизу, но не сильно. Мой кабинет — на третьем этаже. Когда все началось, я собрался спуститься вниз и выбежать на улицу, но потом понял, что не успею.

Я стал оглядываться по сторонам в поисках убежища. Увидел стол — кинулся под него. Сверху на столешницу тут же обрушилась книжная полка. Здание начало разваливаться прямо на глазах: все скрипело, выло, стонало, сыпались пыль, штукатурка. Это продолжалось секунды. Меня спасла та самая полка, упавшая на стол. Когда случился самый мощный толчок, весь удар летящих сверху перекрытий и потолка пришелся на нее. Потом я провалился в темноту вместе со своим столом.

Выжить под завалами

Я оказался словно заперт в маленьком гробу длиной 1,5 метра и высотой 30 сантиметров. Мог лишь слегка подвинуться вбок и поворачивать шею. Я осознавал, что каждый раз, как делаю резкие движения, трачу запас воздуха. Чтобы кровь циркулировала, я шевелил руками, головой, по возможности сгибал ноги в коленях.

При этом я не чувствовал страха. Точнее, пытался от него избавиться. Первое, что пришло на ум: нужно сделать так, чтобы меня услышали. Начал стучать по крышке стола. Потом испугался, что стол не выдержит и треснет и обломки здания раздавят меня. Позже я узнал, что толщина завала, под которым я лежал, была почти 5 метров.

Было так темно, что я ничего не мог разглядеть. В таком положении трудно постоянно заставлять себя быть спокойным. У меня был мобильный телефон. С его помощью я узнавал время и использовал его как фонарик. Под столом обнаружил банку из-под кофе и конверт. В конверт я высыпал остатки кофе, а банку приспособил под туалет. Кофейные гранулы я жевал по чуть-чуть, чтобы хватило надолго. Через несколько часов началась жажда. К концу срока моего заточения она стала невозможной. Чтобы не думать о еде и воде, я стал много спать. Спустя пару дней даже не засыпал — просто впадал в забытье.

На третий день я начал думать о том, что спасатели могут не добраться до меня. Стал прикидывать, сколько дней мне осталось. Мне было жалко себя, потому что не хотелось умирать такой страшной смертью. При некоторых несчастных случаях человек умирает сразу. А у меня на то, чтобы осознать, что умираю, и понять, как это происходит, было несколько дней. У меня нет жены и детей, но есть брат и сестра, о которых я постоянно думал, как они будут жить без меня. Временами накатывали грусть и огромная жалость к себе.

Помощь пришла

Постоянно думать о надвигающейся смерти мучительно. Я стал пытаться привлечь внимание людей снаружи. Нашел какой-то обломок стены и, когда просыпался, стучал им по крышке стола.

Поначалу меня обнадеживало то, что неподалеку под завалами тоже были люди. Я слышал крики моих коллег и иногда стук. Но примерно через 36 часов этот стук прекратился. Тоска стала еще мучительнее.

На пятый день, часов в шесть утра, я услышал приглушенные голоса и шум генератора. К этому времени я уже устал бороться, но, как только понял, что меня могут спасти, решил: нужно использовать каждый шанс. Неважно, что, скорее всего, это не сработает и меня не услышат. Я внушал себе, что не должен упустить малейшей возможности дать знать о себе. Пока разбирали завал, мне показалось, что прошли сутки. Потом мне сказали, что всего шесть часов. В какой-то момент звуки с улицы стали отчетливее, потом я увидел свет, услышал спасателей. Для меня это был как второй день рождения.

Работы прибавилось

После чудесного освобождения из-под завалов меня даже в больницу не повезли. Врач осмотрел на месте и рассказал, что нужно делать при обезвоживании. Через три дня я снова приступил к своим обязанностям в миссии ООН. Когда мои друзья и коллеги увидели меня, они были в шоке. Они подходили ко мне, обнимали, целовали. Я чувствовал себя частью большой семьи, которая, к сожалению, уменьшилась больше чем наполовину (погибли более 80 сотрудников миссии. — «Труд-7»). Я не мог просто так уехать, когда людям нужна помощь. Иногда было тяжело физически, но морально я готов был работать.

Не собираюсь уезжать в Гималаи, чтобы осознать, почему судьба подарила мне второй шанс (смеется). Я уже понял, что должен изменить. Я по-обещал себе, что буду больше проводить времени с друзьями и родными и больше путешествовать.

Уезжать с Гаити пока не собираюсь. Возьму отпуск, потом вернусь. После землетрясения здесь прибавилось работы. И кто, если не я, который знает ужас землетрясения, должен помогать гаитянам.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 10 Июня 2026 10566

«Не талант, не традиции, не школа - вода. Много воды!»

Эрнст предложил «Ленфильму» покинуть центр Петербурга

Ирина Смирнова

Труд

На завершившемся Петербургском международном экономическом форуме много чего было сказано яркого и судьбоносного, направленного не в будничную хмарь, а к сияющим горизонтам. Однако некоторые дерзкие идеи вызывают...