Вчера премьер-министр РФ и без пяти минут президент Владимир Путин провел встречу с членами Общероссийского народного фронта, где он заявил о том, что готов возглавить эту организацию, если она будет официально зарегистрирована.
Наблюдатели давно заметили, что имя Путина все больше упоминается в контексте ОНФ, и все реже — в сочетании со словами «Единая Россия». И это совпало с рядом серьезных неудач, которые в последнее время преследуют «партию власти». Последний удар «ЕР» получила на мэрских выборах в Ярославле (об этом мы писали во вчерашнем номере «Труда»), где победил кандидат от оппозиции. Потихоньку поползли нехорошие слухи о том, что дни «ЕР» сочтены и первые люди страны будут ненавязчиво дистанцироваться от «партии власти».
Насколько оправданны эти слухи и что ожидает некогда могущественную политическую организацию в ближайшем будущем, мы попытались выяснить у людей, непосредственно связанных с «Единой Россией».
— С партией ничего страшного не происходит, — считает заместитель руководителя ЦИК «Единой России» и член ее генсовета Андрей Ильницкий. — Мы живем в интересное политическое время, которое сопровождают в том числе большие переформатирования партийной карты. Кроме пустоты справа, которая уже является хронической болезнью российской политики, на прошлых выборах обнаружился существенный провал
Тележурналист и публицист Михаил Леонтьев настроен не так оптимистично:
— Мне как члену партии «Единая Россия» трудно отвечать на вопрос о ее будущем, но отвечать надо. Конечно, партию необходимо переформатировать, иначе ситуация напоминает забег на длинную дистанцию с огромным булыжником на шее. Этот булыжник надо снять и аккуратно положить на то место, откуда его взяли.
Структура партии слишком громоздкая — в нее ведь загнали все чиновничество, — и поэтому она генетически несет груз ответственности и всю психологическую нагрузку того конфликта, который происходит между народом и «элитами». Самое смешное, что «болотная» верхушка — это представители худшей части тех же самых «элит». Мало того что они ничуть не менее вороватые, они к тому же еще и политически чуждые стране. Совершенно не по чину, не по праву они пользуются рассеянным и политически не маркированным общим недовольством властью. В основе этого недовольства лежит неосознанный социальный конфликт. И как только понимание этого конфликта будет политически осознано народом, верхушку «болотного» слоя просто снесет. В лучшем случае политически, а то и вовсе физически. Жестокий социальный конфликт не может не перейти в эту стадию, если он будет и дальше развиваться при полном бездействии власти. А вот как эту задачу может решить «Единая Россия», я себе плохо представляю.
На самом деле существование «Едра» — это подарок для «болотной» оппозиции. Впрочем, они же добиваются не сноса «ЕР», а сноса Путина. Именно он один для них является персонифицированным «злом». Владимир Владимирович построил специфическую систему, при которой только он один является реальным гарантом суверенной политики и существования страны как субъекта. В этом нет ничего хорошего. С одной стороны, он действительно гарант, а с другой стороны, жить в такой системе очень трудно.
Что касается Народного фронта, то само его название очень обязывает, поэтому фронт должен быть оплодотворен соответствующими названию задачами. Если такие задачи будут поставлены и выполняться, то прок с него выйдет. А в переформатировании «ЕР» в ОНФ или наоборот толку никакого. К сожалению, эволюционный ресурс у нас исчерпан, поэтому нам нужны масштабные и революционные вещи, а для них требуется соответствующая политическая воля. «Болотные» на такое не способны, и даже если допустить гипотетически, что они возьмут власть вместо «ЕР», то их просто уничтожат. Не мы, а совсем другие, более грубые люди.
Проблема «ЕР» в том, что она делалась не под конкретную задачу, а под консолидацию некоего властного ресурса. Понятно, что Путин хочет дистанцироваться от нее, но, с другой стороны, нельзя вот так просто «слить» партию. И в этом серьезная политтехнологическая проблема. В целом же сегодня партия остается управляемой, ее менеджеры — довольно внятные люди, у меня к ним претензий никаких нет.
