ВОКЗАЛ ПАМЯТИ

Главная Жизнь 01:01 06 Мая 2000 199

ВОКЗАЛ ПАМЯТИ

Тридцать лет назад на экраны вышел фильм "Белорусский вокзал". Успех был ошеломляющим и неожиданным: картину посмотрели тогда более 50 миллионов зрителей. Интерес к судьбе героев "Белорусского вокзала" непреходящ: и сейчас им сопереживают как ветераны Вел

Мамедова Майя

Напечатать

Сегодня многих актеров, сыгравших главные роли - Евгения Леонова, Анатолия Папанова, Всеволода Сафонова, Алексея Глазырина, сценариста Вадима Трунина, авторов песни Альфреда Шнитке, Булата Окуджавы, - нет в живых.
Наш корреспондент встретилась с актрисой Ниной Ургант, режиссером Андреем Смирновым и попросила поделиться воспоминаниями о работе над "Белорусским вокзалом".
Нина УРГАНТ, народная артистка России, лауреат Государственной премии:
- На роль фронтовой медсестры Раи меня утвердили только благодаря настойчивости Андрея Смирнова. Он приехал в Ленинград, показал сценарий и пригласил на кинопробы в Москву. После кинопроб прошел год, но обещанного звонка и приглашения на съемки не было. И вдруг в одной из газет я читаю, что завершена работа над фильмом "Белорусский вокзал". Не успела позавидовать счастливице, сыгравшей роль Раи, как в моем гостиничном номере раздался телефонный звонок. Это был Смирнов. "Нина, я все расскажу, только приезжай!" - сказал он. Оказалось, что фильм действительно снят, кроме сцен с Раей, играть которую должна была Инна Макарова. Но режиссер "не видел" ее в этой роли. Сделали вторую кинопробу со мной, показали худсовету, но тот был непреклонен: только Макарова! Спор могла решить лишь министр культуры Екатерина Алексеевна Фурцева. Ей и отослали кинопробы. Фурцева посмотрела - и тоже поддержала Инну Владимировну. Смирнов решил принципиально отказаться от работы над фильмом, на что тогдашний директор "Мосфильма" Николай Трофимович Сизов сказал: "Черт с вами, снимайте кого угодно, но картину выпускайте: я беру всю ответственность на себя!".
Когда я пришла на съемочную площадку, увидела пригорюнившихся Леонова, Папанова, Сафонова, Глазырина. Естественно, они хорошо знали Инну Макарову, а я, в общем-то, была им мало знакома: снялась только в двух фильмах - "Укротительница тигров" и "Вступление". Но хочешь не хочешь, а работать надо. Отсняли мы сцену, где я встречаю, купаю однополчан. И вдруг смотрю, как они потянулись в просмотровый зал, а я надела уже свою шубу: мне в Ленинград пора уезжать. Первым догнал меня Леонов, улыбается. Подошел, поцеловал руку и говорит: "Вот так! Приехала какая-то ленинградка - и наши звезды померкли". После выхода фильма на экраны первая поздравительная телеграмма пришла от Фаины Георгиевны Раневской, а вторую прислала Екатерина Алексеевна Фурцева: "Дорогая Нина Николаевна, примите мои искренние извинения и поздравления! Я была не права". В это время проходил один из очередных партийных съездов, куда пригласили и нашу съемочную группу. Во время одного из заседаний объявили, что делегатам будет показан фильм "Белорусский вокзал", специально приуроченный к съезду. И вдруг поднимается Андрей Смирнов и говорит: "Это ошибка, мы совсем не думали это делать". В зале повисла мертвая тишина. Вижу, между рядами к нему пробираются люди в серых костюмах, что-то шепчут в ухо. Но Андрея знать надо. Он пошел с ними, а на ходу еще бросил: "Ну, я надеюсь, что здесь не все дураки сидят, поняли смысл?". И его вывели из зала, а мы сидели ни живые, ни мертвые. Сценарист Вадим Трунин, который сшил к этому случаю новый костюм, от ужаса, по-моему, чуть не упал в обморок.
К счастью, все обошлось. Успех фильма был потрясающим: нашу съемочную группу приглашали на встречи, концерты, всюду звучала песня "Нам нужна одна победа". С тех пор нет ни одного концерта, где меня не попросили бы ее исполнить. А ведь я боялась петь в фильме, но заставил Андрюша. Пыталась убедить его, что песня написана для хорошего голоса, что лучше мне удается "Синий платочек". Сделали несколько дублей, после одного из них подняла глаза и вижу: стоят, обнявшись, Леонов, Папанов, Сафонов, Глазырин и плачут. Тогда режиссер попросил: "Спой так, чтобы сама не плакала, пусть плачут мужчины. Это страшнее". Получился единственный дубль, где я не заплакала: он и вошел в картину. Недавно, когда в зале "Октябрьский" пела для ветеранов, вижу, в конце зала поднялся мужчина и идет к сцене. Он был на протезах, на груди - три ордена Славы. Вот он шел через весь зал и кричал: "Сестренка моя, сестричка моя!" Обнял мои колени и все шептал: "Сестричка моя..." Может, вспомнил ту сестру милосердия, которая вынесла его из боя? Так что, когда меня называют сестрой милосердия, это самая высокая награда за мой труд. Я счастлива и благодарна Андрею Смирнову, который дал мне возможность сняться в таком фильме, как "Белорусский вокзал". Зритель запомнил меня именно по этой роли. Хожу по городу, и каждый со мной здоровается: кто-то подойдет и обнимет, пожелает здоровья, кто-то заплачет, кто-то что-то подарит. Я беру нехитрые подарки, потому что не хочу обижать людей: ведь никто из них не сомневается, что я воевала, что в десантном батальоне прошла всю войну. Мне и самой снятся военные сны, будто я на фронте, выношу с поля боя раненых солдат... Как-то ехала на работу, была дождливая погода. Остановилась на красный свет, вижу, к машине направляются два накачанных молодца. Думаю, ну все, мне конец. Они разглядели меня, один встал на колени прямо на проезжей части: "Спасибо за победу и "Белорусский вокзал"!"
Андрей Смирнов, режиссер:
- Мне было три месяца, когда началась война и на фронт ушел мой отец, Сергей Смирнов. Вернувшись, он долгие годы жизни отдал поиску неизвестных героев войны, о которых в 60-е годы рассказывал в своей авторской программе на телевидении. Она так и называлась: "Рассказы о неизвестных героях", и ее смотрел весь Советский Союз. Поэтому и тема мне была близка, и люди знакомы: бывшие фронтовики, пленники немецких концлагерей, после войны заключенные в советские тюрьмы. Они приезжали в Москву "за правдой" и нередко останавливались в нашей квартире в Марьиной роще. Никто из них не считал себя героем, не ждал наград, хотя все они, конечно, героями были. Именно об их вкладе в Победу мы хотели напомнить своим "Белорусским вокзалом". И я считаю, что картина эта не только о войне, но и о всей нашей жизни. О лицемерии режима, при котором так далеки друг от друга проповедуемые идеалы и реальность, о неблагодарности к памяти поколения, большая часть которого не вернулась с фронтов Великой Отечественной. А еще о том, какую награду получили оставшиеся в живых фронтовики...
Первоначальный сценарий отцу не понравился. "Эти люди победили в войне, а у вас что? Неудавшиеся судьбы, тоска". То же самое мы слышали на худсоветах, когда съемки трижды останавливали. Приходилось что-то сокращать, переписывать, вырезать. Фильм состоялся и вышел на экраны только благодаря авторитету моего учителя Михаила Ильича Ромма и, конечно, Николая Трофимовича Сизова, который показывал его Брежневу, членам Политбюро в неформальной обстановке. Но, по-моему, сценарий, написанный Вадимом Труниным, был сильнее, чем картина, хотя ее приняли и "наверху", и зрители. Даже отец изменил мнение и в своих интервью говорил: "Да, это мой сын, я думаю, что поиски героев Брестской крепости, которые проходили на его глазах, тоже помогли ему". Я с ним согласен.
Хотелось бы сказать и об актерском ансамбле, благодаря которому так пронзительно отозвалась в зрительских сердцах история судеб героев фильма. С самого начала мы с Вадимом Труниным решили, что в картине должны сниматься известные артисты. Роль Евгения Леонова была специально написана именно для него, остальных - Анатолия Папанова, Всеволода Сафонова, Алексея Глазырина, Нину Ургант - утверждали после кинопроб...
И еще. Позвольте поблагодарить читателей газеты "Труд", всех, кто помнит и любит "Белорусский вокзал": ведь, создавая этот фильм, мы не рассчитывали на такое его долголетие.

Напечатать

Жизнь 00:01 / 25 Декабря 2025 25073

В таком же декабре, как сегодня

Листаем подшивку «Труда» за последние сто лет

Владимир Санин

Труд

В наступающем году нашему «Труду» исполнится 105 лет. Дата не слишком круглая, но разве это повод отменять путешествие по старым газетным подшивкам? Приглашаем вас вместе пролистать пожелтевшие страницы,...