В прокат вышла комедия «Непослушники» — третий, заключительный фильм известной франшизы Владимира Котта, и это хороший повод отметить начало летних каникул семейным походом в кино. По сюжету в монастырь к добрейшему отцу Анатолию (Юрий Кузнецов) привозят на перевоспитание четырех детдомовцев, членов одной семьи. Так следователь хочет уберечь их от отправки за побеги и мелкое воровство в места еще более суровые, чем сиротский приют. Чтобы справиться с неуправляемыми детьми, настоятель зовет на помощь своих бывших подопечных — Сашу Черного и Диму (Гоша Куценко и Виктор Хориняк). А дальше — полное приключений и опасностей путешествие и, конечно же, хеппи-энд в финале: Екатерина Новокрещенова — актриса с необычайно обаятельной улыбкой (и это далеко не единственный ее талант) — сыграла Дашу, старшую сестру из дружного детдомовского клана.
— Вашей героине Даше в начале фильма 14 лет. Вы тоже юны, хотя все-таки уже не подросток...
— Да, но была им не так давно и отлично помню те ощущения, весь свой юношеский максимализм. Более того, я еще не растеряла этот подростковый бунтарский дух, пронесла его до сегодняшнего момента, для роли мне нужно было просто «выкрутить» его на максимум. Если же говорить в целом об этих фильмах Владимира Котта, то мне в них нравится отличное сочетание юмора и доброты.
— За вашей социально неблагополучной героиней много чего числится, включая кражи. Насколько вам ясна ее мотивация?
— Вполне ясна. На Дашу давят детдомовский опыт, проблемы с доверием к миру взрослых и взваленная на себя ответственность перед младшими братьями и сестрой. Плюс ко всему она подросток, ей бы с самой собой как-то совладать.
— На ваш взгляд, достаточно ли часто обращается сегодня кино к подростковым проблемам?
— Даже если их поднимают в фильмах, то нам чаще дают смотреть на следствие, а не на причины. То есть показывают этих самых трудных подростков, а почему дети такими стали, рассказывают мало, хотя, мне кажется, именно это — самое важное. Ведь причины агрессивного и неуправляемого поведения часто не очевидны, сложности могут возникнуть даже в семьях, внешне выглядящих вполне благополучными. Например, если ребенок подвергается чрезмерной опеке со стороны родителей.
— Контакт с юными партнерами по фильму у вас наладился легко?
— Конечно! Даже не могу передать всю степень моих теплых чувств к ним. Нам было интересно, весело и очень комфортно — и на съемках, и между дублями. С 13-летним Никитой Конкиным, игравшим старшего из братьев, можно было не только пошутить и посмотреть смешные видео, но и поговорить на серьезные, важные темы — про друзей, самоощущение в школе, взросление.
— А с кем легче работалось: с детьми или маститыми актерами?
— У нас подобралась удивительная команда, все ладили со всеми. Из взрослых я, наверное, больше всего общалась с Гошей Куценко. Если коротко: он замечательный.
.jpg)
Съемки крепко сдружили группу — Гошу Куценко, Катю Новокрещенову и всех-всех
— Фильм, как утверждается в синопсисе, рассказывает о семейных ценностях. А что они означают для вас?
— Взаимопонимание, любовь и поддержку — она вообще, мне кажется, первостепенна. К сожалению, нередко в это понятие люди вкладывают иной смысл — что, допустим, старших родственников надо слепо почитать и терпеть, что бы они ни сделали: По-моему, это неверно. Семейные ценности — это прежде всего про диалог, про готовность услышать и понять своих близких, в том числе младшего возраста.
— Вы хотите сказать, ответственность в семье должна быть взаимной?
— Да, хотя у родителей она особая. Ребенок должен видеть, что они сами соответствуют всему тому, чему его учат. А то ведь бывает, что мать, например, всю жизнь страдает в браке, терпит унижения, а дочке говорит: «Не будь, как я, уважай себя». Но как девочке стать другой, если перед ее глазами такой пример?
— У вас с родителями бывали периоды непонимания?
— Бывало, в мою подростковую пору мы с мамой ругались. Я была капризна, вспыльчива, могла выпалить что-то очень обидное, не осознавая, что этим ее больно раню. Но тут ничего удивительного, подростковый бунт — весьма распространенное явление. Дистанцирование от старших, разрушение авторитетов — тот этап взросления, через который проходит каждый. А тем, кто его не пройдет, во взрослой жизни придется непросто.
— Тем не менее поддержку от мамы и папы вы чувствовали? Например, в выборе профессии?
— Да, всегда чувствовала, что я не одна. И в выборе профессии тоже, хотя никто в семье с актерством не был связан, мои родители по первому образованию историки, а по второму — управленцы. Но они ко всему еще и очень харизматичные и обаятельные люди.
— Как пришла мысль стать актрисой?
— Похоже, альтернативных вариантов у меня просто не было. С самого раннего возраста читала с табуретки стихи, песни пела. В Челябинске со второго по пятый класс ходила в театральную студию, где прекрасный педагог Артем Юлиусович Экгардт укрепил мое желание связать жизнь с актерским искусством. Правда, после переезда в Москву с театральной студией как-то не сложилось. Только в 11-м классе я стала ходить на курсы в Школу-студию МХАТ, а поступила в ГИТИС на курс Евгения Борисовича Каменьковича и Дмитрия Анатольевича Крымова, к которым испытываю глубокую благодарность. Геннадий Геннадьевич и Наталья Вадимовна Назаровы были с нами постоянно даже на карантине и очень много нам дали. В том числе поставили наш четырехчасовой дипломный спектакль «Детство» по повести Льва Толстого. Эту постановку буду всегда вспоминать с большой любовью.
.jpg)
Сцена из дипломного спектакля «Детство». Фото из личного альбома актрисы
— Для столь молодой актрисы состоять в штате театра «Мастерская Петра Фоменко» — достижение, не так ли?
— Увы, после окончания ГИТИСа я из-за стресса провалила все прослушивания в театры. Но спустя полгода Евгений Борисович Каменькович пригласил меня в свой спектакль «Женитьба» на роль Дуняши. Сначала я была на контракте, а недавно меня пригласили в труппу. Очень счастлива быть там, потому что с этими людьми ощущаю тот самый внутренний покой, который всегда для меня являлся главным показателем верности моего пути.
.jpg)
Роль гоголевской Дуняши сделала Екатерину актрисой одного из лучших московских театров — Мастерской Петра Фоменко
— В кино на вашем счету уже 13 проектов. Какой из них вы бы назвали главным для себя?
— Сердечно люблю каждую картину, к которой когда-либо имела отношение. Но все-таки первой моей заметной ролью была Варя в сериале «Конец света». Можно сказать, с него у меня в кино все и началось Я тогда еще в ГИТИСе училась на третьем курсе, и, когда позвонил мой агент и поздравил с утверждением, эмоции сразу зашкалили!
— Агент актеру нужен с первых шагов?
— У меня первый агент появился на втором курсе, еще до съемок, и, думаю, мне это очень помогло. Разделение труда — залог успеха. Впрочем, не хочу говорить за всех, может, кому-то из коллег комфортнее всеми вопросами заниматься самостоятельно.
— Если бы вы сами снимали кино, о чем бы оно было?
— О том, о чем мы с вами сегодня говорили, — о взаимодействии детей с родителями. Возможно, я когда-нибудь напишу сценарий с такой материнско-дочерней линией, основанной на собственном опыте. Надеюсь, дозрею.
— Вы говорили, что хотели бы сыграть Лилю Брик. Почему?
— Маяковский — один из моих любимых поэтов, а Лиля Брик имела гигантское значение в его жизни и творчестве. Было бы очень интересно вжиться в этот образ, понять, что в Брик сражало мужчин наповал, как она чувствовала и видела этот мир.
— Кто еще из поэтов вам нравится?
— Моя первая поэтическая любовь с шестого класса — Иосиф Бродский. А год назад в моей личной жизни случилось потрясение, и в это время мне в руки попал сборник стихов Бориса Рыжего. Книга срезонировала с моим тогдашним состоянием, с тех пор этот поэт занимает отдельное место в моем сердце.
— Вы родились и полжизни прожили в Челябинске, а в Москву переехали с семьей уже в подростковом возрасте. Сложной ли была адаптация и сильно ли отличаются люди столичные от нестоличных?
— Я достаточно коммуникабельный человек, особых трудностей с вливанием в новый коллектив не возникло. Что касается отличий, то в Москве, мне кажется, люди часто надевают на себя маски, боятся расслабиться, неуместно пошутить, выглядеть нелепо. А в Челябинске к этому проще относятся, там редко изображают из себя что-то, меньше притворяются. А вообще-то это теперь общемировая тенденция: возвращение к простоте, к настоящему, и мне это по душе. Я — за неподдельность и искренность.
