Заранее «отдать» государственный флаг СССР «всего лишь» двукратному чемпиону мира, правда, не терпевшему поражений к тому времени три года подряд Николаю Балбошину, было скорее аксиомой, не требовавшей доказательств. Уж больно грозно смотрелся наш богатырь, подготовленный «суперменом» в абсолютном весе, олимпиоником 1956 года Анатолием Парфеновым. Со своим «показательным выступлением», пронеся державный стяг одной рукой по арене Олимпийского стадиона, Балбошин справился вполне, заслужив своим победными борцовскими схватками право пройти «на бис» и на закрытии Олимпиады. Более того, следующее победное четырёхлетие снова дало ему олимпийский флаг в руки. Но, пройдя под ним церемониальным шагом в дебютной части, Николай не смог завершить свою спортивную программу. Во второй схватке олимпийского турнира, с заведомо слабейшим соперником, Балбошин, оступившись на ковре, получил тяжелейшую травму…
«Мне повезло в самом начале. – рассказал Балбошин корреспонденту «Труда». - Когда я вытянул счастливый билет с избранным видом спорта. Я человек увлекающийся, и в то же время, отличаюсь постоянством. Если я выбрал какой вид спорта, то и остался в нем до конца спортивной карьеры. И даже, если бы это был явно не мой вид, я все сложности в поисках своего списывал бы на свой неправильный подход. Шел бы по пути преодоления, взламывая там, где при правильном подходе надо было бы использовать лишь сопутствующие факторы. Хорошо, что выбирать не было из чего – мой старший брат уже познал азы борьбы. У него я мог учиться, он поддерживал в поисках. Не было бы такого брата, возможно, не выковал бы я из себя борца – во всех смыслах слова. И начало у меня было не самое удачное. Мой первый тренер, к которому я пришел вслед за братом, был, конечно, крепким специалистом, но работал методом широкого охвата. Новичков набирал по методу механического отбора. Со всеми проводил практически одинаковые тесты. И со мной «попрощался» сразу, когда я не смог подняться по канату до потолка на одних руках: мол иди, отъедайся, а как силенок наберешь – тогда еще посмотрим.
А чего смотреть, я уже в 13 лет был вполне сформировавшийся. И долговязый больше, чем надо, худощавый. У моих ровесников был рост до 1 м 70 см в основном. Послевоенное поколение, недокормленные - и расти вверх было неотчего. Они к восьмому классу уже какие были, такими и остались. А я уж потом подтянулся под 1 м 90 см. Тогда, в подростках, недостаток питания со сверхнагрузками могли отразиться и в росте, и в мускулатуре, да и в скелетной структуре. Вспомнить хотя бы остеопороз, так называемая возрастная болезнь, которой часто подвержены люди пожилого возраста, приводящая порой из-за нехватки минеральных солей в организме даже к переломам. А мы, спортсмены высших достижений, являемся, по сути, испытателями человеческого организма: забегаем наперед, берем у природы взаймы. За что потом расплачиваемся… Это потом стало моими козырями – длинные рычаги. И достать в борьбе, прихватить мог всякого, и отпихаться, не подпустить слишком близко, если что. Но так могло случиться, что из-за того «теплого» приема, я многого бы не узнал из того, что потом помогало мне в жизни.
Да ещё по натуре гордый я был. И когда меня «провели лицом по столу», вряд ли бы сам стремился войти в ту же реку дважды. Но тот первый тренер меня вспомнил, когда их бухгалтерия коснулась. В советской системе наполняемость группы, численный состав определяли заработную плату И, видно, тренеры пересчитали возможных будущих разрядников и отметили недочет.
- Что ж твой братишка больше не ходит? – вспомнили обо мне вдруг.
- Так вы же сами…
- Ничего, пусть приходит. Поначалу хотя бы посидит, посмотрит только. Главное, в технике заодно разбираться станет…
Я не заставил себя долго ждать. Наблюдая за первым моим тренером, я еще раз уяснил, что мы для него, в принципе, расходный материал. Еще одним мощным стимулом заниматься спортивными единоборствами стало для меня стремление уметь постоять за себя. Физически. Поначалу у меня врачи находили проблемы с сердцем, шумы какие-то. Освобождали даже от уроков физкультуры. А такое, как я позже узнал, происходит из-за акселерации – когда рост опережает физическое развитие – с годами это выравнивается. А тут эти диспропорции оказывали на меня даже отрицательное воздействие. Я был рослый, да довольно нескладный. Во виду, внешне, выглядел старше своего возраста. А такие как будто притягивают агрессивные намерения более старших. Чтобы потом могли похвастаться: я, мол, этого длинного побил! А избивали довольно жестоко, было и до потери сознания. Когда я был рядом со старшим братом – мы могли дать отпор, но чаще нас брали численным преимуществом.
Но тут меня уже взяли на борьбу. И, что немаловажно, мы с братом, самостоятельно, регулярно, ежедневно, стали заниматься с гирями и штангой – и до, и после основных тренировок. И мышцы округлились, и в весе я тоже прибавил. А к 17 годам, когда я выиграл первенство Москвы среди молодежи (со мной тогда в одной весовой категории боролись и спортсмены года на 3 старше!) ко мне тогда, что называется, уже боялись подходить в нашем «шпанистом» районе. А через год, когда выиграл Первенство СССР среди юношей в тяжелом весе, и в том же году и Всесоюзную Спартакиаду школьников, за что получил звание мастера спорта СССР – еще до 18 лет! Я уже и внешне был похож на атлета: рост – 188 см, выступал в полутяжелом весе (до 100 кг).
С тренерами мне сказочно повезло, - от своего первого тренера Марка Анатольевича Португала, который начал меня тренировать на московском стадионе «Наука» и довел меня до звания «мастер спорта». А после призыва на срочную службу в войска МВД я перешел к выдающимся динамовцам: заслуженному тренеру СССР Юрию Ивановичу Колупову и великому во всех отношениях Анатолию Ивановичу Парфенову.
Этот заслуженный тренер СССР, а до этого – заслуженный мастер спорта - заниматься борьбой начал только в 26 лет. А в годы Отечественной войны юный Анатолий Парфенов, прибавив себе в документах год, чтобы быть призванным на фронт, совершал подвиги… И вот к такому тренеру я попал в 19 лет – это ли не спортивное счастье?! Анатолий Иванович и тренируя, продолжал работать на ковре. Брал своих учеников в спарринг-партнеры – и для меня был играющим тренером. Боролись мы совсем не шуточно. И поначалу в этих спаррингах Парфенов побеждал. Часто великий тренер и я полноценно боролись один на один всю тренировку, полтора - два часа. Для меня это была и мощная общефизическая работа: при своих 95 кг мне противостояли 120 более качественных боевых мышц. А ему помогали держать себя в отличной боевой форме ещё ежедневные домашние полуторачасовые зарядки с железом – штангой и гантелями. Жители Олимпийской деревни говаривали: как ни поднимешь поутру взгляд в сторону его жилья, так и бросается в глаза на балконе мощная его фигура, обрабатывающая большие гантели. В весе до 100 кг над соперниками имел весомое преимущество: практически все, чтобы удержаться в избранной категории, сбрасывают лишний вес, теряют из-за этого силы, энергию, и из-за этого, зачастую, душевное и физическое равновесие. А мне, наоборот, можно добавлять еще 5-7 кг - и не воды, а полноценных мышц».
.jpg)
Фото предоставлено пресс-службой Федерации спортивной борьбы России
Вместе с Парфеновым над Балбошиным стал работать тренер Юрий Иванович Колупов. Он сам недавно закончил выступать на большом ковре, был прекрасным техником, и многое сделал для совершенствования динамовской команды. Под приглядом таких выдающихся наставников, как Колупов и Парфенов, Балбошин неуклонно прогрессировал. Практически все поединки выигрывал досрочно. «Укладывать» соперников на лопатки становится фирменным стилем Балбошина. Еще в 1969-м выиграл первенство СССР среди молодежи, затем дважды одержал победу на международном турнире «Олимпийские надежды», победил на взрослом чемпионате «Динамо». В 1971-м году стал призером чемпионата СССР, в 1972-м выиграл престижнейший международных турнир памяти Ивана Поддубного, за что было присвоено звание мастера спорта международного класса. Но бороться приходилось не только против соперников, но и как бы против себя. Мощи самих мышц не выдерживал костно-связочный аппарат. Еще выступая на первенстве Москвы среди младших юношей, получил закрытый перелом. К сожалению, это была далеко не последняя серьезная травма, которые шли параллельно с победами и достижениями.
В 1972-м году, уже получив билет в олимпийскую сборную, выиграв ряд престижных, в том числе и международных турниров, но на одном из них получил разрыв коленных связок. Восстанавливаться пришлось до следующего года. Только выиграл чемпионат СССР 1973-го, как на тренировке травмировал плечо – надрыв суставной сумки. Но все-таки как бы приспособился к своим травмам… или при залечивании происходили всё же чудеса? Всего через пару месяцев после этого стал чемпионом Европы в Хельсинки, а затем чемпионом мира в Иране.
И на следующий год продолжается победный путь. Вместе с травмами. В 1974-м году стал «лишь» серебряным призером чемпионата Европы в Мадриде (золото взять помешала очередная травма). Но после этой «неудачи во все предолимпийские годы только побеждает. Чемпион мира в Польше, чемпион Европы в Германии. Но в олимпийском 1976 году, когда, казалось, триумфально прошелся по основным своим олимпийским соперникам, на очередном чемпионате мира в Минске получил серьезнейшую травму - отрыв большого вертела тазобедренного сустава… Николай Балбошин не смог продолжить соревнования. Но сумел восстановиться к Олимпийским Играм и даже выиграл перед ними чемпионат Европы в Ленинграде. Впечатлённые его способностью преодолевать самого себя, спортивные руководители все же не решались поставить его знаменосцем впереди всей олимпийской команды СССР. Но сам председатель Спорткомитета СССР Сергей Павлов пресек все сомнения, взяв на себя всю ответственность за знаменосца. Равных Балбошину перед страной в тот год по заслугам не было. И он доверие оправдал. 5 олимпийских схваток, 5 выходов на олимпийский ковер – и 5 чистых олимпийских побед! За 15 минут – в среднем, по 3 минуты, на каждого соперника! И это – лучших среди лучших борцов на Земном шаре!
.jpg)
Фото предоставлено пресс-службой Федерации спортивной борьбы России
После этой триумфальной Олимпиады продолжил борьбу «за все золото мира», но звёздный его час остался позади. Балбошин еще трижды побеждал на чемпионатах Европы и столько же – мира, еще восемь лет в большом спорте поднимался на пьедесталы. Его триумф видели Гётеборг, София, Бухарест, Мехико, Сан-Диего и Будапешт, города труднопроизносимые для нас - Йенчёпинг и Людвигсхафен-на-Рейне. Но их жители наверняка помнят еще подвиги Русского Медведя по фамилии Балбошин, который на самых высоких помостах разбирался, как с приготовишками, с их национальной гордостью в спорте.
Еще раз он становился знаменосцем страны в 1980 году. Но как нельзя войти в одну реку дважды, так и здесь олимпийские боги не дали ещё одну отмашку. Повторный триумф под знаменем лучшей команды мира у Николая Балбошина не состоялся. Травмы и здесь сказали свое слово.
Спустя четыре года, в отместку за бойкот московской Олимпиады, Игры 1984 года в Лос-Анжелесе бойкотировала наша страна вместе тогдашними нашими союзниками – странами из соцлагеря. Организовали альтернативные Игры «Дружба». В них участвовал и Николай Балбошин. И здесь для него не обошлось без вмешательства потусторонних сил. Он без проблем вышел в финал этих соревнований, но там ему просто в наглую не дали победить. Несколько его явно победных приемов местный венгерский судья не стал засчитывать. Когда после окончания схватки Болбошин обратился к рефери за разъяснениями, судья, смущенно пряча глаза, пояснил:
- Понимаете, мы хозяева альтернативного Олимпиаде турнира борцов, а у нас не получилось взять хотя бы одно «золото»… А у вас его хоть завались, считать замучаетесь. Если перебросить к нам хотя бы одну медаль от вас: «от большого немножко – не воровство, а дележка!»
Николай Фёдорович Балбошин с борцовского ковра не уходит и в свои 75 лет. Продолжает работать с Московской федерацией греко-римской борьбы, тренирует, ищет молодые таланты. Отдает время и силы Совету ветеранов Московского общества «Динамо», где он, по возможности, оказывает квалифицированную помощь коллегам-спортсменам, даже и не по своему профилю.
Можно ещё написать - как он задерживал воришек, обижавших, грабивших беззащитных старушек на трамвайной остановке. Как останавливал распоясавшихся хулиганов одним своим грозным видом, а при необходимости, и приемами из греко-римской борьбы. Но все его подвиги на ковре и за пределами потянут на большую книгу!
